По материалам публикаций на Центральном сайте КПРФ
1 марта на радио «Комсомольская правда» в программе «Партийная среда» выступила депутат Госдумы, Председатель комитета ГД по вопросам семьи, женщин и детей — Нина Останина.
![](https://kprf.ru/m/130/167/c/img/2021/12/1115e7_d125f633-d466-43a8-b1d8-af74ffcfb2f9.jpg)
Останина Нина Александровна
В ходе передачи политик вместе с соведущими Александром Гамовым и Еленой Афониной затронула важные темы в контексте работы Компартии. Кроме того, она поделилась важными нюансами законопроекта об усыновлении детей сирот недружественными странами, закон о статусе многодетной семьи, обозначила самые острые проблемы в гуманитарной и социальной сферах. Поговорили об оздоровлении и отдыхе детей, обсудили вопрос воспитания и пропаганды традиционных духовно нравственных ценностей. Также во время эфира Нина Останина дала честные ответы на острые вопросы радиослушателей. Смотрите видеовыпуск, слушайте подкаст (https://radiokp.ru/podcast/partiynaya-sreda/677769) или читайте расшифровку ниже:
Е. Афонина:
— Прямой эфир на радиостанции «Комсомольская правда». В студии политический обозреватель «Комсомолки» Александр Гамов.
А. Гамов:
— Всем привет. И Елена Афонина.
Е. Афонина:
— Наша гостья – депутат Госдумы от фракции КПРФ, председатель комитета по вопросам семьи, женщин и детей Нина Останина задерживается. Присылайте ваши просьбы. Нина Александровна – человек достаточно активный, боевой. Если уж поступают какие-то просьбы, то депутатские запросы моментально летят в нужные инстанции. В свое время она достаточно активно освещала вопросы мобилизованных, помощь семьям мобилизованных, помощь детям на новых территориях Российской Федерации.
А. Гамов:
— Ее визит к нам не случаен. Мы предлагали кого-то из девушек, женщин фракции Компартии России в Госдуме пригласить в эфир. Не за горами 8 марта. У нас будет женско-детская программа. Я с Ниной Александровной виделся неделю назад в Гостином дворе перед Посланием Президента. Я вчера утром звонил Геннадию Андреевичу Зюганову. Юрий Вячеславович Афонин, первый заместитель Генерального секретаря ЦК Компартии России, сказал, что Геннадий Зюганов будет кандидатом номер один на президентских выборах. Правда, он потом оговорился, сказав, что будет широкое обсуждение, широкая аудитория кандидатов. Но я сразу позвонил Геннадию Андреевичу, попросил ответить. И он перечислил качества, которыми должен обладать лидер, независимо от того, от какой партии. Зюганов сказал, что лидеры всегда должны быть готовы взять на себя нагрузку в самых сложных выборах. У Компартии есть общее правило – на съезде, на пленуме посоветоваться со всеми партийными организациями. Плеяда талантливых людей, тот же Афонин, Новиков, Калашников, Коломийцев. Он сказал, что смотреть надо серьезно. Геннадий Андреевич сказал: кому бы сейчас мы ни предложили эту должность руководителя государства, это тяжелейшая нагрузка. Тем более, против страны идет война. Выдержат те, кто сумеет сформировать сильную команду, кто в состоянии подготовить реальную программу, кто получит соответствующую поддержку граждан страны. Кто предложит программу, которая позволит стране возродиться и обеспечить мир, одолеть нацизм, фашизм, бандеровщину.
Зюганов, оказывается, не просто Генеральный секретарь ЦК Компартии России. Он сказал, что возглавляет левопатриотический блок, в котором 56 организаций. И они дружно поддерживают КПРФ на всех последних выборах. «Надеемся, что выдвинем талантливую команду, и будет все в порядке».
Е. Афонина:
— К нам присоединяется Нина Александровна Останина.
А. Гамов:
— При этом Геннадий Андреевич был у врача – проходил диспансеризацию. Все врачи сказали, что у него все в порядке со здоровьем.
Н. Останина:
— Я могу это подтвердить. Потому что из всех лидеров фракции, которые сегодня работают в Госдуме, меньше всего, мне кажется, на состояние здоровья жаловался Геннадий Андреевич. То и дело у кого-то то ковид, то еще что-то. А у него такая замечательная природная закалка мощная. И здоровый образ жизни.
А. Гамов:
— Геннадий Андреевич бегает на даче, по дорожкам.
Н. Останина:
— А кроме того, правильный политический выбор. Он всегда способствует и физическому здоровью, и политическому.
Е. Афонина:
— Тема, с которой хотелось бы начать, сегодня вступили в силу многие законы. И один из них очень важный. На новых территориях Российской Федерации теперь то же самое социальное обеспечение, та же самая помощь, те же самые пенсии, те же самые учебники, те же горячие бесплатные обеды. Скажите нашим радиослушателям о том, что теперь на новых территориях России получат в полном объеме люди?
Н. Останина:
— Не будем раздражать наших радиослушателей. Если полностью то же самое, то это далеко не все хорошо. Далеко не все хорошо то, что есть у нас, в смысле материальной поддержки наших семей с детьми. Те же горячие обеды только в начальных классах. А что, дети в пятом классе есть не хотят? Поэтому сегодня отдельные губернаторы нашли возможность горячими обедами кормить только детей из семей мобилизованных и малообеспеченных. Это же ненормально, когда остальные дети ходят и смотрят со стороны. Для меня это тема тяжелая.
Я две недели назад была в Луганске. Может быть, единое социальное пособие для них – это мера новая. Не было у них такой меры. Но когда те же самые критерии, которые действуют на наших территориях, во-первых, безобразно, что они у нас введены – эти имущественные критерии, когда 40 процентов семей отсекли от получения единого пособия. И там тоже, представьте, денежные доходы до 2026 года носят отлагательный характер, а имущественный ценз есть. Сегодня у него квартира есть, а завтра упал снаряд, беспилотник упал – нет квартиры. А ему пособие уже не положено, потому что этот имущественный ценз. Неужели это продумать было нельзя? Конечно, это хорошо, что и материнский капитал, причем начиная с 2007 года у нас, а там норма только принята, но те дети, кто родился в 2007 году, тоже будут получать этот материнский капитал. И это правильно.
А. Гамов:
— У нас сегодня в полдень радио «Комсомольская правда» начало вещать на Луганск. А 23 февраля в полдень – на Мариуполь.
Н. Останина:
— Люди этого очень ждут.
А. Гамов:
— Нина Александровна, вас можно назвать «семейный депутат России»? Потому что вы же поднимаете вопросы не только Компартии.
Н. Останина:
— Вы говорите о том, что спектр вопросов широк. К сожалению, спектр возможностей гораздо более узок, чем количество вопросов, которые задают люди. Точнее, Дума сама себя ограничила в этих возможностях. Почему-то депутаты стали зависимы от исполнительной власти, хотя у нас по Конституции все ветви власти независимы. Вот и сидят, ждут, в правительстве одобрят или не одобрят. А почему мы должны ждать этого одобрения, а не выходить самостоятельно с инициативами? Конечно, для меня чрезвычайно важно, должны быть все депутаты народными, семейными. Не защищать корпоративные интересы тех профессиональных сообществ, которые делегировали их в Государственную Думу. Я могу назвать конкретные примеры. Мобилизация показала, что у нас есть целый профильный комитет сейчас по безопасности, и очень многие меры, в которых нуждаются сегодня семьи мобилизованных, можно было бы предпринять, не ожидая Послания президента, не ожидая каких-то указаний сверху.
А. Гамов:
— Если говорить о Послании, ваши разделы туда вошли? У меня есть информация, что когда за неделю или полторы до этого Геннадий Андреевич встречался с президентом, он вот такую кипу решений с собой взял. Там и ваши были.
Н. Останина:
— Абсолютно верно. У Геннадия Андреевича есть такая традиция замечательная. Прежде чем он идет к президенту, он собирает нас всякий раз, у кого какие профессиональные проблемные вопросы.
А. Гамов:
— Ваши прозвучали?
Н. Останина:
— Безусловно. С сентября прошлого года лежат поправки в закон о мобилизации. Я неслучайно начала с этой темы. Нет сегодня темы более важной, понятно, это большой геополитический вызов, но победа эта зависит не только от успехов на поле боя, она во многом зависит, насколько эти бойцы уверены в том, что их семьи защищены. Поэтому неслучайно президент говорил о необходимости защиты семей мобилизованных. Но не может же он в одном Послании, условно говоря, проговорить о том, что надо в закон о мобилизации внести эту самую поправку, где признать многодетной семьей не семью, где четверо и больше детей, и надо принести справку о смерти жены, а семью, где у нас трое и более детей, потому что это уже многодетная семья. Мы эту поправку внесли в директиву. Не стану говорить, с каким трудом. Но когда профильный комитет защищает, повторяю, свои корпоративные интересы, будто у нас избиратели все собрались только на Фрунзенской набережной, то это плохо. Вот я была в Хакасии, а там взял губернатор, поскольку он возглавляет эту повестку мобилизационную, пригласил военного комиссара. Посчитали, сколько из всех призванных многодетных отцов. Насчитали 60. И не надо было женам ходить, плакать, писать заявления, обивать пороги унизительно. Просто всех единым распоряжением отозвали, и они вернулись к своим семьям. Это же нормально. Или, например, пропал без вести, а семья без всяких выплат осталась в той же Хакасии. Неужели нельзя было это предусмотреть? Мишустину письмо написали.
Прозвучали или нет вопросы? Прозвучали. Но очень многое, оно и не могло быть урегулировано одним Посланием. Это наша задача сейчас. И не надо читать каждую строчку этого Послания. Сейчас начнется работа в Думе традиционная по реализации Послания. Напишут 56 мероприятий, потом проверим, как эти мероприятия выполнены. Самое главное, людям от этого лучше станет или нет? Предположим, мне очень понравилась тема, которая касается нашей высшей школы, что мы возвращаемся к специалитету. А вторая часть? У нас стипендия так и останется 1800? А у нас количество бюджетных мест так и останется на всю Россию, условно, 800 тысяч? Это же тоже ненормально. А у нас останется подход, который свойственен только каким-то льготным категориям, близким самим себе и власти? Почему сейчас не взять отдельно тему не только ребят из новых регионов, а ребят, которые проживают у нас на селе, сельские территории. Вчера собирали Круглый стол «Сохранение традиционных духовных ценностей на теле». Оттуда же всё идет. Кстати, об этом очень много президент говорил, и понятно, что это тема, которая сегодня тоже на передовой. Потому что война идет, повторяю, не только на поле боя, но и за ценности наши идейные, идеологические. И важно, что это прозвучало. Мало только услышать президента, мало только прочесть его указ, мало принять закон о запрете пропаганды. Почему? Потому что, если это не воплощается в жизнь, если нет этой государственной политики у нас…
А. Гамов:
— О запрете пропаганды, давайте объясним…
Н. Останина:
— О запрете пропаганды нетрадиционных отношений. Понимаете, если у нас все общественное пространство не пронизано пропагандой нормальных, традиционных ценностей, так ты хоть запрещай, хоть сто законов этих прими, у нас как была на НТВ эта программа «ДНК», где показывают маргинальные семьи, так она и осталась. Ну, показали бы счастливую многодетную семью, показали бы счастливую молодую семью. Поэтому очень много вопросов. И если бы вы спросили об оценке Послания, я бы сказала то, что осталось не услышанным, то, чего я не увидела, но я увидела здесь политический почерк профильных министерств, который отразился в этом Послании. И я не удовлетворена подходом, который, к сожалению, протранслирован был в этом Послании. Это подход Министерства труда, поддержка нищеты, поддержка бедности и никаких стимулирующих мер, для того чтобы наши семьи рожали детей.
Е. Афонина:
— Итак, о чем спрашивают? Из Нижегородской области два вопроса. «Будет ли фракция КПРФ в Государственной Думе организовывать парламентские слушания по проблемам профтехобразования?» и «Когда объекты социальной инфраструктуры при строительстве уберут из аукционов? Есть недобросовестные подрядчики, с которыми сложно работать и почти невозможно привлечь к ответственности. Ждем вас в Сарове посетить музей ядерного оружия и отреставрированный монастырь».
Н. Останина:
— Замечательный город Саров. Что касается парламентских слушаний, я пока не знаю. Во всяком случае, на март таких парламентских слушаний нет. Я знаю программу работы Думы на март. Но я берусь уточнить. Может быть, вы даже в мое отсутствие в следующей программе просто проинформируете тех, кто задал этот вопрос.
А. Гамов:
— У нас обычно Геннадий Андреевич или другие спикеры говорят, что обращайтесь на сайт Компартии России.
Е. Афонина:
— Здесь речь идет именно о слушаниях по проблеме.
Н. Останина:
— Речь идет о том, что фракция в Государственной Думе организует эти слушания. Дело в том, что у нас комитет по просвещению сегодня не наш, этот комитет просвещения возглавляет депутат от «Единой России», но у нас там есть, конечно, представитель, в этом комитете, Олег Николаевич Смолин работает. Я просто уточню.
А. Гамов:
— Отличный депутат.
Н. Останина:
— Да. Более того, он понимает, что такое профтехобразование. Но, к сожалению, в ближайшее время я в программе работы Думы таких слушаний не видела.
Е. Афонина:
— Коль мы заговорили об образовании, мне хотелось бы спросить ваше мнение по поводу того, о чем сказал президент в Послании Федеральному собранию, а именно реформа высшей школы, высшего образования. После скандала в РУДН, который продолжает сейчас греметь, как вам кажется, только техническим переходом с одной системы на другую решить вопросы, которые накопились с высшей школе?
Н. Останина:
— Вы знаете, он и не был техническим, вход в эту систему. Это был смысловой в ход в эту Болонскую систему. Но при этом нам, что называется, впаривали, что наши ребята получат дипломы международного образца, а иностранные студенты валом повалят к нам. Да, действительно, есть иностранные студенты, но в основном это студенты из стран СНГ. Мы не получили того желаемого потока студентов, о котором говорилось, хотя идея сама, конечно, хорошая. Это та самая мягкая сила, наверное, которая создавала бы привлекательный образ нашей страны. Но, повторяю, обратная связь не очень получилась у нас. Какие-то вузы, которые делали это на платной, коммерческой основе, самостоятельно, что называется, осваивали эти деньги с иностранных студентов, на этом все и завершилось. Только никто дипломы наших ребят не признавал в качестве дипломов международного образца. Это первое.
Изменилось многое. Я повторяю, что это не было переходом техническим. Речь шла о том, чтобы, по признанию ректора МГУ Садовничего, качество нашего образования обвалилось настолько, что наши специалисты не были востребованы не только на мировом рынке, но и внутри свой страны.
А. Гамов:
— Нина Александровна, я знаю, что вы уже несколько лет продвигаете законопроект об усыновлении детей-сирот недружественными странами. Насколько серьезен этот документ? Какие шансы его принять в ближайшие недели, может быть? В чем вам помочь?
Н. Останина:
— Точнее, о запрете на усыновление.
А. Гамов:
— Ну да.
Н. Останина:
— Не просто несколько лет, а вообще, честно говоря, с момента своего прихода в Государственную Думу, это была, что называется, моя тема, потому что понимание того, что дети являются товаром и никакими там благими намерениями, которыми, так сказать, прикрывались отдельные некоммерческие организации, сердобольные либеральные дамочки, когда говорили о том, как уютно и комфортно будет нашим детям-инвалидам, сиротам за рубежом, что называется, очень скоро все эти язвы проявились. 50 тысяч детей, судьба которых неизвестна. Мы не могли проконтролировать, насколько комфортно живется там нашим детям…
А. Гамов:
— Это за какой период?
Н. Останина:
— Это за период с начала 2000 года. И мы в конечном итоге вынуждены были принять тогда, даже ратифицировать три договора. Первый договор с республикой Италия, далее с Испанией и намеревались последний договор заключить, разрабатывали даже, с Соединенными Штатами, но, к великому сожалению, все это в итоге привело к тому, что санкции, которые ввели против наших политиков, заставили этих же самых политиков, которые нам, коммунистам, противостояли, называя нас консерваторами, что мы за закрытую страну, а границы должны быть открыты, они как раз тогда вдруг вот сладкоголосо стали говорить о том, что мы должны защитить своих детей.
А. Гамов:
— Это наши политики?
Н. Останина:
— 2013 год, закон Димы Яковлева. Я даже назову поименно, кто тогда препятствовал мне, начиная с 1996 года, принятию этого закона.
А. Гамов:
— Времени не хватит…
Н. Останина:
— Да это и не является нашей целью сегодня и сейчас. Но, понимаете, когда мы выходим из международных договоров, вот только что на прошлой неделе вышли из международной конвенции по борьбе с коррупцией, я задала вопрос – вот из конвенции мы вышли. А почему мы до сего дня никак, министерство иностранных дел, не реагирует на законопроект, который был внесен депутатами? Кстати, меня поддержали депутаты всех фракций, кроме фракции большинства, и подписались под этим законопроектом. Почему министерство иностранных дел его не поддерживает? И наконец вот я к вам сейчас с хорошей новостью, потому что профильное министерство, которое отвечает за заключение на этот законопроект, — это министерство просвещения. Минпросвещения сподобилось все-таки положительно отнестись к этому законопроекту. Он очень просто и речь идет о временной приостановке усыновления наших детей гражданами недружественных стран. Ну, что, поменяется позиция этой страны? Да ради бога, мы не стремимся повторять то, что происходит по отношению к нашей стране, начиная там от запрета произведений классики и т.д.
А. Гамов:
— Это закон будет такой, да?
Н. Останина:
— Конечно, в этом и смысл закона. Но перечень этих недружественных стран определяет само правительство. То есть, мы не даем список государств – правительство определяет список недружественных стран. Но мы-то знаем, кто к нам относится недружественно. Мы-то знаем, кто туда поставляет оружие, кто напичкивает этот фашистский режим сегодня «Леопардами» и прочей техникой, кто поставляет средства туда, дает туда своих наемников. Ну, почему же тогда мы туда направляем своих детей, которые даже сохраняя право на двойное гражданство, когда им исполнится 18 лет, да они никогда не вернутся в нашу страну, поскольку воспитаны будут в духе ненависти к России, который сейчас царит в этом европейском сообществе, цивилизованном так называемом. Поэтому есть шанс на принятие этого закона. Меня просто смутило, что даже сейчас уже, ну, вот санкции с точки зрения нынешней власти они беспрецедентные, а мы прекрасно знаем, что в нашей истории были еще страшнее периоды экономических и политических санкций. Тем не менее, они уже введены против нс давно, эти санкции. Тем не менее, продолжаем еще отдавать наших детей на усыновление – 59 ребятишек вот отдали на усыновление только начиная с 2000 года. Это ненормально. Это плохо. Поэтому для нас это чрезвычайно важно. Это не нефтью торговать, не газом тайно торговать – это люди, это живые люди. А в нынешних условиях, в условиях катастрофического падения рождаемости… Мы понимаем, что спецоперация внесла и вносит свои негативные коррективы в нашу жизнь, ребята репродуктивного возраста там, ребята, которые сбежали в страхе от того, что они будут мобилизованы… Мы же потеряли значительную часть наших парней, которые… Ну, мы ж не в пробирках детей собираемся рожать, нам же нужны дети, которые рождены от любви, от союза мужчины и женщины, мы же это должны понимать. Поэтому сейчас, конечно, прежде чем говорить и призывать к рождению детей наши молодые семьи, надо сохранить тех детей, кто уже родился. Ни одного ребенка мы не должны отпустить за пределы нашей страны. Страна для них – это одна большая земля и не оскудела душа русская, наши семьи принимают этих детей, только помочь надо нашим семьям. И отдельные губернаторы это видят. Я не сторонник губернатора Воробьева, Подмосковья, условно говоря, понятно, что мы с ним расходимся в политических убеждениях, но так как он сейчас работает с детьми приемными, как он работает с детьми, которые с новых территорий – просто поучиться надо и поаплодировать ему. Это действительно так. Без всякой бюрократии оформляется опека на этих детей, выплаты на этих детей, внимание, привлекает бизнес. В этой части мне очень хочется просто поощрить тех, кто идет этим путем.
А. Гамов:
— Спасибо. Очень интересная тема. Мы сегодня ночью прямо вывесим стенограмму, Миша, обрати внимание, вот что касается этого закона…
Е. Афонина:
— Сообщений очень много… Быстренько зачитываю. Из Тверской области очень волнуются по поводу проблемы вейпы и дети – пишут, что просто беда – запретить до 21 года. «Почему много законов плохо прописанных? Сколько СНТ разорились на применении 217-го ФЗ?». «Здорово было бы разрешить ветерану труда или военной службы, боевых действий раз в год бесплатно проехать по платной дороге, например, М-4 на своем автомобиле к месту отдыха». «Какая структура указала на то, что добровольцы даже посмертно оставались вообще без всякой поддержки целый год?».
Н. Останина:
— Ну, вот это предложение, оно уже звучит как инициатива, и я беру на себя обязательство, что касается бесплатного проезда к месту отдыха по платной дороге. Конечно, для тех, кто был участником боевых действий, он и его семья имеет право к месту отдыха проехать. Хорошее предложение. Спасибо за него.
Что касается последнего вопроса. Слушайте, все, что касается у нас поддержки семей мобилизованных, добровольцев, контрактников, все это полномочия министерства обороны. Поэтому вот вы меня сейчас спросили, но закрытость этого министерства она привела к тому, что даже мы, депутаты, не можем получить ответа профессионального на вопрос. Поэтому я не удивляюсь этому вопросу, но одновременно тоже беру на себя обязательство, если это действительно так, то это, конечно, просто безобразие. Когда у нас единственный раз за все это время с начала спецоперации был заместитель министра обороны, статсекретарь Панков, и ему задали вопрос по поводу выплат, помните, было принято решение, и он сказал, что выплаты всем одинаковые. И речь шла об этих самых 190 тысячах. Мол, и контрактники, и мобилизованные, и добровольцы, ведь тогда была эта разноголосица почему-то шла – в окопах все равны. Но сказано это было громко, только на деле оказалось, что это не так, что тем самым добровольцам говорили – ребята, ну, ты ж добровольно пошел, поэтому какая ж помощь твоей семье? Ты сам пошел, сам написал заявление, а мы оказываем помощь только мобилизованным, Минобороны занимается только мобилизованными… Поэтому вопросов много. И я понимаю причину этого вопроса.
А что касается вейпов, только сегодня на совете Думы вопрос этот обсуждали. Да, действительно, эта тема, для меня она кричащая, идти по пути ужесточения… Запрет. Полный запрет. Потому что в любом случае это гибель для наших детей. Никакие курительные смеси. Надо их приравнивать просто к тем, наверное, продуктам, которые являют собой угрозу жизни и здоровью. Ну, хотя бы вопрос в отношении детей решить. Мы обсуждали эту тему. Либо усиление наказания тем, кто этим занимается, либо пособничеством занимается… потому что сегодня штрафы административные мизерны…
Е. Афонина:
— Нина Александровна, можно коротко ответить нашему радиослушателю из Нижегородской области? Уж очень он интересуется, как вы относитесь к тем, кто бежал от мобилизации.
Н. Останина:
— Как любой адекватный человек. Понимаете, это то же самое, что сбежать от постели больной матери. Простите за пафос, но Родина – это все-таки мать для каждого из нас. И покинуть свою мать, когда она находится в большой беде, я расцениваю это только так. Но понимание того, что мы действительно упустили целое поколение с точки зрения того, чтобы они любили свою страну, потому что 30 лет говорили, как там хорошо, и надо нам быть такими, как они там, это и есть результат отсутствия воспитания, с одной стороны, государственной политики, которая касалась бы наших детей и нашей молодежи. Нет у нас этой политики и сегодня. И последние события, которые связаны с созданием «ЧВК Редан», выход наших подростков еще раз говорят, что никакими законами по созданию детских, молодежных движений, которые возглавят взрослые дяденьки, которые будут осваивать деньги, мы эту государственную политику не заменим. Никакими проектами (знаете, забег на короткие дистанции) мы тоже эту государственную политику не заменим. Поэтому оцениваю это одним словом – как предательство своей Родины.
Е. Афонина:
— Мы много говорили о проблемах, хочется все-таки нашим радиослушателям рассказать еще и о тех законопроектах, которые вы разрабатываете, их достаточно много. И впереди, пусть еще и не летние каникулы, но весенние – уж точно. Что в смысле оздоровления, отдыха детей, какие есть идеи, какие инициативы в нынешних реалиях?
Н. Останина:
— Вы знаете, не получится у нас говорить это в отвязке от большой проблемы. Я опять к Посланию президента вернусь. Понимаете, наши воины должны быть уверены, что их семья защищена. А что такое для отца уверенность в том, что его ребенок накормлен, что он отдохнет на летних, на весенних каникулах и т.д.? А мы не знаем, как будет эта кампания организована. Вот мы начали с вами с Луганска. Я приехала оттуда. А там было 39 загородных лагерей, сейчас осталось только 4, но они все заняты мобилизованными. У нас все загородные детские учреждения стали стратегическими государственными объектами. Согласитесь, три года назад это пандемия, это всякие госпитали, где проходили реабилитацию переболевшие ковидом, дальше это беженцы, теперь это мобилизованные. Поэтому у нас катастрофически сократилось число этих детских загородных учреждений, остались только пришкольные детские лагеря. И статистика, которая говорит о том, что у нас 100% детей оздоравливается, она же совсем лукавая, она же совсем циничная и бессовестная. Поэтому я не знаю, как будет организована кампания, но по-старому уже не будет. Почему? Потому что из федерального бюджета финансируется 23 млрд. рублей, только 5 детских центров – «Артек», «Океан», «Смена», «Алые паруса». А остальные 50 миллиардов – то, что находили субъекты Федерации. Но сейчас, повторяю, и субъекты тоже отдали эти загородные детские лагеря. Вот Подольск, там лагерь «Мечта». А там как с февраля беженцы жили, так и сейчас живут. К сожалению, они не обустроены, они не вернулись к себе, у них нет там жилья, здесь пока жилье не обрели. Поэтому 1 миллиард выделили из бюджета на то, чтобы быстровозводимые конструкции, но разве на всю Россию миллиард – это достаточно? Кешбэк на 2023 год не предусмотрен. А уже Союз туроператоров заявляет, что на 15% подорожают путевки. Слушайте, а где люди деньги-то возьмут? Поэтому когда обсуждали на Совете законодателей (проводит Яровая), мне члены Совета Федерации говорят: ну, это тема не новая. Новая! Не будет уже по-старому. Поэтому, если мы сейчас не поставим вопрос ребром о выделении средств на организацию отдыха и оздоровление детей, абсолютно новая категория – дети из присоединенных регионов, их вывозить оттуда всех. На лето надо оттуда вывозить. Во-первых, там небезопасно. Даже если там и сохранились какие-то детские организации отдыха и оздоровления, повторяю, там небезопасно детей оставлять. Конечно, их надо вывозить сюда, к нам. А здесь тогда надо в те же самые федеральные центры. А в 5 федеральных центрах за год только 30-35 тысяч детей отдохнут, а у нас их 18,5 миллионов. Поэтому наметили на начало апреля президиум Совета законодателей на эту тему. Слушайте, в этой части надо думать. Имеющиеся у нас санатории, пансионаты, временно потеснить взрослых в интересах детей.
А. Гамов:
— Очень хорошая идея.
Н. Останина:
— И обязательно дети из семей мобилизованных. Всех – и добровольцев, и контрактников, и мобилизованных. Все дети должны иметь возможность отдохнуть. Пока отец там, ребенок обязательно должен за счет государства иметь возможность отдохнуть. Поэтому здесь все новое. Но этот новый подход должна осознать власть. Пока такого осознания нет, пока никаких предложений нет. Будем молчать – так дотянем до лета, потом поднимем руки и скажем, что мы к этому не готовы. Поэтому буквально завтра намереваюсь от имени фракции (мне дана такая возможность) будут выступать, с трибуны Государственной Думы об этом говорить.
А. Гамов:
— То есть программа Кобзона – Зюганова по оздоровлению ребятишек Донбасса, ее нужно расширять.
Н. Останина:
— Абсолютно. Ее надо делать так, чтобы маленький этот островок на всю страну распространился сейчас.
Е. Афонина:
— Насколько я понимаю, многих ребят может заинтересовать даже не отдых в каком-то санатории, а это какие-то походы, поездки. Это же здорово.
Н. Останина:
— Вы подняли вопрос очень важный.
А. Гамов:
— Это не мы, это вы.
Н. Останина:
— Да вот Елена подсказала мне. Министерство образования организовало университетские смены, когда детей привозили, и на базе университета с ними там разрабатывали туры и маршруты. В Луганске сказали, что ничего лучшего для детей организовано не было. Очень хотела, чтобы и этим летом тоже. Не обязательно это полноценный месячный отдых в каком-то загородном лагере. Это в том числе и подобного рода мероприятия. Кстати, со мной вместе были организаторы отдыха, директор лагеря из Тулы, и он говорит: «Я обращусь ко всем директорам, у нас есть общественные организации, руководители детского отдыха, чтобы каждый квоту 5-10% для таких детей бесплатно». И тут вопрос. В Луганске правительство говорит: а как мы найдем возможность логистики, как доставить детей? Слушайте, неужели мы не найдем возможность найти средства и привезти этих детей к нам сюда? Тем более что они бесплатно в этих прекрасных коммерческих лагерях, с питанием, с воспитательной работой, с культурной программой отдохнут. Для меня это дело чести просто сейчас поддержать эту инициативу, чтобы и Министерство просвещения тоже ее поддержало. Вы правильно сказали, эти университетские смены оценены очень хорошо, помогли и наши студенты, и преподаватели вузов, которые на себя взяли такие обязательства организовать здесь пребывание детей.
А. Гамов:
— Нина Александровна, я сказал вначале, что в Луганске слушают радио «Комсомольская правда». Мне интересно, вы там с Леонидом Ивановичем Пасечником встречались, обсуждали именно эти детско-семейно-женские проблемы?
Н. Останина:
— Знаете, я не из тех, кто бы думал о том, что только самое первое лицо способно решать эти проблемы. Есть социальный блок, те люди, от которых зависит, собственно, решение всех вопросов. Я попросила собрать весь социальный блок – министров, руководителей департаментов всех, депутатов, которые отвечают за социальный блок, руководителей детских организаций. Мы всех собрали, выслушали всех. Я приехала с большой такой бедой, что я увидела сейчас. Я увидела, что эти детские учреждения, они реабилитационные. Там, где пребывают дети из новых территорий, они выполняют только одну функцию – функцию чисто медицинскую. Приехали дети, и, когда я с ними встретилась, они сказали: «Вы знаете, как тут хорошо, я 11-й раз здесь, пять раз в день кормят». – «А учитесь или нет?» — «Нет, не учимся. Здесь есть у нас воспитатели, ну, вечером так, по дистанту, как-то, что-то». Они вообще не учатся, не занимаются. Поэтому, конечно, это очень большая проблема для нас. И мне очень хочется, чтобы, конечно, эти дети вернулись и в образовательный процесс. Это очень важно. Учебники привезли, библиотеки пытаемся наполнить.
Е. Афонина:
— Учителей нет?
Н. Останина:
— К сожалению, нет. Поэтому есть такая большая тема. Мы, с одной стороны, понимаем, что нужно делать, а с другой стороны, мне кажется, мы не должны ограничиваться декоративными поездками. Знаете, что меня удивило? Нас сразу пригласили там пройти, пообедать. А мы-то приехали для другого. Любопытно здесь. Молодые бизнесмены, которые, собственно организовали эту поездку, Олег Максимов, его семья, приехали женщины-художницы…
А. Гамов:
— Нина Александровна, извините, что я перебиваю. Я просто зарезервировал несколько секунд, чтобы задать перед праздником бестактные мужские вопросы. Я в Гостином дворе видел вас с такой прекрасной прической. И что за брошка вместо депутатского значка?
Н. Останина:
— Понимаете, Александр, вы бы никогда не задали этот вопрос, если бы не было этой брошки. Я бы так и продолжала отвечать, наверное, профессионально на те вопросы, которые мне адресованы. Иначе я не была бы женщиной. Ведь в канун 8 марта очень хочется, чтобы в политике видели не только, как вы сказали, семейного депутата, но еще и женщину. Вообще это здорово, когда политик остается женщиной.
Е. Афонина:
— Спасибо, Нина Александровна. Нина Останина была с нами в студии.
Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.