В настоящее время, когда Россию накрыла очередная волна финансово-экономического кризиса, когда проваливаются программы властей по «модернизации», «импортозамещению», когда происходит обострение социальных проблем, на повестку дня встаёт задача смены социально-экономического курса, реализации альтернативной стратегии развития российской экономики, направленной на проведение новой фронтальной индустриализации, на повышение уровня и качества жизни народа. Данная программа была разработана на Орловском экономическом форуме, на Всероссийской конференции трудовых коллективов, проведенных по инициативе КПРФ в феврале – марте нынешнего года (напомним также, что её основные положения изложены в «Десяти тезисах Зюганова»).

Казалось бы, представлена программа альтернативного развития России, над разработкой содержания которой вместе с КПРФ трудились многочисленные эксперты, учёные-экономисты, видные деятели профсоюзов, представители органов государственного управления, руководители производственных предприятий, общественных организаций. По идее, есть все основания полагать, что данная программа будет поддержана подавляющим большинством граждан России. Но учитывая негативный опыт информационных войн против левопатриотического движения, развязываемых властью и олигархами на протяжении прошедших лет (особенно в 1996 году), не исключено, что могут быть предприняты попытки искажения сути предложений Компартии, запугивания населения угрозой «реставрации неэффективной командно-административной системы», «экономического краха» в случае реализации антикризисной стратегии КПРФ. Собственно говоря, осенью 2015 года правящие либеральные силы крайне болезненно отреагировали на социально-экономическую программу, разработанную советником президента по вопросам экономики С.Ю. Глазьевым и сопредседателем общественной организации «Деловая Россия» Б.Ю. Титовым, оценив её положения как предложение восстановления «неэффективной Советской экономики». Разумеется, запугивали население возможностью «эскалации кризиса» в случае реализации положения программы Глазьева – Титова.

И если политические представители компрадорского капитала в штыки встретили программу, разработанную идеологами национальной буржуазии, то рассчитывать на то, что они будут реагировать мягче на программу Коммунистической партии – авангарда трудящихся масс, да и в предвыборный период (а тем более в условиях нарастания социальных протестов по всей России), было бы наивностью.

Однако представителям противоположной стороны будет сложно достичь вышеобозначенной цели в том случае, если нам удастся доказать обществу, что время подтвердило правоту положений программы КПРФ. Об этом свидетельствует не только успешный результат политики властей Китая, Вьетнама и Белоруссии, не только позитивные итоги деятельности мэра Новосибирска А.Е. Локтя и губернатора Иркутской области С.Г. Левченко, но и конструктивный опыт политики правительства Примакова – Маслюкова – Геращенко в 1998 – 1999 гг., сумевшего оттащить экономику России от края пропасти. Данный факт необходимо осознать уже сейчас.

В этой связи представляется целесообразным рассмотреть, как базовые положения современной антикризисной социально-экономической платформы КПРФ («Десять тезисов Зюганова») реализовывались в определённой степени кабинетом министров Примакова – Маслюкова в период с сентября 1998 года по май 1999 года (напомним, что Ю.Д. Маслюков – один из видных деятелей Коммунистической партии РФ до 2010 года, занимал должность первого вице – премьера в вышеупомянутый период, курировал вопросы экономической политики).

*  *  *

«Десять тезисов Зюганова» и их реализация правительством Примакова – Маслюкова.

  1. «Восстановить экономический суверенитет и реальную независимость страны».

      Для достижения данной цели предлагается установить «должный  государственный контроль над банковской системой и валютными операциями». Также заявлено «о выходе России из ВТО» (напомним, что одним из базовых принципов данной структуры является предоставление всем остальным её членам режима наибольшего благоприятствования в торговле. Де-факто речь идёт о сдаче в архив такой меры как протекционизм – защиты отечественного товаропроизводителя от недобросовестной конкуренции из за рубежа).

Меры, направленные на усиление валютного контроля, регулирования деятельности коммерческих банков, частично были приняты правительством Примакова – Маслюкова. Так, с осени 1998 года была введена обязательная продажа 75% экспортной выручки Центробанку (об этом речь шла в Указании ЦБ РФ № 347-У от 11 сентября 1998 года «О внесении изменений и дополнений в Инструкцию Банка России «О порядке обязательной продаже предприятиями, учреждениями, организациями части валютной выручки через уполномоченные банки и проведения операций на внутреннем валютном рынке Российской Федерации» № 7 от 29 июня 1992 года»).

Деятельность банков, фондов, бирж в определенной степени была поставлена под контроль государства. Об этом шла речь в постановлении Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг №37 от 22 сентября 1998 года «О мерах, направленных на минимизацию негативных последствий финансового кризиса на рынке ценных бумаг в целях защиты прав и интересов инвесторов, и внесении изменений и дополнений в постановление федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 3 июня 1998 года № 22, положение о порядке лицензирования различных видов профессиональной деятельности на рынке ценных бумаг российской федерации, утвержденное постановлением федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 19 сентября 1997 года № 26, и положение о лицензировании деятельности по ведению реестра владельцев именных ценных бумаг, утвержденное постановлением федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 19 июня 1998 года № 24».  Постановлением Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг №39 от 30 сентября 1998 года «О мерах по защите прав владельцев инвестиционных паев паевых инвестиционных фондов в связи с нестабильной ситуацией на финансовом рынке Российской Федерации» управляющие компании паевых инвестиционных фондов были обязаны приостановить «размещение и выкуп инвестиционных паев паевых инвестиционных фондов, если оценочная стоимость государственных краткосрочных бескупонных облигаций и облигаций федерального займа с постоянным и переменным купонным доходом, составляющих имущество паевого инвестиционного фонда, превысит 10 и более процентов стоимости чистых активов». Также они были обязаны «привести размер собственного капитала в соответствие с Временным положением об управляющих компаниях паевых инвестиционных фондов, о деятельности по доверительному управлению имуществом паевых инвестиционных фондов и ее лицензировании».

     Как отмечает старший аналитик ИК «Риком – Траст» Владислав Жуковский, благодаря введению валютного контроля «удалось в 3 раза снизить масштабы валютных спекуляций и вывод капитала, а отвязав эмиссию рубля от притока долларов и насытив рынок деньгами он сумел существенно снизить долю бартера и вексельного оборота (с 85% до 40%), повысить доступность кредитов и сократить инфляцию издержек».

В 1998 – 1999 гг.. Россия не являлась членом ВТО. Следовательно, тогда вопрос о выходе нашей страны из данной организации ещё не стоял на повестке дня. Однако в упомянутый период представители многих политических партий, общественных организаций, научных кругов, товаропроизводителей и предпринимателей, властных структур говорили о необходимости реализации меры государственного протекционизма. Ровно эту меру частично реализовало правительство Примакова – Маслюкова. Разумеется, в начале кабинет министров снизил таможенные пошлины по основным позициями «критического импорта», провел переговоры с США о поставках сельскохозяйственной продукции. Вполне понятно, что в условиях разрухи отечественного сельскохозяйственного производства, прекращения импортных поставок после финансовой катастрофы 17 августа 1998 года, важно было решить проблему обеспечения населения продовольствием и медикаментами. В дальнейшем, по мере определенной стабилизации экономической ситуации и упрочнения позиций национального производителя, правительство Примакова принимало меры по защите российской экономики от конкуренции из за рубежа. Так, в постановлении правительства РФ №23 от 7 января 1999 года «О неотложных мерах по повышению эффективности работы тепличных предприятий в 1999 году» речь шла о повышении сезонных ввозных таможенных пошлин на огурцы и томаты.

  1. «Минерально-сырьевая база России обязана служить народу».

       Речь идёт о том, что «выручка от экспорта сырья должна идти в казну, а не обогащать олигархов и их челядь». Также содержатся предложения «создания мощного государственного сектора в экономике» (в частности, «национализации минерально-сырьевой базы страны»), а также «возвращения стратегического планирования».

Правительство Примакова – Маслюкова принимало меры, направленные на установление государственного контроля над экспортом стратегических материалов, главным образом — сырья.  Об этом шла речь в постановлении кабинета министров РФ № 1267 от 31 октября 1998 года «О введении лицензирования экспорта из Российской Федерации шкур крупного рогатого скота, овец и прочих необработанных шкур». Данным постановлением поручалось «представлять ежемесячно в Министерство торговли Российской Федерации статистические сведения об объемах экспорта этих товаров». Постановление правительства России №18 от 5 января 1999 года «О дополнительных мерах государственного регулирования при заготовке, реализации и экспорте древесины ценных лесных пород» предусматривало введение системы лицензирования экспорта лесоматериалов ценных лесных пород. В документе речь шла о необходимости ежеквартальных представлений в Министерство промышленности и торговли РФ статистических сведений об объемах экспорта лесоматериалов.  Также была предпринята попытка восстановления системы государственного регулирования экспорта углеводородов. Так, решением Правительства РФ от 4 января 1999 года №17 «Об утверждении ставок вывозных таможенных пошлин на товары, вывозимые с территории Российской Федерации», постановление кабинета министров от 1 апреля 1996 года № 479 «Об отмене вывозных таможенных пошлин, изменении ставок акциза на нефть и дополнительных мерах по обеспечению поступления доходов в федеральный бюджет» было признано утратившим силу. Следовательно, восстанавливались экспортные пошлины на нефть, газ, упразднённые правительством В.С. Черномырдина.

Правительство Евгения Примакова пыталось вернуть государству  ряд компаний, сосредоточенных в ключевых отраслях экономики. Так, в ноябре 1998 года арбитражный суд Москвы признал сделку по продаже компании «Пурнфетегаза» с оборотом 600 млн. долларов за 10 млн. долларов недействительной. В результате 9,5% акций «Пурнефтегаза» вернулись государственной компании «Роснефть». В собственность государства перешло два крупнейших банка. Так, с осени 1998 года 75% акций «СБС – Агро» находились в залоге у Центробанка, банк «Российский кредит» перешел под управление государственной корпорации «Агентство по реструктуризации кредитных организаций».

Правительством был взят курс на создание мощной государственной нефтяной компании – через объединение «Славнефти», «Роснефти» и других нефтяных компаний, в которых государство владело контрольным пакетом акций. По поручению председателя правительства РФ был подготовлен проект постановления. Как пишет в своих мемуарах Е.М. Примаков, «речь шла о создании сначала государственного холдинга, а затем объединении всех компаний в одно целое» (подчёркнуто автором – М.Ч.). В таком случаи «у государства была бы вторая по масштабам добычи нефти (после «ЛУКОЙЛа») компания, и если учесть, что в государственных руках была еще и «труба» — «Транснефть», через которую осуществляется весь нефтяной экспорт страны, то совершенно ясно, кто обладал бы реальными рычагами воздействия на обстановку». Реализация данной меры дала бы правительству возможность регулировать экспортные пошлины в интересах общества, контролировать внутренние цены на бензин, горюче-смазочные материалы, препятствовать их спекулятивному взлёту. Как пишет советник всех глав правительств России в 1990-ые годы В.В. Воронцов в своей книге «Премьеры Ельцина. В  коридорах безвластия», «… наличие в руках государства мощной нефтяной компании давало бы возможность решать проблему обеспечения энергоносителями таких бюджетополучателей, как Минобороны, МВД, оборонная промышленность, здравоохранение, образование, научно – техническая сфера и т.д.».

Также была предпринята попытка пресечения разграбления национальных богатств страны под флагом «приватизации» узкой группой чиновников и капиталистов, вернуть противоправно присвоенные богатства страны государству. Е.М. Примаков в своей книге «Минное поле политики» пишет, как руководители правоохранительных органов представили ему доклады, в которых речь шла об огромных масштабах криминализации экономики. Так, 17 декабря 1998 года министр внутренних дел РФ С.В. Степашин передал записку Примакову, в которой было сказано, что возвратить в Россию громадные суммы, которые уплывали незаконно за рубеж и размещались на счетах в иностранных банках можно только через открытие уголовных дел. Евгений Максимович посоветовал ему обсудить этот вопрос с Генеральным прокурором, заявил, что надо открывать уголовные дела.

Что было сделано?  30 декабря 1998 года, после завершения проверки деятельности Центробанка Генеральной прокуратурой, МВД и ФСБ в связи с событиями 17 августа, было возбуждено 3 уголовных дела.   Генеральный прокурор России Ю.И. Скуратов начал расследование деятельности крупных государственных чиновников, которые подозревались в игре на рынке ГКО с использованием служебного положения. В числе подозреваемых был А.Б. Чубайс и другие «младореформаторы».  28 апреля 1999 года Счётная палата в ходе проверки деятельности Управления делами президента выявила серьёзные нарушения в расходовании государственных средств и использовании государственной собственности.

Борьба с коррупцией шла полным ходом. Так, 18 февраля 1999 года появилась информация о том, что за последние полгода задержано 18 тысяч чиновников разного ранга по обвинению в злоупотреблении служебного положения.

Правоохранительные органы расследовали деятельность как чиновников, так и коммерсантов, подозреваемых в нарушении законодательства. Так, 5 ноября 1998 года был арестован заместитель председателя правления ОНЭКСИМбанка Г. Кошель. Арест был осуществлен в рамках уголовного дела, возбужденного еще в сентябре 1997 года «по факту незаконного завладения 41%-ного госпакета акций Череповецкого НПО «Азот» на общую сумму $27 млн» .

Уголовному преследованию подверглись компании Б.А. Березовского – официально связанные с ним и несвязанные. Расследовалась деятельность «Сибнефти», «Аэрофлота», ФОК (финансовой компании), NFQ (рекламной компании).  Все они подозревались в мошенничестве, в уклонении от уплаты налогов. Так, «Аэрофлоту» было предъявлено обвинение в отмывании денег и в нарушении валютного законодательства в связях с компаниями «Andava» и «Forus»Налоговая полиция начала расследовать деятельность главного рекламщика принадлежащего ОРТ С.Ф. Лисовского.

Генеральная прокуратура начала уголовное преследование главы банка «СБС – Агро» А. Смоленского – его обвинили в растрате в связи с фальшивым авизо в 1992 – 1993 гг..  В феврале 1999 года было начато уголовное дело против «АвтоВАЗа» —  по обвинению в мошенничестве и отмыванию денег. Прокуратура предъявила обвинение в растрате и убийстве Анатолию Быкову участнику сделки с Березовским и Абрамовичем по продаже акций Красноярского алюминиевого завода. Уголовное дело было возбуждено и в отношении ряда бывших должностных лиц «Росэнергоатома».

В результате удавалось в определенной степени возвратить в Россию награбленные суммы, спрятанные на счетах в зарубежных банках. Полученные средства предполагалось направить на поддержку реального сектора экономики, социальной сферы, укрепление обороноспособности. Меры, направленные на борьбу с расхищением национальных богатств, способствовали восстановлению законности и порядка. Так, была пресечена практика искусственного банкротства, что являлось реальной попыткой остановить процесс рукотворной ликвидации производственной базы России.  Следует подчеркнуть, что все вышеперечисленные меры укрепляли  доверие со стороны законопослушных инвесторов. До августа 1998 года мафиозные финансово-экономические группировки наносили ущерб гражданам, государству, а также многим участникам рынка. Таким образом, не существовало гарантий сохранности вкладов, возврата инвестиций и т.д. Даже небезызвестный финансовый спекулянт Джордж Сорос заявил, что «система грабительского капитализма ненадежна, нестабильна». Однако он сделал соответствующее заявление исключительно из-за потери своих инвестиций, вложенных в «Связьинвест», после событий 17 августа 1998 года.

Что же касается восстановления системы стратегического планирования экономического развития страны, то кабинет министров Примакова – Маслюкова также взял данную идею на вооружение. Так, постановлением правительства РФ № 92 от 22 января 1999 года «О совете по проблемам реструктуризации и развития промышленности при Правительстве Российской Федерации»,  основной задачей упомянутой структуры являлось разработка предложений по формированию государственной промышленной политики и стратегии промышленного развития. В состав Совета входили члены правительства, руководители научно – исследовательских организаций и финансово-промышленных групп.

Фактически речь шла о создании государственного института, центра индустриального развития, который должен задавать новые, более широкие горизонты промышленной политики.

 

Примечание: если кому-то по прочтении вышеизложенного придёт в голову мысль, будто претензии к олигархии 1990-х годов были «безосновательными» – якобы Примаков, Маслюков и Скуратов занимались «сведением счётов», то напомним следующие весьма достоверные факты: 1) Ход и результаты судебного процесса над рядом Гарвардских специалистов в США в 1996 – 1997 гг.. (Шлейфером и другими) (напомним, что Шлейфера подозревали в использовании для личного обогащения своего положения в качестве управляющего одного их главных программ западной помощи России. Дело в том, что Шлейфер, Джонатан Хей, работая советниками председателя Госкомимущества РФ А.Б. Чубайса, скупили акции ряда крупнейших предприятий России). В итоге федеральный судья США признал фигурантов дела виновными и назначил Гарвардскому университету взыскание в размере до 34 млн. долларов, а Шлейферу и его заместителю – в три раза больше. Это наглядный пример того, каким способом проводилась приватизация в нашей стране – лица, работавшие в министерствах либо располагающие связями с ними, становились предпринимателями).

2) Желательно напоминать о деле Bank of New York в 1998 – 2001 гг.., когда Министерство финансов США совместно с ФБР и Министерством юстиции начало проводить тайное расследование о вывозе из России 7 млрд. долларов через вышеупомянутую банковскую структуру. Вполне понятно, что Запад не стремился восстановить законность в нашей стране – до 1998 года открыто поддерживал ельцинскую команду, разворовавшую национальные богатства России. Американцы «опомнились» лишь после событий 17 августа 1998 года, когда иностранным инвесторам, игравшим на рынке ГКО, правительство «молодых реформаторов» отказалось выплачивать долги (т.е. «кинуло» игроков). Поэтому западная буржуазия просто сводила счеты с российской. Тем не менее, событие весьма существенное – полностью опровергает утверждения «либеральных оппозиционеров» о «законности чубайсовской приватизации», о том, что олигархи 90-х годов якобы не нарушали законов и т.д.

    Так, П.Ю. Хлебников в своей книге «Крёстный отец Кремля Борис Березовский или история разграбления России» писал следующее: «Деньги наиболее подозрительного свойства на счетах «Bank of New York» приходили из целого ряда каких-то сомнительных московских учреждений: банк «Фламинго», «Собинбанк», «Депозитарно – клиринговый банк» «МДМ Банк» — все они в той или иной степени принадлежали банку «СБС – Агро». Среди управляющих этими банками было несколько близких друзей Березовского и Романа Абрамовича». Среди фигурантов данного международного дела были А. Лившиц, А. Чубайс, О. Сосковец, Т. Дьяченко, Б. Березовский, В. Потанин, В. Юмашев и другие. В сентябре 1999 года в Комитете по банкам и финансам палаты представителей Конгресса США были проведены слушания по делу Bank of New York. На слушания в Конгресс  пригласили 20 свидетелей – генерального прокурора США Джанет Рино, министра финансов Ларри Саммерса, прокурора Нью – Йорка Роберта Моргентада, группу банкиров и учёных из России, Европы и Америки. Так, глава банковского комитета палаты представителей США Джеймс Лич заявил: «Мы хотели помочь России в переходе от коммунизма к рыночному демократическому обществу, а вместо этого получили страну воров – олигархов…». Он подчеркнул, что преступные синдикаты контролируют 40% экономики России и половину банковского капитала, но по данным экспертных оценок всё гораздо больше. Джеймс Лич отметил, что в России воровство превосходит инвестиции, в связи с чем предложил заморозить финансовую помощь России по линии МВФ, заблокировать счета российских компаний.

    Расследование шло полным ходом и завершилось бы не в пользу ельцинской клептократии, если бы не подозрительная смерть банкира Эдмунда Сафры, сотрудничавшего со следствием. Он давал свидетельские показания о краже кредита МВФ, выделенного России в августе 1998 года, о способах отмывания денег, называл имена конкретных чиновников и коммерсантов. В ходе пребывания в Москве летом 1999 года он встретился с Березовским, с Абрамовичем и с высокопоставленными чиновниками Министерства финансов РФ, которые ему откровенно угрожали. Осенью 1999 года  Б.А. Березовский нанес визит во Францию и встретился с Сафрой, угрожая его убить за откровения в разговорах с ФБР. Погиб во время поджога его бункера в декабре 1999 года. По мнению Бертоссы – бывшего Генерального прокурора кантона Женева, курировавшего расследование по отмыванию кредита МВФ, поводом для убийства Эдмунда Сафры стали его откровения с сотрудниками ФБР и швейцарской прокуратурой.  По информации одного из сотрудников ФБР, смерть Сафры перепугала руководство банков, через которые отмывались деньги и многие стали бояться давать показания. Все это – по материалам статьи Олега Лурье «Украденные миллиарды».

Таким образом, дело фактически развалилось. Но, несмотря на гибель Сафры, дело BoNY в США продолжалось. Так, 15 сентября 2000 года The Wall Street Journal и The New York Times отметили, что по утверждению американских следователей, основным звеном схемы по отмыванию денег был Собинбанк, через который вывезено из России 7 млрд. долларов (в  основном – сокрытые от уплаты таможенных пошлин и налогов денежные средства сырьевых экспортеров). В результате уволил ряд своих сотрудников, которые были ответственны за отмывание денег. 6 марта 2001 года вице-президент BoNY по делам в Восточной Европе Люси Эдвардс признала свою вину в содействии операциям по отмыванию денег из России.

    В ходе разбирательства в США Bank of New York признал свою ответственность и выплатил крупный штраф правительству США).

 

  1. «Срочные меры по спасению сельского хозяйства».

Речь идёт о необходимости делать ставку «на крупные коллективные хозяйства и кооперацию», что должно стать «главной идеей государственной программы развития села». Отмечено, что «на поддержку агропромышленного комплекса нужно выделять не менее 10% расходной части федерального бюджета».

Правительство Примакова – Маслюкова в определённой степени реализовало вышеперечисленные меры. Так, постановлением кабинета министров №24 от 7 января 1999 года «О повышении роли потребительской кооперации в обеспечении населения продовольствием», Центросоюзу России было рекомендовано сосредоточить деятельность на активизации закупок сельскохозяйственной продукции на долгосрочной основе.

В свою очередь, в постановлении правительства России № 295 от 16 марта 1999 года «О ценовой политике в сфере агропромышленного производства» Министерству экономики, финансов, сельского хозяйства и продовольствия РФ поручалось «по согласованию с органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации и общественными объединениями» представлять в правительство РФ «предложения о гарантированных закупочных ценах на сельскохозяйственную продукцию с учетом цен, складывающихся на внутреннем и внешнем рынках». Предусматривалось применение гарантированных цен «при закупках сельскохозяйственной продукции для федеральных государственных нужд».

Также кабинет министров оказывал финансовую поддержку АПК. Постановлением правительства РФ №23 от 7 января 1999 года «О неотложных мерах по повышению эффективности работы тепличных предприятий в 1999 году» предусматривалось выделение тепличным предприятиям кредита в размере 150 миллионов рублей на льготных условиях.

  1. «Всемерная поддержка народных предприятий, ярко демонстрирующих свою эффективность, а также малого и среднего бизнеса».

В 1998 году был принят закон “Об особенностях правового положения акционерных обществ работников (народных предприятий)”. Однако в начале «демократическая» власть всеми способами противилась указанному законопроекту. Тем не менее, 1 октября 1998 года (когда страной фактически руководил кабинет министров Примакова – Маслюкова, а не «семья») данный Федеральный закон вступил в силу. Данная мера в определенной мере поспособствовала развитию народных предприятий (предприятий коллективной формы собственности), которые в 1990-ые годы были фактически вытеснены на обочину. В результате сегодня – даже в условиях кризиса —  такие производственные объединения как «НП Знамя», Набережночелнинский картоно-бумажный комбинат, Усольский свинокомплекс, ООО «Звениговский», ЗАО «Совхоз имени Ленина», демонстрируя устойчивые показатели экономического роста, выпуская качественную продукцию, поддерживая систему социального обеспечения своих сотрудников, представляют собой «островки стабильности».

Что же касается малого и среднего предпринимательства, то реализация таких мер как оказание финансовой, кредитной поддержки реальному сектору экономики, послабление налоговой политики, регулирование цен и тарифов сырьевых и естественных монополий (обо всём мы будем подробно говорить ниже) благотворно сказалась на положении малого и среднего бизнеса. И это признала даже часть его представителей. В качестве подтверждения данного тезиса сошлёмся на статью Г.А. Зюганова «Климат малого бизнеса«, опубликованную в газете «Советская Россия» 11 августа 2007 года, в которой лидер КПРФ писал, как он принимал участие в работе съезда Союза руководителей малых предприятий. В рамках данного съезда проходил межпартийный форум, на котором ведущий дискуссии тележурналист В.Р. Соловьёв, который, как известно, сам является бизнесменом, заявил следующее: «Я хочу поддержать Зюганова, действительно, самый благоприятный климат для развития малого и среднего предпринимательства в стране был при коалиционном правительстве Примакова – Маслюкова, в котором участвовали коммунисты».

  1. «Мобилизация кредитных ресурсов для возрождения страны».

Кабинетом министров РФ был создан Бюджет развития – важнейший инструмент реализации государственных инвестиционных проектов. Так, постановлением правительства РФ №378 от 5 апреля 1999 года «Об оперативном управлении Бюджетом развития Российской Федерации» Министерству экономики и Министерству финансов РФ поручалось обеспечить «согласованное финансирование инвестиционных проектов за счет средств инвесторов и средств, выделяемых из федерального бюджета».

Конкретный пример нами был приведен выше — мы показали, как Постановлением правительства РФ №23 от 7 января 1999 года «О неотложных мерах по повышению эффективности работы тепличных предприятий в 1999 году»  была оказана финансово-кредитная поддержка хозяйствующим субъектам, сосредоточенным в данной отрасли.

  1. «Госконтроль над ценами на товары первой необходимости и на лекарства».

Прежде всего, речь идёт о регулировании «торговой наценки на отечественную продукцию». Также предлагается введение «монополии государства на производство и реализацию спиртосодержащей продукции».

Правительство Евгения Примакова регулировало тарифы естественных монополий. Так, постановлением кабинета министров № 1135 от 1 октября 1998 года «Об установлении льготных железнодорожных тарифов на перевозки картофеля, овощей, фруктов, рыбы и рыбопродуктов» вводились льготные тарифы на железнодорожные перевозки в размере 50% действующих. В свою очередь, постановлением правительства № 1190 от 12 октября 1998 года «О мерах стабилизации потребительского рынка Российской Федерации» Министерству по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства и МПС было поручено обеспечивать контроль за уровнем железнодорожных тарифов на перевозку вышеперечисленных товаров. Сдерживание уровня цен и тарифов на энергоносители и транспортные услуги предусматривалось также постановлением правительства № 224 от 26 февраля 1999 года «О совершенствовании регулирования тарифов на электрическую энергию, потребляемую железнодорожным транспортом», а также постановлением кабинета министров № 253 от 3 марта 1999 года «О мерах, исключающих необоснованный рост затрат и цен (тарифов) на продукцию (услуги) субъектов естественных монополий в 1999 году».

Регулирование цен на продукцию и услуги естественных монополий способствовало определенному снижению издержек у отечественных товаропроизводителей, как следствие – определенному понижению цен на целый ряд остальных товаров. Снижение затрат предприятий на сырье, электроэнергию, транспортные расходы являлось одним из существенных факторов, способствовавших ускорению импортозамещения в 1998 – 1999 гг..

Кроме регулирования тарифов естественных монополий, была также предпринята попытка установления контроля за ценами на ряд важнейших продовольственных и промышленных товаров. Выше мы ссылались на постановление правительства России № 295 от 16 марта 1999 года «О ценовой политике в сфере агропромышленного производства», которое предусматривало использование косвенных методов регулирования ценообразования, разработку системы закупок сельхозпродукции у производителя и т.д.

В постановлении правительства РФ № 347 от 29 марта 1999 года «О мерах государственного контроля за ценами на лекарственные средства» министерству здравоохранения, совместно с министерством экономики и органами исполнительной власти субъектов РФ поручалось проведение мониторинга цен на ряд важнейших лекарственных средств. Региональным властям поручалось проведение анализа «размеров торговых надбавок, устанавливаемых на включенные в перечень лекарственные средства, с целью принятия мер по обеспечению соответствия их реальным затратам на оптовую и розничную реализацию лекарственных средств».

Кабинет министров Примакова – Маслюкова также ввел государственную монополию на производство и оборот этилового спирта. Постановлением правительства РФ № 1159 от 6 октября 1998 года «Об усилении государственного регулирования в сфере производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции» было установлено, что производство этилового спирта, спиртосодержащих растворов может осуществляться по квотам только государственными предприятиями и акционерными обществами, контрольный пакет акций которых принадлежит государству. Также была начата борьба с подпольным производством водки. Так, в вышеупомянутом постановлении правоохранительным органам было поручено провести проверку «предприятий оптовой и розничной торговли, реализующих алкогольную продукцию, обратив особое внимание на подлинность специальных марок, используемых для маркировки крепких алкогольных напитков».

В результате установления государственного контроля над производством и оборотом этилового спирта доходная часть бюджета повысилась. Только за первые два месяца действия постановления правительства №1159 количество сбора налогов увеличилось в 1,5 раза.

  1. «Предстоит изменить налоговую систему».

В настоящее время речь идёт о введении «прогрессивного налога на доходы физических лиц». Также стоит вопрос о необходимости отхода от налоговой системы, которая «тормозит производство», «провоцирует коррупцию», «больно бьёт по малому бизнесу», «углубляет нищету простого народа». Словом, предлагается упразднить НДС, понизить налог на имущество и земельный налог с кадастровой стоимостью.

Правительство Примакова – Маслюкова взяло курс на уменьшение числа налогов и их снижение. Так, была понижена ставка НДС на продовольствие. Постановлением кабинета министров № 1147 от 2 октября 1998 года сельскохозяйственным производителям, предприятиям и организациям АПК была предоставлена отсрочка по погашению задолженностей по платежам в федеральный бюджет.

Е.М. Примаков в своей книге «Минное поле политики» вспоминает, как столкнулся со следующим явлением. В течение ряда месяцев (а иногда и лет) на складах находилось современное промышленное оборудование, закупленное за границей и уже оплаченное предприятиями. Тем не менее, Таможенный комитет не позволял использовать оборудование по причине неспособности выплатить НДС. Принимая во внимание общую кризисную ситуацию, неспособность предприятий расплатится по долгам, Е.М. Примаков приказал Таможенному комитету снять арест с промышленного оборудования, «заключив с каждым из его владельцев соглашение, по которому под залог этого оборудования или гарантии банка будут в обозначенный срок выплачены долги».

Данная мера также способствовала снижению издержек производства. В результате у предприятий оставалось больше средств, которых можно было направлять на развитие производства, внедрение новой техники. По мере роста производства налоговые поступления в бюджет возрастали.

  1. «Забота о стране – это забота о людях».

Данный программный пункт предусматривает превращение России «в социальное государство не только по записи в Конституции». Подробно изложены предложения в области образования, здравоохранения, ЖКХ, политики доходов населения и т.д.

Правительство Примакова – Маслюкова поставило задачу погашения задолженностей по социальным выплатам. С октября 1998 года твердо осуществлялись ежемесячные выплаты зарплат, пенсий, пособий, погашались долги по ним.  В конце 1998 года были значительно сокращены, а в ряде случаев ликвидированы долги по социальным выплатам. Отменено решение правительств Черномырдина и Кириенко о полном урезании расходов на социальную сферу. Так, постановление Правительства № 1486 от 11 декабря 1998 года «О внесении изменений и дополнений в Программу экономии государственных расходов, утвержденную Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 июня 1998 г. № 600» из программы экономии бюджетных средств исключались отделения Российской академии наук. Предполагалось упорядочить условия труда и численность «членов президиумов и работников аппаратов президиумов российских академий и их региональных отделений, сократив при этом их численность не менее чем на 20 процентов в порядке, установленном уставами Российской академии наук, Российской академии образования, Российской академии медицинских наук, Российской академии художеств и их региональных отделений, с направлением высвобождающихся средств на повышение заработной платы членам президиумов и работникам аппаратов президиумов российских академий и их региональных отделений».

О погашении долгов по зарплатам и пенсиям, о социальной политике речь шла в постановлении правительства РФ № 1141 от 1 октября 1998 года «Об установлении надбавки за работу в опасных для здоровья условиях труда некоторыми категориями военнослужащих и гражданского персонала Вооруженных сил Российской Федерации», в постановлении № 310 от 19 марта 1999 года «О дополнительных мерах, направленных на погашение задолженности по выплате государственных пенсий», а также в постановлении № 311 от 19 марта 1999 года «О повышении должностных окладов работников отдельных организаций бюджетной сферы».

В результате принятия мер, направленных на придание экономической политике социальной направленности, удалось добиться относительной стабилизации социально – политической ситуации в стране. Определенное повышение доходов населения привело к оживлению покупательной способности. Рост платежеспособного спроса являлся одним из ключевых факторов начавшегося подъема в отраслях экономики, ориентированных на внутренний рынок.

 

*  *  *

Результаты реализации программы КПРФ в 1998 – 1999 гг.. способствовали определенному экономическому подъему. Так, по данным Госкомстата, только за период с октября 1998 года по март 1999 года, рост промышленного производства составил 23,8%, инфляция снизилась с 38 до 3 процентов в месяц.

В тоже время следует обратить внимание на следующее обстоятельство. Ряд экспертов полагает, что промышленный рост в 1998 – 1999 гг.. якобы был следствием девальвации рубля. По их мнению, падение курса национальной валюты привело к удорожанию импортной продукции, в результате чего повысился спрос на дешевые отечественные товары.  Формально это так. В тоже время правительство Примакова – Маслюкова проводило финансовую, налоговую, кредитную политику в интересах реального сектора экономики, в определенной степени начало контролировать деятельность банковской системы, экспортеров сырьевых ресурсов, естественных монополий. Также кабинет министров начал проводить социальную политику, стимулируя тем самым рост покупательной способности населения. Была объявлена война коррупции и экономическим преступлениям, ущерб от которых несло государство. Таким образом, кабинет Примакова – Маслюкова принимал меры, способствовавшие ускорению экономического роста.

На наш взгляд, следует подчеркнуть, что на сегодняшний день существует немало доказательств, подтверждающих тот факт, что девальвация рубля сыграла весьма незначительную роль в относительной экономической стабилизации в 1998 – 1999 гг.. Даже ряд буржуазных экспертов доказывает это на конкретных примерах. Так, в статье Г. Куранова и А. Михайлова «Импортозамещающая стратегия структурных сдвигов в экономике России», опубликованной в журнале «Вопросы экономики» в 1999 году, подчеркнуто, что промышленный подъем, начавшийся после 17 августа 1998 года, на 25% обязан эффекту от девальвации рубля.

Меры, предпринятые правительством в 1998 – 1999 гг., способствовали промышленному подъему в указанный период. Аналогичной точки зрения придерживается ряд представителей самих хозяйствующих субъектов. Так, советник генерального директора ОАО «КАМАЗ» Сергей Блинов в статье «Эффект от девальвации, Минфин и Центробанк», опубликованной в журнале «Эксперт» в декабре 2014 года, подчеркивает, что девальвация национальной валюты не всегда способствует экономическому росту. Он отметил, что в 2008 году падение курса рубля не привело к подъему промышленного производства, в отличии от 1998 года. По мнению С. Блинова, после дефолта 1998 года правительство Е.М. Примакова приняло меры по насыщению экономики денежной ликвидностью. Рост денежной массы способствовал повышению спроса на товары местного, «рублевого» происхождения, ускорил процесс восстановления производства.

Таким образом, антикризисная стратегия социально-экономического развития России, отстаиваемая КПРФ, продемонстрировала свою успешность. Позитивный опыт её реализации кабинетом министров Примакова – Маслюкова, сформированного при активном участии Компартии России, остаётся актуальным в настоящее время.

Михаил Чистый

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.