В одной из предыдущих статей мы показали, как перед первым туром президентских выборов намечалась тенденция к сотрудничеству Блока народно-патриотических сил с ЛДПР. В.В. Жириновский понимал, что выйти во второй тур выборов ему не удастся (в марте 1996 года это стало очевидным). А он, как известно, конъюнктурщик, следовательно, всегда стремится примкнуть к тем, кто пришел к власти. И в виду того, что невозможно было четко спрогнозировать, кто одержит победу, то лидер ЛДПР стремился объединиться то с Ельциным, то с Зюгановым. Напомним, что в мае 1996 года В.В. Жириновский заявил, что Ельцин должен назначить лидеров оппозиции (его, Зюганова и Лебедя) вице-премьерами. Если президент согласится, то ЛДПР готова будет его поддержать во втором туре. Если нет – тогда объединиться с КПРФ. И несколько дней спустя Жириновский формально заявил о намерении заключить союз с Зюгановым. Даже проводились встречи, велись переговоры.

Однако уже в день первого тура выборов президента лидер ЛДПР снова начал колебаться. Так, 16 июня он заявил на избирательном участке, что не войдёт в состав зюгановского правительства народного доверия. Однако Жириновский заявил о своём намерении сотрудничать с патриотами России. Дело в том, что Владимир Вольфович заметил, что политический вес Ельцина оказался почти равным политическому весу Зюганова. И он начал постепенно дистанцироваться от лидера КПРФ. Ведь если у двух основных кандидатов в президенты шансы почти равные и ещё неизвестно, кто победит, следовательно, рановато примыкать сразу и однозначно к какой-либо из противоборствующих сторон.

   Как известно, в первом туре выборов лидер ЛДПР занял пятое место, набрав 5,7% голосов избирателей. Теперь всех интересовало следующее: какую позицию он займёт перед вторым туром голосования? В.В. Жириновский заявил, что лишь перед самим вторым туром он сообщит, чью кандидатуру ЛДПР поддержит. Т.е., формально пока ещё не определился.

24 июня 1996 года Жириновский через свою пресс-службу заявил, что позиция ЛДПР по поводу второго тура выборов будет обнародована до 1 июля. В данном заявлении отмечалось, что пока он призывает своих сторонников голосовать против всех, однако эта позиция может измениться. А изменится она в том случае, если Зюганов и Ельцин, по словам Жириновского, решаться отмежеваться от ряда т.н. «одиозных деятелей». По мнению Жирика, в Зюгановской команде таковыми были Виктор Анпилов, Анатолий Лукьянов и Николай Рыжков (первого лидер ЛДПР считал «левым радикалом», «революционером», «крайне красным» и т.д., а второго и третьего – недееспособными деятелями, которые правили страной вместе с М.С. Горбачевым и якобы развалили СССР). А в ельцинской команде у Жириновского вызывали неприязнь такие фигуры как Анатолий Чубайс, Сергей Филатов, Сергей Шахрай и другие (словом, ультралибералы).

Два дня спустя (26 июня 1996 года) В.В. Жириновский снова пообещал к 1 июля сообщить, за кого он призовёт голосовать своих избирателей во втором туре президентских выборов. По его словам, возможны три варианта: 1) голосование «против всех», 2) полная свобода голосования избирателей, 3) Жириновский укажет, за кого отдать свой голос – исходя из принципа «наименьшего зла» (т.е., он может призвать голосовать своих сторонников как за Зюганова, так и за Ельцина).

28 июня 1996 года избиратели Владимира Вольфовича услышали долгожданный призыв. Жирик заявил, что «не следует голосовать за худший вариант – Геннадия Зюганова». «Мы не можем поддержать КПРФ, ибо она является прямой наследницей КПСС, которая руководила нами с 1917 по 1991 год», — сказал лидер ЛДПР.

Ну да, как же, «наследница КПСС», видите ли! Между прочим, у КПСС были не только провалы и ошибки, но и достижения, причем огромные. Партия вытащила за 20 лет страну из руин, в которые её загнали царское, а затем Временное правительство. Да, с издержками, разумеется, но это не отменяет факта быстрого рывка, выхода нашей страны на передовые позиции в мире, достижения статуса сверхдержавы. А как можно было действовать иначе, если страна находилась в кольце враждебных стран?! Потом – победа в Великой Отечественной войне. Но Пётр I, к примеру, тоже многое ломал об колено, но при нём Россия также совершила колоссальный рывок.

А после 1953 года – да, трудности накапливались (в частности, насчет недостаточных темпов освоения достижений научно-технической революции, отставания в производительности труда и т.д.). Всё это партия не скрывала. Например, Ю.В. Андропов в своей статье «Учение Карла Маркса и некоторые вопросы социалистического строительства в СССР» признал наличие вышеперечисленных проблем. Но, параллельно с этим, — мы по сей день пользуемся тем, что было создано в Советский период (например, «Газпром» и нефтяные компании пользуются теми месторождениями, которые были разведаны и обустроены при Л.И. Брежневе). И это признал в 2006 году В.Ю. Сурков – фактический идеолог современной «партии власти».

Следовательно, если КПРФ и является наследницей КПСС, то ничего постыдного в этом нет.

  Впрочем, Жириновский этим не ограничился. Он также заявил, что если коммунисты придут к власти, то в России якобы исчезнет оппозиция и «в стране начнутся перетряски». Да с чего Вы взяли?! То, что было в первые десятилетия Советской власти, делалось отнюдь не по прихоти Ленина и Сталина. Наша страна была в таком состоянии, что в 1917 году все политические силы (в том числе и кадеты) были за установление диктатуры. Весь вопрос в том, в интересах какого класса её нужно было установить. А что касается создания т.н. «тоталитарного режима» в 1930 – 1940-ые годы, введения «партийной монополии» и т.д., то не следует забывать, в каких условиях это происходило. Была прямая внешняя угроза, потом сама война. В этих условиях требовалась не только мобилизация всех ресурсов для осуществления быстрого рывка, жизненно необходимого нашей стране, но и система жесткого управления страной, строгая дисциплина, создания морального климата единства общества перед лицом внешней опасности. Напомним, что даже бывший секретарь А.Ф. Керенского Питирим Сорокин в эмиграции в своих трудах писал, что в условиях войны и подготовки к ней усиление тоталитарного крена неизбежно. И на конкретных примерах показал, как это происходило в Древней Греции, в Древнем Риме, в Средние века, в Новое и в новейшее время в разных странах земного шара.

А то, что монополия на власть и на идеологию сохранялась и после 1953 года – это, разумеется, ошибка, которая привела к перерождению и к разложению правящей верхушки, а потом – к распаду государства. В программе КПРФ об этом чёрным по белому написано. Следовательно, опыт учтён, уроки из прошлого извлечены. И никто не собирался ликвидировать оппозицию. Напротив, планировалось сформировать коалиционное правительство народного доверия, включив в его состав профессионалов не только от КПРФ, но и от других политических партий и движений. А вот ловить тех, кто разграбил страну – это 100% (именно это и делали Е.М. Примаков и Ю.И. Скуратов в 1998 – 1999 гг, потому за рубежом было дело Bank of New York). А данная мера практикуется в любом цивилизованном обществе, в правовом государстве: нанёс ущерб – отвечай по закону. Может Жириновский этих лиц подразумевал «оппозицией», которая якобы «исчезнет» в случае победы Зюганова? Если речь шла о них, то они должны были быть пойманы. И это нормально.

В то же время Жириновский подчеркнул, что он не поддерживает и ельцинский курс, но, тем не менее, его ещё больше не устраивает КПРФ, поскольку «её курс является продолжением курса Горбачёва». Да что он несёт?! Да будет ему известно, те члены КПРФ, которые в конце 1980-х – начале 1990-х годов работали в окружении Горбачева, занимали ключевые посты в партии и в государственном аппарате (Юрий Маслюков, Василий Стародубцев, Альберт Макашов, Анатолий Лукьянов, Егор Лигачёв, Виктор Илюхин и т.д.) так или иначе пытались оспорить предательские и разрушительные действия М.С. Горбачёва, предлагали альтернативные варианты решения ключевых проблем, однако на них никто не обращал внимания.

В общем, суть призыва лидера ЛДПР была такова: идти на выборы, но не голосовать за Зюганова (т.е., либо за Ельцина как за «наименьшее зло», либо «против всех», но ни в коем случае не за лидера КПРФ).

Надо заметить, что перед вторым туром выборов Жириновский активно встречался с премьер-министром В.С. Черномырдиным (а тот состоял в предвыборном штабе Ельцина). В частности, встреча состоялась 2 июля – накануне голосования. На ней лидер ЛДПР заявил председателю правительства о своей готовности войти в состав кабинета министров. Фактически это означало его переход на сторону ельцинской команды…

На следующий день (29 июня 1996 года) Г.А. Зюганов прокомментировал выбор Жириновского следующим образом: теперь «у нынешнего президента фактически не осталось шансов выиграть выборы» и даже «самые-самые демократы после такого альянса теперь подумают, за кого голосовать».

Следует заметить, что предположения Геннадия Зюганова отнюдь не были беспочвенными. Часть т.н. «демократического» электората действительно намеревалась поддержать во втором туре выборов кандидатуру лидера КПРФ. Так, на IV съезде партии «Яблоко», прошедшем в подмосковном Голицыне 22 – 23 июня 1996 года из 152 делегатов съезда два проголосовало за поддержку Зюганова во втором туре голосования (в то время как 87 делегатов были за то, чтобы голосовать «против всех», а 63 – за Ельцина). Как видим, пусть и крайне незначительная, но определённая часть «яблочников» всё же была за Зюганова. И это только делегаты съезда. Ещё несколько месяцев назад такого невозможно было даже представить.

Ясное дело, что т.н. «демократы» отрицательно относились к идеям Зюганова, касающимся сильного государства, проведения независимой внешней политики, называя всё это «авторитаризмом», «железным занавесом» и т.д. (точно также Ф.Д. Рузвельта правые называли «коммунистом», «революционером» и т.д., да и А.Г. Лукашенко обвиняли в «авторитаризме» за наведение порядка и противодействие тем организациям, которые поддерживал Запад – как на Украине до 2014 года). Но, тем не менее, политические свободы формально сохранялись (и при Ф.Д. Рузвельте, и при А.Г. Лукашенко, и при Г.А. Зюганове были бы, который предложил сформировать коалиционное правительство – по аналогии с кабинетом министров Примакова – Маслюкова).

То же самое касается и внешней политики. Речь шла о развитии отношений с миром при отстаивании геополитических интересов России (предлагал Г.А. Зюганов, делал глава МИДа РФ Е.М. Примаков, которого лидер Компартии России высоко оценивал и у которых были товарищеские взаимоотношения).

А вот Жириновский очень часто был агрессивно настроен: то призывал применить атомное оружие против Японии, то призывал завоёвывать Европу, то предлагал «топить сапоги в Индийском океане». Разве всё это сравнимо с позицией Зюганова?! Да и внутри страны Владимир Вольфович часто открыто высказывался за установление диктатуры (разве Зюганов и его соратники что-нибудь подобное предлагали?!). И теперь вождь ЛДПР де-факто примкнул к ельцинской команде. Стало быть, намерен поставлять им свои идеи, в т.ч. и непродуманные.

В этих условиях даже «демократам» стало ясно – при Зюганове хоть как-то дышать можно будет, но не при Ельцине, к команде которого примкнул ястреб Жириновский.

    Чтобы было полностью понятно, о чём идёт речь, проведём параллели с событиями 1999 года (да и дальнейших лет). Известно, что т.н. «демократы» критиковали Е.М. Примакова за попытки поставить в СМИ в цивилизованные рамки (чтобы они не распространяли дезинформацию против политических противников), но при нём на телевидении были представлены позиции разных сторон. И пресса смело могла критиковать политику Примакова (разумеется, речь шла о допустимости нормальной критики, в которой не содержится откровенной лжи). Также их не устраивала «петля над Атлантикой». Примаков отстаивал интересы России, но в тоже время поддерживал связи с миром.

   А как действовала в то время т.н. «семья»? В 1999 – 2000 гг. они де-факто ввели политическую цензуру в СМИ (в них доминировала прокремлёвская точка зрения – во время выборов в Государственную думу в декабре 1999 года это стало очевидным). также поливали грязью основного политического конкурента (блок ОВР), использовали административный ресурс, оказывали открытое давление на оппонентов (в т.ч. и с использованием противозаконных средств).

А что же было во внешней политике? Те, кто долгое время сдавал геополитические позиции России, внезапно стали использовать риторику Жириновского – начали проповедовать идею изоляции России (например, Б.А. Березовский, особенно после начала дела Bank of New York). И дело не ограничивалось изоляционистскими тенденциями. Так, П.Ю. Хлебников в своей книге «Крёстный отец Кремля Борис Березовский или история разграбления России» вспоминал, как подконтрольный Березовскому канал ОРТ говорил о «еврействе» Явлинского во время президентских выборов 2000 года. Разумеется, мы не являемся политическими единомышленниками последнего (скорее наоборот), но когда делают акцент на «неправильной» национальности – это ксенофобия в чистом виде.

Да и сам Б.Н. Ельцин в декабре 1999 года открыто заявил о возможности использования Россией ядерного оружия. Разумеется, американцы вели себя высокомерно, вмешиваясь в наши внутренние дела (когда критиковали контртеррористическую операцию в Чечне). Но и ответ со стороны Ельцина тоже был крайне неадекватным.

И в этих условиях часть т.н. «демократов» также намеревалась поддержать Е.М. Примакова в случае его участия в президентских выборах, при котором будет хоть какой-то шанс «глотнуть воздух свободы», чего нельзя ожидать при тех шагах, которые принимала правящая клика березовских, волошиных и прочих в 1999 – 2000 гг. (например, Светлана Сорокина в 2000 году заявила, что проголосовала бы за Е.М. Примакова, если бы тот участвовал в президентских выборах).

Надо заметить, что в 2000-ые годы, после того, как Кремль с помощью «партии власти» монополизировал Государственную думу и СМИ, усилил давление на оппонентов, часть т.н. «демократов» произвела переоценку своей точки зрения насчет Е.М. Примакова. Так, Ирина Хакамада в эфире программы НТВ «Герой дня» от 28 марта 2002 года сказала, что Евгений Примаков умел находить компромиссы, прислушивался к разным политическим силам. А Гарри Каспаров в еженедельнике «Бульвар Гордона» (№ 47(187) от 25 ноября 2008 года) отметил, что нечестные выборы были не только в 2000-ые годы, но и в 1996 году. На замечание журналиста о возможной победе Зюганова Каспаров ответил, что в 1998 – 1999 гг. успешно работало правительство Примакова – Маслюкова и оно делало правильные вещи.

Также можно привести и другой пример. Известно, что «либеральная общественность» долгое время изображала президента Белоруссии А.Г. Лукашенко «диктатором» якобы за «давление на оппонентов» и на «институты гражданского общества», хотя речь шла о противодействии местным НКО, финансируемых «мировым сообществом» и политических сил, деятельность которых курируется международным капиталом. И это правильные меры – итог противоположной практики (игр в «демократию», в «цивилизованность» и «плюрализм») виден на примере трагической судьбы СССР и Украины начала 2014 года. Также напомним, что т.н. «ведущие мировые державы» тоже противодействуют тем, кто действует в интересах других стран и радикальным силам в целом, выступающих против империализма (например, против Компартии США в годы «маккартизма», против «Чёрных пантер», против движения «Захвати Уолл Стрит»).

  Но речь здесь идёт о другом. После того, как в 2014 году на Украине власть захватили «евроинтеграторы», после того, как режим Порошенко установил режим террористической диктатуры, ряд тех, кто буквально вчера обвинял А.Г. Лукашенко во всех смертных грехах, поняли, что то, что там происходит – это «цветочки» по сравнению с тем, что имеет место на Украине. Сами посудите: в Белоруссии проводится социально-ориентированная экономическая политика. Также там сохранилась система, во многом основанная на принципах Советского народовластия —  парламент формируется не от политических партий, а по мажоритарной системе (от трудовых коллективов, от регионов, от общественных организаций выдвигаются конкретные кандидаты) (как и было во время выборов в Верховный совет СССР). Т.е., основная опора – на трудовой народ. также предусмотрен механизм отзыва депутатов, не оправдавших доверие избирателей. Помимо белорусских средств массовой информации функционируют и российские. А что на Украине после 2014 года? Хищническая антисоциальная политика, господство узкой группы лиц, всевластие олигархии (во многом они занимают государственные посты) и подчинили государственный аппарат своим узкокорпоративным интересам, назначение членов правительства при согласовании с Вашингтоном и Брюсселем (не с собственным народом), запрет авангарда трудящихся масс – Коммунистической партии, крупномасштабный террор в отношении населения регионов, не желающих жить под властью хунты, открытая идеологическая цензура, устанавливаемая под флагом «декоммунизации» и «дерусификации«.

Не случайно многие из вчерашних критиков белорусского президента изменили своё отношение к нему, осознав, что при нём есть шанс «свободно дышать», в отличие от того, что происходит на территориях, подвластных режиму Порошенко.

По аналогичным соображениям во втором туре президентских выборов 1996 года часть «демократов» поддержала кандидатуру Зюганова после фактического присоединения Жириновского к ельцинской команде.

До второго тура голосования оставались буквально считанные дни. О том, как он проходил, речь пойдёт в следующей статье.

Михаил Чистый

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.