К 100-летию Великого Октября. Пролог.

Сегодня, когда капиталистическая система лишает Россию перспектив, когда экономика нашей страны носит полуколониальный характер, когда нарастают масштабы социального расслоения в обществе, когда правительство ведёт наступление на социального права народа, когда пышным цветом процветают коррупция в государственном аппарате, финансовые махинации олигархии, когда свирепствует организованная преступность, когда западный империализм оказывает прямое давление на Российскую Федерацию, всё большее число людей осознаёт необходимость кардинальной смены модели экономического и политического развития. Результаты многочисленных онлайн-голосований и социологических опросов свидетельствует о том, что большинство граждан России поддерживают идею Ресоветизации.

Однако власть капитала, стремясь не допустить невыгодного для себя развития событий, оказывает прямое воздействие на умонастроения народа. В этой связи наблюдается активизация очередного витка антисоветской кампании. Целый ряд «документальных» и художественных фильмов, множества «исследовательской» литературы, появляющейся на прилавках, направлен на то, чтобы внушить россиянам мысль о том, что, дескать, в СССР представлял собой «тоталитарное» и «недееспособное» государство, которое, мол, в конечном итоге пришло к своему логическому концу. Снова активизировались нападки на Сталинскую эпоху, выразившиеся в очередных лицемерных рассуждениях об «огромной цене» индустриализации, коллективизации, победы над фашизмом. Разумеется, на слуху вздорные утверждения о «жесткой диктатуре Сталина», о «необоснованности репрессий», об их «массовом характере», о «зверствах НКВДшников» и т.д.[1]

Однако основой удар контрреволюционной пропаганды всё же направлен против Великой Октябрьской социалистической революции. На протяжении всего постсоветского периода имела место попытка сформировать мнение, что Октябрьская революция, дескать, произошла «беспричинно» и она, мол, порушила существующую «стабильность». По мнению либералов и национал-патриотов с антикоммунистическим уклоном, дореволюционная Россия, якобы, быстро развивалась, принадлежала к числу ведущих держав мира. Более того, по их мнению, наша страна, дескать, практически одержала победу в Первой мировой войне. Однако «кучка экстремистов» и «немецких шпионов» в лице большевиков, мол, «спровоцировала народное недовольство» и совершила «переворот». В результате, подчёркивают антисоветчики всех мастей, страна была ввергнута в «страшнейшую разруху» и в гражданскую войну. Разумеется, были отданы немцам результаты «победоносной войны» со стороны России. Ну а итогом соответствующего «эксперимента», с точки зрения антикоммунистов, было установление «жестокой диктатуры».

На самом деле соответствующая трактовка очень далека от реальности. Когда прислушиваешься к выступлениям критиков Советской власти, ловишь себя на мысли: неужели они всерьёз полагают, что в стране, в которой всё идеально, можно в один миг вывести народ на улицы и призывать его к свержению старой власти? Разумеется, это чисто идеалистический подход. А в целом, с помощью фальсификации событий 100 летней давности (да и Ленинско-Сталинской эпохи вообще), идеологи буржуазии стремятся дезориентировать народ России и донести до него следующую мысль: «Смотрите, чем дело кончиться, если установиться модель развития, при которой власть и собственность принадлежат трудовому народу. И если не мы, то снова вернуться времена «кровавого террора», «массового упадка», а может и вспыхнуть «гражданская война»».

В этой связи нам предстоит восстановить подлинную картину событий вековой давности.  Ознакомление с реальной историей не оставляет камня на камне от вышеизложенной интерпретации наших либералов и «патриотов»-антикоммунистов. Однако, в виду наличия огромнейшего количества информации, мы не имеем возможность ограничиться одной-двумя статьями. Поэтому на протяжении ближайших месяцев мы будем подробно освещать события 1917 года. Но сперва целесообразно сделать общий обзор ситуации в дореволюционной России. Начнём мы с рассмотрения самого острого вопроса того времени, который находился в центре внимания абсолютно всех политических сил – с аграрного вопроса.

 

*     *     *

Про то, с какой опухолью нерешённых проблем и противоречий Россия вошла в XX столетие в аграрной сфере (и не только), общеизвестно. Про крестьянское малоземелье, про деградацию помещичьих хозяйств, про борьбу за устранение пережитков крепостничества ещё в Советское время было написано огромное количество материалов. Однако со времён «перестройки» в общественное сознание насаждалась мысль, будто разговоры о вышеперечисленных проблемах в Российской империи полностью лишены основания. И либералы, и национал-патриоты потратили немало слов на превозношение дореволюционной «России, которую мы потеряли».[2] В частности, они полагают будто крестьяне могли пользоваться земельными наделами, успешно заниматься сельским хозяйством. Помещики, в свою очередь, мол, беспрерывно занимались развитием и усовершенствованием производительных сил. А голода, малоземелья, деградации полуфеодальных укладов, якобы, не существовало. Как утверждают антисоветчики, всё это «штампы» Советской пропаганды, не более того.

Допустим, вы не доверяйте Советским исследования. И если у вас есть желание доказать, что в дореволюционный период якобы всё было замечательно, то почему бы вам не подкрепить ваши сомнительные умозаключения источникам царских времён? Да всё дело в том, что даже их полное содержание свидетельствует о наличии немалого количества серьёзных проблем в аграрной сфере.

Следует начать с того, что даже монархические партии в своих программных документах формально уделяли внимание разработке способов решения земельного вопроса. Разумеется, они не ставили вопрос о ликвидации феодально-крепостнических пережитков. Тем не менее, нельзя не признать, что они прямо признавали наличие острых социальных проблем в данной области. Так, в программе Русской монархической партии 1905 года подчёркивалось, что «малоземелье… является несомненно одним из источников… тяжёлого экономического положения» крестьянства. В свою очередь, в программе другого консервативно-охранительного объединения – Русского монархического союза[3] стоял вопрос о «наделении нуждающихся крестьян землёй».

В свою очередь, исследователь Арон Аврех в своём труде «П.А. Столыпин и судьба реформ в России», изданном в 1991 году, подчёркивал, что черносотенный бард Меньшиков в Государственной думе выступал с серией статей, посвящённых рассматриваемой нами проблематике. В частности, речь пойдёт о статье «Крестьяне и Дума». В ней упомянутый деятель привёл письмо крестьянина, который, с точки зрения автора, был хорошим верноподданным. Крестьянин писал следующее: «… был на войне, страшная вещь, но страшнее всего, когда жена и дети сидят без куска хлеба. Нет земли – в этом всё дело». По его словам, «государство отпустило 15 миллионов голодающим. Это значит, что мне достанется 20 фунтов ржаной муки. Дайте хоть 15 миллиардов – всё равно они не насытятся. Года на два хватит, а потом – опять голод. Мы говорим барину: «Дайте земли»».[4]

Обратите внимание, сторонники концепции «России, которую мы потеряли» — соответствующая тема затрагивалась и монархистами, которых точно невозможно обвинить в намерении «дестабилизировать обстановку», возбудить народ» и т.д.[5]

В свою очередь, содержание главы изданного в 1913 году 14-ого тома «Нового энциклопедического словаря» под названием «Голод в России» свидетельствует о наличии масштабного голода среди крестьян.[6] В частности, там присутствовали следующие строки: «… За последние тридцать лет наиболее крупные голодовки относятся к 1880 г. (Нижнее Поволжье, часть приозёрных и новороссийских губерний) и к 1885 г. (Новороссия и часть нечерноземных губерний от Калуги до Пскова); затем вслед за голодом 1891 г. наступил голод 1892 г. в центральных и юго-восточных губерниях, голодовки 1897 и 98 гг. приблизительно в том же районе; в XX в. Голод 1901 г. в 17 губерниях центра, юга и востока, голодовка 1905 г….., открывающая собой целый ряд голодовок: 1906, 1907, 1908 и 1911 гг. )по преимуществу восточные, центральные губернии, Новороссия)».[7]

Интересно, как авторы вышедшего при царизме «Нового энциклопедического словаря» (официальной литературы, а не подпольной революционной) объясняли причину участившихся голодовок крестьянства: «… Наряду с низкой урожайностью, одной из экономических предпосылок наших голодовок является недостаточная обеспеченность крестьян землёй». Подчёркивается, что «в чернозёмной России 68% населения не получают с надельных земель» достаточного количества хлеба и продовольствия «даже в урожайные годы». В этой связи крестьяне «вынуждены добывать продовольственные средства арендой земель и посторонними заработками».

Следует также использовать сведения, оставленные агрономом и учёным-химиком А.Н. Энгельгардтом в его труде «Письма из деревни». Напомним, что он также был в числе тех, кто сумел организовать образцовое хозяйство со школой, предназначенной для подготовки «интеллигентных землевладельцев». Соответственно, он не понаслышке знал о положении дел русской деревни – в том числе и жизненные условия основной массы крестьянства. Так, в «Письме 9-ом» он, затрагивая тему голодовки среди крестьян, подчеркнул, что они «…не то, чтобы совсем не евши были, а недоедают, живут впроголодь, питаются всякой дрянью». По словам Энгельгардта, «пшеницу, хорошую чистую рожь мы отправляем за границу, к немцам, которые не будут есть всякую дрянь… Но мало того, что мужик есть самый худший хлеб, он ещё не доедает».

Автор подчёркивал, что уровень жизни русского крестьянина и американского сильно контрастируют. По его словам, «американец продаёт избыток, а мы продаём необходимый насущный хлеб. Американец-земледелец сам есть отличный пшеничный хлеб, жирную ветчину и баранину, пьёт чай, заедает обед сладким яблочным пирогом… Наш же мужик-земледелец есть самый плохой ржаной хлеб с костерем, сивцом, пушниной, хлебает пустые серые щи, считает роскошью гречневую кашу с конопляным маслом, об яблочных пирогах и понятие не имеет, да ещё смеяться будет, что есть такие страны, где неженки-мужики яблочные пироги едят, да и батраков там же кормят. У нашего мужика-земледельца не хватает пшеничного хлеба на соску ребёнку, пожуёт баба ржаную корку, что сама ест, положит в тряпку – соси…».

Разве прочитанное не вызывает у вас эмоции? И такое положение вещей нам выдают за образец для подражания! Господа антисоветчики! Если вы считаете, что надо поддерживать такое устройство, при котором крестьяне едва сводят концы с концами, а помещики и «кулаки» гребут гигантские барыши на экспорте зерна, идущего за границу бурным потоком, то скажите прямо об этом и не морочьте народу голову! Так нет, предпочитают водить обывателей за нос, даже договариваясь до того, что разговоры о бедственном положении основной массы крестьянства в дореволюционной России были «выдуманы» большевиками. Между прочим, «Письма из деревни» Энгельгардта вышли в свет в XIX веке! И он как свидетель процессов описывал то, что происходило в русской деревне. Однако об этом – молчок. Конечно, удобнее талдычить про «экстремизм большевиков», про т.н. «Сталинские репрессии» и прочий бред, умалчивая при этом, что речь шла о посадках тех, кто пытался отобрать социальные завоевания у народа и вернуть трудящихся в унизительное эксплуатируемое положение. А что же вы, господа «гуманисты», при этом ни слова не говорите о подавлении царскими войсками крестьянских волнений. Вы никогда не осудили ни карательные экспедиции для подавления недовольства народа, ни телесные наказания и прочие санкции со стороны полицейских и урядников, ни артиллерийские обстрелы деревень во время борьбы трудового крестьянства против угнетателей. И это всё выдаёт с головой наших «правозащитников».

Но вернёмся к рассмотрению аграрной проблематики начала XX столетия. На фоне всего вышеперечисленного витала в воздухе идея проведения аграрной реформы в интересах широкой крестьянской массы. Речь шла, в частности, о ликвидации помещичьего землевладения. Правда, некоторые считают это едва ли не «излишним радикализмом». Но дальнейший ход истории показал, кто был прав. Мы знаем, что на протяжении XX века в целом ряде стран был успешно проведён ряд аграрных реформ, которые разрушили монопольное положение земельной аристократии (речь идёт об установлении максимального размера земельного владения, о реквизиции излишков земель у за выкуп – либо по рыночной, либо по символической цене). Речь идёт о действиях властей Чехословакии в 1920-ые годы, стран Восточной Европы в послевоенный период (при «народных демократиях»), в Египте в начале 1950-х годов, в Южной Корее, в Индии и в Японии в аналогичное время, в Иране в 1960-ые годы и т.д. Причём это была мера, направленная на ликвидацию полуфеодальных пережитков, на стимулирования развития капиталистических отношений. Соответствующие реформы во многом благотворно сказались и на социально-экономической ситуации в деревне.

К слову, вышеперечисленные действия правительств разных стран по реквизиции земельных излишков у аристократии де-факто представляли собой способ демонополизации управления земельным фондом. Если кому-то не до конца понятно, то покажем, как аналогичные меры реализовывались в ряде стран в области промышленности. Так, буржуазные экономисты и политики постоянно твердят о «пагубности» монополизма, о целесообразности развития конкуренции. Подчёркивая «деструктивную» роль диктата монополий, они периодически предлагают ужесточить антикартельное законодательство, осуществить разукрупнение крупных компаний (а иногда и сами реализуют это). Достаточно вспомнить раздел американской нефтяной монополии Standart Oil после судебного процесса 1912 года, аналогичные меры в отношении телефонного гиганта AT&T. По сути о том же речь шла, когда шёл разговор об упразднении помещичьего землевладения. Если говорить современным языком – о противодействии монополизму в аграрной сфере.

Однако на слуху заявления о том, что помещичье землевладение, дескать, должно было оставаться «неотчуждаемым», поскольку в нём производилась половина товарного хлеба России. Соответственно, по мнению некоторых, изъятие земель у помещиков, мол, дестабилизировало бы аграрное производство. На самом деле данные рассуждения – «от лукавого». Если мы обратимся к труду исследователя И.Д. Ковальченко «Соотношение крестьянского и помещичьего хозяйства в земледельческом производстве капиталистической России» (1971 г)., то убедимся в том, что чуть более половины товарного хлеба помещики производили в середине XIX века, но никак не позже. Напротив, в начале XX века на помещичьи хозяйства приходилось производство лишь пятой части товарного хлеба. Кроме того, после отмены крепостного права наблюдалось снижение удельного веса хозяйства помещиков в сельском хозяйстве России. Так, в 1850-ые годы на долю помещиков приходилось 21,9% посевов, а в 1916 году соответствующий показатель снизился до 11,3%. Аналогичным образом дело обстояло и в количестве использования лошадей, скота и т.д. Так, в 1900 году на долю помещичьего хозяйства приходилось 15,3% лошадей и 17,9% скота, а в 1916 году – 6,2% и 5,7%.

О том, что происходило с помещичьими хозяйствами в целом, можно судить по материалам вышеупомянутого труда А.Н. Энгельгардта «Письма из деревни». Так, в «Письме 11-ом» от 1881 года он писал следующее: «… падают… помещичьи хозяйства. С каждым годом всё более и более закрывается хозяйство, скот уничтожается, и земля сдаются в краткосрочную аренду, на выпашку, под посевы льна и хлеба. Пало помещичье хозяйство, не явилось и фермерство, а просто-напросто происходит беспутное расхищение – леса вырубаются, земли выпахиваются, каждый выхватывает, что можно, и бежит. Никакие технические улучшения не могут в настоящее время помочь нашему хозяйству. Заводите какие угодно сельскохозяйственные школы, выписывайте какой угодно иностранный скот, какие угодно машины, ничто не поможет, потому что нет фундамента. По крайней мере, я, как хозяин, не вижу никакой возможности поднять наше хозяйство, пока земли не перейдут в руки земледельцев».

Если даже ряд землевладельцев отстаивал соответствующую идею, то это свидетельствовало об осознании основной массой общества необходимости устранения помещичьего доминирования на земле.

Правда, в ответ на это сейчас на слуху утверждения о том, что оценка В.И. Лениным аграрного сектора дореволюционной России как «отсталого» несостоятельна. Дескать, перед Первой мировой войной Российская империя была крупнейшим мировым экспортёром зерна и это, как полагают некоторые, свидетельствует о «несомненном» успехе аграрной политики царизма. Но это отнюдь не вся правда. Безусловно, Россия активно поставляла зерно на мировые рынки, но в то же время качество развития аграрного сектора оставляло желать лучшего. Об этом свидетельствует содержание «Объяснительной записки к отчёту государственного контроля по исполнению государственной росписи и финансовых смет за 1910 год»:

«…Наше сельское хозяйство вообще, а в особенности на крестьянских землях, занимающих в одной Европейской России до 75% всех сельскохозяйственных угодий, ведётся несовершенно. Плохая обработка земли, незначительное распространение усовершенствованных сельскохозяйственных орудий, недостаточное удобрение почвы… являются до сих пор характерными признаками земледельческого промысла не только для крестьян, но и многих частных землевладельцев. В зависимости от сего состоящая под культурой площадь используется у нас слабо, урожайность полевых растений крайне низка, непостоянна, скотоводство поставлено плохо, а переработка продуктов сельского хозяйства развита недостаточно. При этом урожайность на крестьянских землях… в среднем почти на 20% меньше». В документе подчёркнуто, что «в отношении производительности и культурности сельского хозяйства Россия, несмотря на свои природные богатства, далеко отстала от других стран, достигших в этом отношении значительных успехов, благодаря затрате на обработку сельскохозяйственных угодий большого количества труда и капитала и применения усовершенствованных орудий и систем хозяйства».

Таковым было подлинное положение вещей в аграрном секторе.

 

[1] В последние годы целый ряд исследователей (как российских, так и зарубежных) доказали несостоятельность соответствующих мифов. Например, Ю. Жуков, Ю. Мухин, А. Мартиросян, Ю. Емельянов, А. Колпакиди, Н. Стариков, Г. Ферр, Л. Мартенс, С.Э. Хёлмстром и др. в своих работах документально опровергли домыслы, насаждаемые контрреволюционерами всех мастей с 1956 года. Кроме того, мемуары эмигрировавших из СССР троцкистско-бухаринских заговорщиков вроде Токаева, Светланина, бухаринского соратника Ж. Эмбер-Дро, интервью внука Троцкого начала 1992 года, а также действия зарубежных собратьев правотроцкистского блока в годы Второй мировой войны полностью говорят о том, что речь шла не о борьбе против «инакомыслящих», а именно против «пятой колонны».

[2] Название «документального» фильма режиссёра С.С. Говорухина, вышедшего на экраны в начале 1990-х годов.

[3] Программа РМС была опубликована после 1912 года

[4] Речь идёт об одобренном 5 июля 1906 года Государственной думой и Государственным советом законе об ассигновании 15 млн. рублей на расходы по удовлетворению семенной и продовольственной нужды населения, пострадавшего от неурожая.

[5] Соответствующие претензии нередко предъявлялись тем, кто ставил вопрос о целесообразности проведения широких социальных и демократических преобразования в интересах народа.

[6] Вполне понято, что данное издание было отнюдь не революционным. То, что оно официально вышло в царский период, говорит о многом.

[7] Если кто-либо полагает, что всё изложенное было «преувеличено» интеллигентскими кругами, то рекомендуем ознакомиться с содержанием доклада директора департамента полиции А.А. Лопухина Николаю II о причинах активизации крестьянских волнений (1902 год). В документе было чёрным по белому написано следующее: «…Обнищание крестьянства, сословная его принадлежность, созданное долгими годами бесправия, отсутствие сознания о законе и праве и тупая жестокость нравов». Далее речь идёт о первопричине недовольства крестьянских масс: «Голодные, не евшие в течение нескольких лет хлеба без примеси соломы или древесной коры и давно уже не знавшие мясной пищи, мужики шли грабить чужое добро с сознанием своей правоты, основанным на безвыходности положения и на том, что им помощи ждать не от кого». Как видим, даже директор департамента полиции видел первопричину размаха крестьянского движения в их безысходной ситуации. Это следует осознать тем, кто полагает, будто бы нарастание внутренней напряжённости в начале прошлого столетия было вызвано «интригами» массонов либо революционеров.

Михаил Чистый

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.

ПОДЕЛИТЬСЯ: