Сталин и ветер истории

Сталин и ветер истории

Вот бе­да! Ког­да, бы­ва­ло,

Он с не­ис­то­вым сер­пом
Про­хо­дил по по­лю шква­лом —
Сноп ва­лил­ся за сно­пом.

Ста­лин

Прав­да — горь­кое ле­кар­ст­во, не­при­ят­ное на вкус, но за­то вос­ста­нав­ли­ва­ю­щее здо­ро­вье.
Баль­зак

Од­наж­ды Ста­лин ска­зал, что по­сле его смер­ти на его мо­ги­лу на­не­сут мно­го му­со­ра, од­на­ко ве­тер истории его раз­ве­ет. Всё так и вы­шло, как пред­ви­дел вождь. Не про­шло и не­сколь­ко лет, как один из глав­ных «ста­ха­нов­цев тер­ро­ра» 1930-х го­дов Н. Хру­щёв (имен­но на его за­про­се уве­ли­чить кво­ты на рас­ст­рел Ста­лин на­пи­сал: «Уй­мись, ду­рак») на­чал по­ли­вать вож­дя гря­зью. Хру­щёв не был пер­вым в этом пла­не: си­с­те­ма­ти­че­с­кий по­лив Ста­ли­на (прав­да, впе­ре­меж­ку с ре­аль­ной кри­ти­кой) на­чал Троц­кий, ну а не вы­шед­ший умом быв­ший троц­кист Хру­щёв ос­та­вил толь­ко по­лив. За­тем к Хру­щё­ву в ка­че­ст­ве «му­сор­щи­ков» при­со­е­ди­ни­лись на­и­бо­лее рья­ные из «ше­с­ти­де­сят­ни­ков», ну а о дис­си­ден­тах, «пев­ших» под чу­жие «го­ло­са» и «плыв­ших» на чу­жих «вол­нах», и го­во­рить не­че­го — они бы­ли ча­с­тью за­пад­ной ан­ти­со­вет­ской про­па­ган­ды.

Пе­ре­ст­рой­ка оз­на­ме­но­ва­ла но­вый этап в шель­мо­ва­нии Ста­ли­на. Здесь, од­на­ко, не Ста­лин был глав­ной ми­ше­нью, а со­вет­ский со­ци­а­лизм, со­вет­ский строй, со­вет­ская ис­то­рия, а за ни­ми — рус­ская ис­то­рия в це­лом. Ведь за­явил же один из бе­сов пе­ре­ст­рой­ки, что пе­ре­ст­рой­кой они ло­ма­ли не толь­ко Со­вет­ский Со­юз, но всю па­ра­диг­му ты­ся­че­лет­ней рус­ской ис­то­рии. И то, что глав­ной фи­гу­рой сло­ма был вы­бран имен­но Ста­лин, лиш­ний раз сви­де­тель­ст­ву­ет о ро­ли это­го че­ло­ве­ка-фе­но­ме­на не толь­ко в со­вет­ской, но и в рус­ской ис­то­рии — ста­ли­низм, по­ми­мо про­че­го, стал ак­тив­ной и ве­ли­ко­дер­жав­ной фор­мой вы­жи­ва­ния рус­ских в ХХ в. в ус­ло­ви­ях ис­клю­чи­тель­но враж­деб­но­го ок­ру­же­ния, на­це­лив­ше­го­ся на «окон­ча­тель­ное ре­ше­ние рус­ско­го во­про­са» — Гит­лер в этом пла­не во­все не един­ст­вен­ный, про­сто он — по пле­бей­ской ма­не­ре — гром­че всех кри­чал, по­вто­ряя то, че­му на­брал­ся у ан­г­ло­сак­сов.

«Рух­нул СССР, раз­ру­шен со­вет­ский строй. Ка­за­лось бы, со­ве­то­фо­бы мо­гут ус­по­ко­ить­ся по по­во­ду Ста­ли­на и СССР. Ан нет, ней­мёт­ся им. Прав­да, ны­неш­ние де­с­та­ли­ни­за­то­ры — фи­гу­ры в ос­нов­ном фар­со­во-оди­оз­ные, гля­дят­ся мел­ко да­же по срав­не­нию с пе­ре­ст­ро­еч­ной шпа­ной. На эк­ра­нах те­ле­ви­зо­ров крив­ля­ют­ся убо­гие со­ци­аль­ные ти­пы вро­де по­лу­об­ра­зо­ван­но­го па­фас­но-фаль­ши­во­го пуб­ли­ци­с­та, ака­де­ми­ка-не­до­уч­ки с ух­ват­ка­ми сту­ка­ча, ал­ко­го­ли­ка с пре­тен­зи­ей на роль меж­ду­на­род­но­го дель­ца и про­чая без­дарь. Тут по­не­во­ле вспом­нишь Ка­ре­ла Чапека («они при­хо­дят как ты­ся­ча ма­сок без лиц» — о са­ла­ман­д­рах) и Ни­ко­лая За­бо­лоц­ко­го («Всё сме­ша­лось в об­щем тан­це,/ И ле­тят во все кон­цы/ Га­ма­д­ри­лы и бри­тан­цы,/ Ведь­мы, бло­хи, мерт­ве­цы… / Кан­ди­дат бы­лых сто­ле­тий,/ Пол­ко­во­дец но­вых лет,/ Ра­зум мой! Урод­цы эти —/ Толь­ко вы­мы­сел и бред»).

Дей­ст­ви­тель­но, ина­че как бре­дом не на­звать то, что «ко­вёр­ные ан­ти­ста­ли­ни­с­ты» по­да­ют в ка­че­ст­ве «ар­гу­мен­та­ции». Это ли­бо сплош­ные, на гра­ни ис­те­ри­ки эмо­ции в ду­хе клуб­ной са­мо­де­я­тель­но­с­ти с вы­кри­ка­ми «кош­мар», «ужас», «по­зор», очень на­по­ми­на­ю­щи­ми ша­ка­ла Та­ба­ки из кип­лин­гов­ско­го «Ма­уг­ли» с его «По­зор джун­г­лям!», — эмо­ции без ка­ких-ли­бо фак­тов и цифр. Ли­бо опе­ри­ро­ва­ние фан­та­с­ти­че­с­ки­ми ци­ф­ра­ми жертв «ста­лин­ских ре­прес­сий»: «де­сят­ки и де­сят­ки мил­ли­о­нов» (по­че­му не сот­ни?). Ес­ли на что и ссы­ла­ют­ся, то на «Ар­хи­пе­лаг ГУ­ЛАГ» Со­лже­ни­цы­на. Но Со­лже­ни­цын-то был ма­с­тер ле­ген­ди­ро­ва­ния и за­го­тов­ки «под­кла­док». На­при­мер, он не пре­тен­до­вал в «Ар­хи­пе­ла­ге…» на ци­фир­ную точ­ность; бо­лее то­го, вы­ра­жал­ся в том смыс­ле, что ука­зан­ное про­из­ве­де­ние но­сит, так ска­зать, им­прес­си­онист­ский ха­рак­тер. Под­ст­ра­хо­вал­ся «Ве­т­ров» — вот что зна­чит шко­ла.

А ведь за по­след­нюю чет­верть ве­ка на ос­но­ве ар­хив­ных дан­ных (ар­хи­вы от­кры­ты) и на­ши, и за­пад­ные (преж­де все­го аме­ри­кан­ские) ис­сле­до­ва­те­ли, боль­шин­ст­во ко­то­рых во­все не за­ме­че­ны в сим­па­ти­ях ни к Ста­ли­ну, ни к СССР, ни да­же к Рос­сии, под­счи­та­ли ре­аль­ное чис­ло ре­прес­си­ро­ван­ных в 1922-53 гг. (на­пом­ню, кста­ти, что, хо­тя «ста­лин­ская» эпо­ха фор­маль­но на­ча­лась в 1929 г., по су­ти, толь­ко с 1939 г. мож­но фор­маль­но го­во­рить о пол­ном кон­тро­ле Ста­ли­на над «пар­ти­ей и пра­ви­тель­ст­вом», хо­тя и здесь бы­ли свои ню­ан­сы), и ни­ка­ки­ми «де­сят­ка­ми мил­ли­о­нов» или да­же од­ним «де­сят­ком мил­ли­о­нов» там и не пах­нет.

За по­след­ние го­ды по­яви­лись хо­ро­шо до­ку­мен­ти­ро­ван­ные ра­бо­ты, по­ка­зы­ва­ю­щие ре­аль­ный ме­ха­низм «ре­прес­сий 1930-х», ко­то­рые как мас­со­вые бы­ли раз­вя­за­ны имен­но «ста­рой гвар­ди­ей» и «ре­ги­о­наль­ны­ми ба­ро­на­ми» вро­де Хру­щё­ва и Эй­хе в ка­че­ст­ве ре­ак­ции на пред­ло­же­ние Ста­ли­на об аль­тер­на­тив­ных вы­бо­рах. Сло­мить со­про­тив­ле­ние «ста­ро­гвар­дей­цев» вождь не смог, но то­чеч­ный (не мас­со­вый!) удар по их шта­бам на­нёс. Я ос­тав­ляю в сто­ро­не борь­бу с ре­аль­ны­ми за­го­во­ра­ми — про­ти­во­сто­я­ние Ста­ли­на ле­вым гло­ба­ли­с­там-ко­мин­тер­нов­цам, как и Троц­кий, счи­тав­шим, что Ста­лин пре­дал ми­ро­вую ре­во­лю­цию и т.п. Та­ким об­ра­зом, ре­аль­ная кар­ти­на «ре­прес­сий 1930-х» на­мно­го слож­нее, чем это пы­та­ют­ся пред­ста­вить ху­ли­те­ли Ста­ли­на; это мно­го­слой­ный и раз­но­век­тор­ный про­цесс за­вер­ше­ния граж­дан­ской вой­ны, в ко­то­ром соб­ст­вен­но «ста­лин­ский сег­мент» за­ни­ма­ет да­ле­ко не бoльшую часть.

Ана­ло­гич­ным об­ра­зом про­ва­ли­ва­ет­ся вто­рой глав­ный блок об­ви­не­ний Ста­ли­на — в том, как скла­ды­ва­лась в пер­вые ме­ся­цы Ве­ли­кая Оте­че­ст­вен­ная вой­на: «про­мор­гал», «про­спал», «не ве­рил Зор­ге», «ве­рил Гит­ле­ру», «сбе­жал из Крем­ля и три дня на­хо­дил­ся в про­ст­ра­ции» и т.п. Вся эта ложь дав­но оп­ро­верг­ну­та до­ку­мен­таль­но, ис­сле­до­ва­те­ли об этом пре­крас­но зна­ют — и о том, что Ста­лин ни­че­го не про­спал, и о том, что на са­мом де­ле ни­ког­да не ве­рил Гит­ле­ру, и о том, что пра­виль­но не ве­рил Зор­ге, и о ре­аль­ной ви­не ге­не­ра­лов в ка­нун 22 ию­ня. Здесь не ме­с­то раз­би­рать все эти во­про­сы, но от од­но­го за­ме­ча­ния не удер­жусь. Уж как зу­бо­ска­ли­ли ан­ти­ста­ли­ни­с­ты над за­яв­ле­ни­ем ТАСС от 14 ию­ня 1941 г.; в за­яв­ле­нии го­во­ри­лось, что в от­но­ше­ни­ях СССР и Гер­ма­нии всё нор­маль­но, что СССР про­дол­жа­ет про­во­дить ми­ро­лю­би­вый курс и т.п. «Му­сор­щи­ки» трак­ту­ют это как «глу­пость и сла­бость Ста­ли­на», как «за­ис­ки­ва­ние пе­ред Гит­ле­ром». Им не при­хо­дит в го­ло­ву, что главным ад­ре­са­том за­яв­ле­ния бы­ли не Гит­лер и Тре­тий рейх, а Руз­вельт и США. В ап­ре­ле 1941 г. Кон­гресс США при­нял ре­ше­ние, что в слу­чае на­па­де­ния Гер­ма­нии на СССР США бу­дут по­мо­гать СССР, а в слу­чае на­па­де­ния СССР на Гер­ма­нию — Гер­ма­нии.

За­яв­ле­ние ТАСС фик­си­ро­ва­ло пол­ное от­сут­ст­вие аг­рес­сив­ных на­ме­ре­ний у СССР по от­но­ше­нию к Гер­ма­нии и де­мон­ст­ри­ро­ва­ло это от­сут­ст­вие имен­но США, а не Гер­ма­нии. Ста­лин пре­крас­но по­ни­мал, что в не­из­беж­ной схват­ке с рей­хом его един­ст­вен­ным ре­аль­ным со­юз­ни­ком мо­гут быть толь­ко США, они же удер­жат Ве­ли­ко­бри­та­нию от спол­за­ния в гер­ма­но-бри­тан­ский ан­ти­со­вет­ский со­юз. И уж, ко­неч­но же, нель­зя бы­ло до­пу­с­тить не­о­сто­рож­ным дви­же­ни­ем, к ко­то­ро­му под­тал­ки­вал рус­ских Гит­лер, спро­во­ци­ро­вать воз­ник­но­ве­ние се­ве­ро­ат­лан­ти­че­с­ко­го (а точ­нее, ми­ро­во­го — с уча­с­ти­ем Япо­нии и Тур­ции) ан­ти­со­вет­ско­го бло­ка. В этом слу­чае Со­вет­ско­му Со­ю­зу (от­но­си­тель­ный во­ен­ный по­тен­ци­ал на 1937 г. — 14%) при­шлось бы про­ти­во­сто­ять США (41,7%), Гер­ма­нии (14,4%), Ве­ли­ко­бри­та­нии (10,2% без учё­та им­пер­ских вла­де­ний), Фран­ции (4,2%), Япо­нии (3,5%), Ита­лии (2,5%) плюс ша­ка­лам по­мель­че. Кста­ти, с учё­том этих цифр и фак­та ре­ше­ния Кон­грес­са США оче­вид­на вся лжи­вость схе­мы Ре­зу­на и иже с ним о яко­бы под­го­тов­ке Ста­ли­ным на­па­де­ния на Гер­ма­нию в ча­ст­но­с­ти и на Ев­ро­пу в це­лом.

Есть один чи­с­то пси­хо­ло­ги­че­с­кий ню­анс в об­ви­не­ни­ях на­уч­ной и око­ло­на­уч­ной бра­тии в ад­рес Ста­ли­на. Во всём, точ­нее, во всём, что счи­та­ет­ся от­ри­ца­тель­ным в прав­ле­нии Ста­ли­на (по­ло­жи­тель­ное про­во­дит­ся по ли­нии «во­пре­ки Ста­ли­ну») ви­нят од­но­го че­ло­ве­ка как яко­бы на­де­лён­но­го аб­со­лют­ной вла­с­тью, а по­то­му все­мо­гу­ще­го. Но, во-пер­вых, Ста­ли­ну уда­лось уп­ро­чить свою власть лишь к кон­цу 1930-х го­дов; до это­го — борь­ба не на жизнь, а на смерть, хож­де­ние по лез­вию, по­сто­ян­ная го­тов­ность от­ре­а­ги­ро­вать на ра­до­ст­ный крик стаи: «Аке­ла про­мах­нул­ся». Вой­на — не луч­шее вре­мя для еди­но­лич­ных ре­ше­ний. Ну а пе­ри­од 1945-1953 гг. — это вре­мя по­сто­ян­ной под­ко­вёр­ной борь­бы раз­лич­ных но­мен­к­ла­тур­ных груп­пи­ро­вок друг с дру­гом — и про­тив Ста­ли­на. По­сле­во­ен­ное 8-ле­тие — это ис­то­рия по­сте­пен­но­го об­кла­ды­ва­ния, ок­ру­же­ния ста­ре­ю­ще­го вож­дя но­мен­к­ла­ту­рой (при уча­с­тии оп­ре­де­лён­ных сил и струк­тур из-за ру­бе­жа); по­пыт­ка Ста­ли­на на­не­с­ти от­вет­ный удар на XIX съез­де ВКП(б)/КПСС (1952 г.) и сра­зу по­сле не­го окон­чи­лась смер­тью вож­дя. Та­ким об­ра­зом, в ре­аль­ной, а не «про­фес­сор­ской» ис­то­рии, по по­во­ду ко­то­рой Гё­те за­ме­тил, что она не име­ет от­но­ше­ния к ре­аль­но­му ду­ху про­шло­го — это «…дух про­фес­со­ров и их по­ня­тий,/ Ко­то­рый эти гос­по­да не­кс­та­ти/ За ис­тин­ную древ­ность вы­да­ют», Ста­лин ни­ког­да не был аб­со­лют­ным вла­с­те­ли­ном — Коль­ца Все­вла­с­тия у не­го не бы­ло. Это не зна­чит, что он не не­сёт лич­ную от­вет­ст­вен­ность за ошиб­ки, же­с­то­кость и пр., не­сёт — вме­с­те с же­с­то­кой эпо­хой, по за­ко­нам и при­ро­де ко­то­рой его и нуж­но оце­ни­вать.

Но де­ло не толь­ко в этом. Про­стая ис­ти­на за­клю­ча­ет­ся в сле­ду­ю­щем: тот, кто ру­ко­во­дил кол­лек­ти­вом хо­тя бы из 10 че­ло­век, зна­ет, что аб­со­лют­ная власть не­воз­мож­на — и она тем ме­нее воз­мож­на, чем боль­ше под­чи­нён­ных. Бoльшая часть тех, кто пи­сал и пи­шет о Ста­ли­не, ни­ког­да ни­чем и ни­кем не ру­ко­во­ди­ли, не не­сли от­вет­ст­вен­но­с­ти, т.е. в этом смыс­ле суть лю­ди бе­зот­вет­ст­вен­ные. К то­му же на власть они не­ред­ко про­еци­ру­ют свои ам­би­ции, стра­хи, пре­тен­зии, же­ла­ния, «сон­ной мыс­ли ко­лы­ха­нья» (Н. За­бо­лоц­кий) и, не в по­след­нюю оче­редь, тя­гу к до­но­си­тель­ст­ву (не се­к­рет, что боль­ше все­го со­вет­скую эпо­ху Ста­ли­на и КГБ не­на­ви­дят быв­шие сту­ка­чи, до­но­с­чи­ки, ведь лег­че не­на­ви­деть си­с­те­му и её вож­дя, чем пре­зи­рать соб­ст­вен­ную под­лость — вы­тес­не­ние, по­ни­ма­ешь). Аб­со­лют­ная власть — это меч­та со­вин­тел­ли­ген­ции, на­шед­шая од­но из сво­их от­ра­же­ний в «Ма­с­те­ре и Мар­га­ри­те»; по­ми­мо про­че­го, имен­но по­это­му ро­ман стал куль­то­вым для со­вин­тел­ли­ген­ции (а «За­пи­с­ки по­кой­ни­ка», где это­му слою бы­ло яв­ле­но зер­ка­ло, — не ста­ли). Сво­дить суть си­с­те­мы к лич­но­с­ти од­но­го че­ло­ве­ка — в этом есть не­что и от со­ци­аль­ной ши­зо­фре­нии, и от ин­фан­ти­лиз­ма, не го­во­ря уже о про­фес­си­о­наль­ной не­со­сто­я­тель­но­с­ти.

Мож­но бы­ло бы от­ме­тить и мас­су иных не­су­раз­но­с­тей, оши­бок и фаль­си­фи­ка­ций «на­но­с­чи­ков му­со­ра» на мо­ги­лу Ста­ли­на, но ка­кой смысл ко­пать­ся в от­рав­лен­ных ло­жью и не­на­ви­с­тью, за­ме­шан­ной на ком­плек­сах и фо­би­ях, моз­гах? Ин­те­рес­нее ра­зо­брать дру­гое: при­чи­ны не­на­ви­с­ти к Ста­ли­ну, стра­ха пе­ред ним це­лых сло­ёв и групп у нас в стра­не и за ру­бе­жом, стра­ха и не­на­ви­с­ти, ко­то­рые ни­как не уй­дут в про­шлое, а, на­про­тив, по­рой ка­жет­ся, рас­тут по ме­ре уда­ле­ния от ста­лин­ской эпо­хи. Как знать, мо­жет это и есть глав­ная Во­ен­ная Тай­на со­вет­ской эпо­хи, ко­то­рую не да­но раз­га­дать бур­жу­и­нам и ко­то­рая ви­сит над ни­ми по­доб­но «да­мок­ло­ву ме­чу»?
Не­ред­ко го­во­рят: «Ска­жи мне кто твой друг, и я ска­жу те­бе, кто ты». На са­мом де­ле че­ло­ве­ка в не мень­шей сте­пе­ни оп­ре­де­ля­ют не дру­зья, а вра­ги: «Ска­жи мне, кто твой враг, и я ска­жу те­бе, кто ты». По­раз­мы­ш­ля­ем о Ста­ли­не сквозь приз­му не­на­ви­с­ти к не­му и стра­ха пе­ред ним его вра­гов и их хо­лу­ёв.

От­но­ше­ние к ли­де­рам: ца­рям, ген­се­кам, пре­зи­ден­там, — ин­те­рес­ная шту­ка в си­лу сво­ей, по край­ней ме­ре, внеш­не, па­ра­док­саль­но­с­ти. В рус­ской ис­то­рии бы­ло три кру­тых вла­с­ти­те­ля — Иван Гроз­ный, Пётр I и Ио­сиф Ста­лин. На­и­бо­лее же­с­то­кой и раз­ру­ши­тель­ной бы­ла де­я­тель­ность вто­ро­го: в его прав­ле­ние убыль на­се­ле­ния со­ста­ви­ла око­ло 25% (на­род мёр, раз­бе­гал­ся); на мо­мент смер­ти Пе­т­ра каз­на бы­ла прак­ти­че­с­ки пу­с­та, хо­зяй­ст­во ра­зо­ре­но, а от пе­т­ров­ско­го фло­та че­рез не­сколь­ко лет ос­та­лось три ко­раб­ля. И это ве­ли­кий мо­дер­ни­за­тор? В на­род­ной па­мя­ти Пётр ос­тал­ся Ан­ти­хри­с­том — един­ст­вен­ный рус­ский царь-ан­ти­христ, и это весь­ма по­ка­за­тель­но. А вот Иван IV во­шёл в ис­то­рию как Гроз­ный, и его вре­мя в XVII в. вспо­ми­на­ли как по­след­ние де­ся­ти­ле­тия кре­с­ть­ян­ской сво­бо­ды. И оп­рич­ни­ну в на­ро­де прак­ти­че­с­ки не­до­б­рым сло­вом не по­ми­на­ли — это уже «за­слу­га» ли­бе­раль­ных ро­ма­нов­ских ис­то­ри­ков. Ста­лин, в от­ли­чие от Пе­т­ра, ос­та­вил по­сле се­бя ве­ли­кую дер­жа­ву, на ма­те­ри­аль­ном фун­да­мен­те ко­то­рой, вклю­чая ядер­ный, мы жи­вём до сих пор, а РФ до сих пор чис­лит­ся се­рь­ёз­ной дер­жа­вой (пусть ре­ги­о­наль­ной, но без ста­лин­ско­го фун­да­мен­та нас ожи­да­ла и ожи­да­ет участь сер­бов, аф­ган­цев и ли­вий­цев, ни­ка­ких ил­лю­зий здесь пи­тать не на­до).

Па­ра­докс, но из трёх вла­с­ти­те­лей Пётр, не­смо­т­ря на край­нюю лич­ную же­с­то­кость и про­валь­ное цар­ст­во­ва­ние, лю­бим вла­с­тью и зна­чи­тель­ной ча­с­тью ин­тел­ли­ген­ции. Ему не до­ста­лось и де­ся­той до­ли той кри­ти­ки, ко­то­рую ли­бе­раль­ная ис­то­ри­о­гра­фия и пуб­ли­ци­с­ти­ка об­ру­ши­ла на го­ло­вы Ива­на Гроз­но­го и Ио­си­фа Ста­ли­на. Гроз­но­му ца­рю не на­шлось ме­с­та на па­мят­ни­ке «Ты­ся­че­ле­тие Рос­сии», а Пётр — на пер­вом пла­не.

Что же та­ко­го де­лал Пётр, че­го не де­ла­ли Иван и Ио­сиф? Очень про­стую вещь: поз­во­лял вер­хуш­ке во­ро­вать в осо­бо круп­ных раз­ме­рах, был ли­бе­ра­лен к «про­ка­зам» имен­но это­го слоя. За это и лю­бе­зен вла­с­ти (пор­т­рет Пе­т­ра I в ка­би­не­те Чер­но­мыр­ди­на очень сим­во­ли­чен) и от­ра­жа­ю­ще­му её ин­те­ре­сы, вку­сы и пред­по­чте­ния оп­ре­де­лён­но­му сег­мен­ту ис­то­ри­ков и пуб­ли­ци­с­тов. Иван Гроз­ный и Ста­лин бы­ли же­ст­ки и да­же же­с­то­ки по от­но­ше­нию, преж­де все­го, к вер­хуш­ке. «Про­кля­тая ка­с­та!» — эти сло­ва ска­за­ны Ста­ли­ным, ког­да он уз­нал о том, что эва­ку­и­ро­ван­ная в г. Куй­бы­шев но­мен­к­ла­ту­ра пы­та­ет­ся ор­га­ни­зо­вать для сво­их де­тей от­дель­ные шко­лы.

Всю свою жизнь у вла­с­ти Ста­лин про­ти­во­сто­ял «про­кля­той ка­с­те», не поз­во­ляя ей пре­вра­тить­ся в класс. Он пре­крас­но по­ни­мал, как по ме­ре это­го пре­вра­ще­ния «ка­с­та» бу­дет со­про­тив­лять­ся стро­и­тель­ст­ву со­ци­а­лиз­ма — имен­но это Ста­лин и имел в ви­ду, ког­да го­во­рил о на­ра­с­та­нии клас­со­вой борь­бы по ме­ре про­дви­же­ния в хо­де стро­и­тель­ст­ва со­ци­а­лиз­ма. Как про­де­мон­ст­ри­ро­ва­ла пе­ре­ст­рой­ка, вождь ока­зал­ся аб­со­лют­но прав: уже в 1960-е го­ды сфор­ми­ро­вал­ся ква­зи­клас­со­вый те­не­вой СССР-2, ко­то­рый в со­ю­зе с За­па­дом и унич­то­жил СССР-1 со все­ми его до­сти­же­ни­я­ми. При этом ре­аль­ное не­до­воль­ст­во на­се­ле­ни­ем бы­ло вы­зва­но СССР-2, т.е. от­кло­не­ни­ем от мо­де­ли, но за­ин­те­ре­со­ван­ные слои про­вер­ну­ли лов­кий про­па­ган­дист­ский трюк: вы­ста­ви­ли пе­ред на­се­ле­ни­ем СССР-2 с его изъ­я­на­ми, рас­ту­щим не­ра­вен­ст­вом, ис­кус­ст­вен­но со­зда­ва­е­мым де­фи­ци­том и т.п. в ка­че­ст­ве ис­ход­ной про­ект­ной мо­де­ли СССР-1, ко­то­рую нуж­но сроч­но «ре­фор­ми­ро­вать».

В со­вет­ское вре­мя, как при жиз­ни Ста­ли­на, так и по­сле его смер­ти, вож­дя не­на­ви­де­ли глав­ным об­ра­зом две вла­ст­ные груп­пы (и, со­от­вет­ст­вен­но, свя­зан­ные с ни­ми от­ря­ды со­вин­тел­ли­ген­ции). Во-пер­вых, это та часть со­вет­ско­го ис­теб­лиш­мен­та, ко­то­рая бы­ла за­ря­же­на на ми­ро­вую ре­во­лю­цию и пред­ста­ви­те­ли ко­то­рой счи­та­ли Ста­ли­на пре­да­те­лем де­ла ми­ро­вой ре­во­лю­ции или, как ми­ни­мум, ук­ло­ни­с­том от неё. Речь идёт о ле­вых-гло­ба­ли­с­тах-ко­мин­тер­нов­цах, для ко­то­рых Рос­сия, СССР бы­ли лишь плац­дар­мом для ми­ро­вой ре­во­лю­ции. Им, ес­те­ст­вен­но, не мог­ли по­нра­вить­ся ни «со­ци­а­лизм в од­ной, от­дель­но взя­той стра­не» (т.е. воз­рож­де­ние «им­пе­рии» в «крас­ном ва­ри­ан­те»), ни об­ра­ще­ние к рус­ским на­ци­о­наль­ным тра­ди­ци­ям, на ко­то­рые они при­вык­ли смо­т­реть свы­со­ка, ни от­ме­ну в 1936 г. пра­зд­но­ва­ния 7 но­я­б­ря как Пер­во­го дня ми­ро­вой ре­во­лю­ции, ни по­яв­ле­ние в том же 1936 г. тер­ми­на «со­вет­ский па­т­ри­о­тизм», ни мно­гое дру­гое. По­ка­за­тель­но, что уже в се­ре­ди­не 1920-х го­дов Г. Зи­но­вь­ев, «тре­тий Гриш­ка» рос­сий­ской ис­то­рии (зна­ли бы те, кто ну­ме­ро­вал, ка­ким ни­что­же­ст­вом по срав­не­нию да­же с тре­ть­им ока­жет­ся чет­вёр­тый), ар­гу­мен­ти­ро­вал не­об­хо­ди­мость сня­тия Ста­ли­на с долж­но­с­ти ген­се­ка тем, что то­го «не лю­бят в Ко­мин­тер­не», а од­ним из глав­ных кри­ти­ков Ста­ли­на в 1930-е го­ды был вы­со­ко­по­с­тав­лен­ный ко­мин­тер­нов­ский функ­ци­о­нер О. Пят­ниц­кий.

Вто­рую груп­пу ста­ли­но­не­на­ви­ст­ни­ков мож­но ус­лов­но на­звать «со­вет­ски­ми ли­бе­ра­ла­ми». Что та­кое «ли­бе­рал по-со­вет­ски»? Ра­зу­ме­ет­ся, это не ли­бе­рал в клас­си­че­с­ком смыс­ле, да и во­об­ще не ли­бе­рал — да­же ни­зэ-э-энь­ко-ни­зэ-э-энь­ко не ли­бе­рал. Со­вет­ский но­мен­к­ла­тур­ный ли­бе­рал — за­нят­ный штемп: это чи­нов­ник, ко­то­рый стре­мил­ся по­треб­лять боль­ше, чем ему по­ло­же­но по жё­ст­ким пра­ви­лам со­вет­ско-но­мен­к­ла­тур­ной ран­жи­ро­ван­но-ие­рар­хи­че­с­кой си­с­те­мы по­треб­ле­ния, а по­то­му го­то­вый ме­нять власть на ма­те­ри­аль­ные бла­га, стре­мя­щий­ся ча­ще вы­ез­жать на За­пад и сквозь паль­цы гля­дя­щий на те­не­вую эко­но­ми­ку, с ко­то­рой он всё боль­ше сли­ва­ет­ся в со­ци­аль­ном экс­та­зе.

В на­ши дни это на­зы­ва­ет­ся кор­руп­ция, но к сов­си­с­те­ме этот тер­мин ед­ва ли при­ме­ним: кор­руп­ция есть ис­поль­зо­ва­ние пуб­лич­ной сфе­ры в ча­ст­ных це­лях и ин­те­ре­сах. В том-то и де­ло, од­на­ко, что в со­вре­аль­но­с­ти не бы­ло юри­ди­че­с­ки за­фик­си­ро­ван­но­го раз­ли­чия меж­ду эти­ми сфе­ра­ми, по­сколь­ку не бы­ло ча­ст­ной сфе­ры — «всё во­круг кол­хоз­ное, всё во­круг моё». Речь вме­с­то кор­руп­ции долж­на ид­ти о под­ры­ве си­с­те­мы, ко­то­рый до по­ры — до вре­ме­ни (до се­ре­ди­ны 1970-х го­дов, ког­да в стра­ну хлы­ну­ли не­у­чтён­ные неф­тя­ные дол­ла­ры) но­сил ко­ли­че­ст­вен­ный ха­рак­тер. Та­ким об­ра­зом, пра­виль­нее го­во­рить о де­фор­ма­ции си­с­те­мы. Вот эти де­фор­ма­то­ры и не­на­ви­де­ли Ста­ли­на боль­ше все­го, по­сколь­ку но­мен­к­ла­тур­ное и око­ло-но­мен­к­ла­тур­ное во­рьё по­ни­ма­ло, что при его или сход­ных по­ряд­ках воз­мез­дия не из­бе­жать; по­это­му так опа­са­лось при­хо­да к вла­с­ти не­о­ста­ли­ни­с­та А. Ше­ле­пи­на, по­ста­ви­ло на Л. Бреж­не­ва — и не про­иг­ра­ло. Имен­но при «ге­рое Ма­лой зем­ли» воз­рос те­не­вой СССР-2 (не те­не­вая эко­но­ми­ка, а имен­но те­не­вой СССР, свя­зан­ный как со сво­ей те­не­вой эко­но­ми­кой, так и с за­пад­ным ка­пи­та­лом, его над­на­ци­о­наль­ны­ми струк­ту­ра­ми, за­пад­ны­ми спец­служ­ба­ми), но тень при Бреж­не­ве зна­ла своё ме­с­то, вы­жи­дая до по­ры, а с се­ре­ди­ны 1970-х го­дов, го­то­вясь к прыж­ку, а вот при Гор­ба­чё­ве она за­ня­ла ме­с­то хо­зя­и­на, унич­то­жив фа­сад­ный СССР-1.

Ре­аль­ный СССР в на­ча­ле 1980-х го­дов на­по­ми­нал га­лак­ти­че­с­кую им­пе­рию из ази­мов­ской «Ака­де­мии» («Foundation») — бла­го­по­луч­ный фа­сад при изъ­е­ден­ных вну­т­рен­но­с­тях. Толь­ко у СССР, в от­ли­чие от им­пе­рии, не ока­за­лось ма­те­ма­ти­ка Сел­де­на с его пла­ном — у нас был «ма­те­ма­тик»-ге­шефт­ма­тик Б. Бе­ре­зов­ский и этим всё ска­за­но.

Но вер­нём­ся к ста­ли­но­фо­бии. Она до­воль­но чёт­ко ко­рел­ли­ру­ет с по­треб­лен­че­с­ки­ми ус­та­нов­ка­ми, с ус­та­нов­ка­ми на по­треб­ле­ние как смысл жиз­ни. Сим­во­лич­но, что один из «ко­вёр­ных ан­ти­ста­ли­ни­с­тов» за­явил в те­ле­эфи­ре: на­ци­о­наль­ную идею мо­же­те ос­та­вить се­бе, а мне дай­те воз­мож­ность по­треб­лять. Мо­жет ли та­кой тип не не­на­ви­деть Ста­ли­на и ста­ли­низм? Не мо­жет. Ста­ли­низм — это ис­то­ри­че­с­кое твор­че­ст­во, ус­та­нов­ка на твор­че­ст­во как цель и смысл жиз­ни, СССР был твор­че­с­ким, вы­со­ко­ду­хов­ным про­ек­том, что при­зна­ют да­же те, кто Со­вет­ско­му Со­ю­зу яв­но не сим­па­ти­зи­ру­ет. По­ка­за­тель­на в этом пла­не фра­за, ска­зан­ная быв­шим ми­ни­с­т­ром об­ра­зо­ва­ния А. Фур­сен­ко о том, что по­рок (sic!) со­вет­ской шко­лы за­клю­чал­ся в том, что она стре­ми­лась вос­пи­тать че­ло­ве­ка-твор­ца, тог­да как за­да­ча эрэ­фов­ской шко­лы — вос­пи­тать ква­ли­фи­ци­ро­ван­но­го по­тре­би­те­ля. Это, вы­хо­дит, и есть на­ци­о­наль­ная, а точ­нее, груп­по­вая идея, по­сколь­ку у по­тре­би­те­ля и «по­треб­лят­ст­ва» нет на­ци­о­наль­но­с­ти, глав­ное — ко­ры­то, а кто его обес­пе­чит, свои или чу­жие, де­ло де­ся­тое, глав­ное, чтоб бы­ло ку­да хрю­каль­ник во­тк­нуть.

Сим­во­лич­но так­же сле­ду­ю­щее. Тот са­мый пер­со­наж, ко­то­рый тре­бо­вал для се­бя «пра­зд­ни­ка по­треб­ле­ния», вы­ска­зы­вал­ся и в том смыс­ле, что ес­ли зем­ли к вос­то­ку от Ура­ла смо­жет ос­во­ить ми­ро­вое пра­ви­тель­ст­во, то пусть оно и возь­мёт их. Так по­треб­лен­че­с­кая ус­та­нов­ка ан­ти­ста­ли­низ­ма сов­па­да­ет с гло­ба­лист­ской — это две сто­ро­ны од­ной ме­да­ли. Так про­чер­чи­ва­ет­ся ли­ния от ан­ти­ста­ли­низ­ма к смер­дя­ков­щи­не, т.е. к ру­со­фо­бии. Со­ци­аль­ный мир ан­ти­ста­ли­ни­с­тов — это гло­баль­ный «скот­ный двор», глав­ная цель ко­то­ро­го — обес­пе­чи­вать по­треб­ле­ние под ру­ко­вод­ст­вом и над­зо­ром ми­ро­во­го пра­ви­тель­ст­ва. Ста­лин триж­ды сры­вал стро­и­тель­ст­во та­ко­го ми­ра на рус­ской зем­ле, имен­но за это его и не­на­ви­дят ан­ти­ста­ли­ни­с­ты. Всё про­за­ич­но, раз­го­во­ры же о сво­бо­де, де­мо­кра­тии, «со­вет­ском то­та­ли­та­риз­ме» быв­ших со­вет­ских ка­рь­е­ри­с­тов и сту­ка­чей ни­ко­го не мо­гут об­ма­нуть.

Па­ра­док­саль­ным об­ра­зом ими ока­за­лась часть ле­вых (ус­лов­но: «троц­ки­с­ты», ле­вые гло­ба­ли­с­ты) и часть пра­вых (ус­лов­но: «бу­ха­рин­цы»). В этом пла­не ста­но­вит­ся яс­но, что «троц­кист­ско-бу­ха­рин­ский блок» — это не на­ру­ше­ние здра­во­го смыс­ла, а ди­а­лек­ти­че­с­кая ло­ги­ка, ко­то­рую Ста­лин, от­ве­чая на во­прос, как воз­мо­жен ле­во-пра­вый блок, сфор­му­ли­ро­вал так: «Пой­дёшь на­ле­во — при­дёшь на­пра­во. Пой­дёшь на­пра­во — при­дёшь на­ле­во. Ди­а­лек­ти­ка».

Страх по­зд­не­со­вет­ской но­мен­к­ла­ту­ры пе­ред Ста­ли­ным — это страх «те­не­во­го СССР» пе­ред ис­ход­ным про­ек­том, страх па­ра­зи­та пе­ред здо­ро­вым ор­га­низ­мом, пе­ред воз­мез­ди­ем с его сто­ро­ны, страх пе­ред на­ро­дом. По­сле 1991 г. этот страх об­рёл но­вое, от­кро­вен­ное, а не скры­тое, клас­со­вое из­ме­ре­ние, ко­то­рое, как де­мон­ст­ри­ру­ют вре­мя от вре­ме­ни кам­па­нии де­с­та­ли­ни­за­ции, де­ла­ет этот страх па­ни­че­с­ким, смер­тель­ным.

Андрей Фурсов.

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *