В наше время, когда с особой силой встал вопрос о преодолении национального кризиса, особое внимание коммунисты уделяют идеям ленинской работы «Грозящая катастрофа и как с ней бороться». Среди многих её особенностей выделяются  две. Первая — работа удивительно современна, словно написана сегодня, а не более чем  сто  лет тому назад. Вторая состоит в том, что наряду с многочисленными, казалось бы, сугубо  практическими вопросами движения к социализму в ней, как это всегда бывает у В.И.Ленина, присутствует глубочайшее идейно-теоретическое содержание.

Последнее обстоятельство особенно привлекательно, ибо, как известно,  без революционной теории не может быть  революционной практики. А главная теоретическая мысль, имеющая колоссальное практическое значение состоит в том, «что нельзя идти вперёд, не идя к социализму» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.34. С.191). Кто-то скажет, что эта идея известна миру со времён «Коммунистического манифеста» и последующих трудов К.Маркса и Ф.Энгельса. Но в отличие от основоположников пролетарской науки В.И.Ленин развивал и конкретизировал эту мысль в условиях империалистической стадии капитализма, в условиях российской действительности, когда переход к социализму стал непосредственной исторической задачей.

Для нас эта ленинская идея столь же важна и злободневна, как и в сентябре 1917-го. Ныне в России вопрос о социализме вновь стоит в повестке дня. И мыслящие теоретики  марксизма-ленинизма озабочены тем, чтобы дать  позитивный творческий ответ о конкретных путях движения к нему.  Лозунг КПРФ «Не назад к социализму, а вперёд к обновлённому социализму!», фактически обретающий смысл  главной национальной  идеи, привлекает внимание широких кругов общественности и народных масс.

          Особое место в труде В.И.Ленина занимает идея передовой революционно-демократической власти народа, как противоположности  власти буржуазно-бюрократической, реакционной.  Первая обеспечивает начальную ступень движения к диктатуре рабочего класса, движение к новому общественно-экономическому строю, вторая  обусловливает сохранение и усиление системы эксплуатации рабочего класса, неслыханные прибыли и обогащение монополий. В.И. Ленин в указанной работе не расшифровывает понятие «революционно — демократическая власть». Но в более ранних трудах он утверждает, что на этапе буржуазно-демократических революционных преобразований в России начала ХХ столетия будет установлена революционно-демократическая диктатура рабочего класса и крестьянства, которая обеспечит в ходе социально-политических преобразований переход к диктатуре пролетариата. Аналогично этому сегодня мы вправе говорить о революционно-демократической власти рабочего класса и  широких кругов патриотических сил как будущем  России.

Это отражено в ныне действующей Программе КПРФ. В ней сказано, что на нынешнем этапе развития России «решается задача установления демократической власти трудящихся, широких народно-патриотических сил во главе с КПРФ.  Для её достижения коммунисты организуют народные массы в борьбе за их социально-экономические, политические интересы, возглавляют выступления людей труда, ветеранов и молодёжи в защиту своих законных прав» (Программа Коммунистической партии Российской Федерации. М., 2014. С. 20).

Буржуазная пропаганда, к сожалению, сумела  внедрить в сознание довольно широких масс трудящихся, будто диктатура пролетариата по своему содержанию противоположна понятиям «свобода» и    «демократия». Одновременно получила широкое распространение байка, что буржуазная демократия – не диктатура класса капиталистов в отношении рабочего люда, а формула некоей «чистой свободы». В.И.Ленин справедливо  подчёркивал, что истинная демократия, демократия для народа есть демократия социалистическая в форме диктатуры пролетариата, которая  последовательно демократична, прежде всего, для трудящихся и в их интересах.  Поэтому вполне закономерно, что ныне научное понятие «диктатура рабочего класса»  вновь вошло в наш теоретико-политический лексикон, хотя оно и не успело  пока ещё попасть в ныне действующую Программу КПРФ (принятую в 2008 году ХIII съездом КПРФ).  Задача борьбы за диктатуру рабочего класса вновь выдвинута и обоснована решениями VI (октябрьского -2014 год)   пленума ЦК КПРФ, последующих партийных съездов и пленумов ЦК.

Итак, согласно В.И.Ленину, в силу исторических особенностей России, социалистическому трудовластию (диктатуре пролетариата) в начале ХХ века должна была предшествовать революционная общедемократическая власть рабоче-крестьянских масс. Но в 1917 году это предположение не сбылось. Власть после июньских событий оказалась в руках крупной буржуазии и помещиков, и буржуазно-демократический переворот остановился на полпути. Поэтому встала задача непосредственного перехода к социалистической революции, в ходе которой практически и были решены  многие задачи буржуазно-демократического характера, в том числе, такая грандиозная историческая задача, как конфискационная  национализация земли и передача её в руки крестьянства.

             Сегодня Россия вновь переживает общедемократический этап освободительного движения народных масс. Условно его вполне можно сопоставить с февральским этапом. Поэтому в наше время на пути к социализму, согласно ленинскому предвидению, скорее всего, в качестве первого шага возникнет  революционно-демократическая власть рабочего класса и патриотических сил, которая в ходе революционного процесса  перерастёт в социалистическое народовластие (диктатуру рабочего класса). Попытаемся рассмотреть данный процесс с точки зрения стратегических задач.

Понятно, что  сегодня рабочий класс в одиночку не в состоянии завоевать власть. Ему нужны союзники в лице полупролетариата, непролетарских классов и других социальных слоёв общества.  Так было и в предоктябрьские годы. Но существенное различие в том, что во время Октябрьской революции у рабочего класса был массовый и мощный революционный союзник в лице крестьянства, составлявшего абсолютное гигантское большинство населения, тесно сплочённое требованием национализации и  раздела помещичьей земли.   И диктатура пролетариата воплотилась в прочнейшем союзе поначалу рабочего класса с беднейшим крестьянства, а в дальнейшем – в союзе с середняком. Сегодня положение существенно иное. Сами рабочие в рамках возрождённого буржуазного общества вновь ещё не окончательно стали, применяя формулу К.Маркса,  «классом для себя». К тому же его  союзники в лице национально-патриотических сил представляют собою весьма разнородную массу населения России, страдающего от гнёта международного империализма, отечественного олигархата, компрадорской буржуазии, коррумпированного чиновничества.

Кто они? Это обездоленная деревня в лице бывших колхозников и бывших рабочих совхозов, живущих в основном доходами от приусадебного хозяйства.  Это вновь возникшая частнособственническая прослойка крестьян (по преимуществу мелких), как правило, едва, сводящих концы с концами (их почему-то на западный манер именуют нынче фермерами).  Это довольно многочисленная часть бывших представителей рабочего класса, превратившихся в   прослойку мелкой буржуазии в городе и на селе, занятой  в основном предоставлением различных услуг и мизерной розничной торговлей. Это  так называемые бюджетники и другие межклассовые слои, перебивающиеся с хлеба на воду (врачи и младший медперсонал, работники культуры, библиотекари, учителя, воспитатели в детдомах и детсадах, сотрудники музеев, студенты, аспиранты, докторанты, научные работники, мелкие чиновники и служащие государственных, региональных и муниципальных органов). Это, далее, заметный слой пенсионеров, большинство которых располагает доходами едва на уровне, а чаще всего  ниже сильно усеченного официального прожиточного минимума.  Это, наконец, домохозяйки, разделяющие с главами обнищавших семейств, трудные заботы о хлебе насущном.

Главные экономические позиции в стране занимают иностранный капитал, российский олигархат, компрадорская буржуазия и коррумпированное высшее чиновничество. Именно в их интересах порушена  наша некогда могучая отечественная (советская) экономика, подвергаются нещадному разграблению уникальные  природные богатства страны. Именно эти реакционные, враждебные нашему народу силы экономически и политически  заинтересованы в сохранении России в составе грабительского ВТО. Именно по их вине Россия превратилась ныне в полуколонию, в топливно-сырьевой придаток  развитых стран Запада.   Наряду с российским пролетариатом все трудовые  классы и общественные слои подвергаются неслыханной грабительской эксплуатации со стороны, прежде всего, международного глобалистского империализма и  «домашнего» компрадорского олигархата, представляющего в основном сырьевой и топливный сектора российской экономики.

Все трудовые слои России так или иначе возмущены полуколониальным положением страны, низким уровнем жизни, стремительно растущими ценами, гиперинфляцией, грабительскими тарифами ЖКХ, массовой отменой ряда насущных социальных льгот, установленных Советской властью. Часть буржуазии, занимающей промежуточное положение между средней  и крупной,  раздражена засильем иностранного и олигархического капитала, продажного чиновничества и потому настроена в той или иной мере патриотически.  Имеется и такое её звено, которое колеблется. Но обе они, по всей видимости, в общем-то способны, по меньшей мере,  блюсти нейтралитет в случае перехода властных полномочий к силам социалистической оппозиции.

Совершенно очевидно, что в таких условиях  на очередь дня встала задача  органического соединения классовой борьбы пролетариата с широким патриотическим и национально-освободительным движением.  Полное восстановление национального (экономического и политического) суверенитета России и возвращение на путь социализма стали сегодня нераздельными понятиями. Невозможно освободиться от полуколониальной зависимости, не идя к социализму, и нельзя идти к социализму, не ломая хребет колониализму в России. Такова двуединая задача современного общедемократического этапа развития революционного процесса в нашей стране. Поэтому уже много лет в России существует единый Народно-патриотический союз во главе с рабочим классом, который имеет союзников в лице большинства  трудящихся, социальный состав которых перечислен выше. В политической сфере оно представляет собою блок КПРФ со значительным числом  общественных движений и организаций.

           Некоторые марксисты называют современное состояние России буржуазно-демократическим этапом её социального развития. Но, думается, «общедемократический этап» борьбы — это более точное определение. Дело в том, что оно соединяет задачи, как буржуазно-демократические, так отчасти и непосредственно социалистические, что выводит его за рамки чисто буржуазно-демократического этапа. Тем не менее, на первом плане по преимуществу стоят буржуазно-демократические задачи. Успешное и радикальное решение таких задач Владимир Ильич называл «шагами к социализму».  Именно это обстоятельство с особой силой подчёркнуто В.И.Лениным в «Грозящей катастрофе», когда обстановка в России была близка к сегодняшней.

В нынешних условиях вряд ли возможно  одним прыжком завоевать социалистическое трудовластие, т.е. диктатуру рабочего класса. Наиболее вероятно установление власти революционной демократии пролетариата и патриотических сил во главе с КПРФ, в качестве промежуточного этапа исторического процесса движения к социалистическому народовластию. Как оправданно предлагают  политические и программные документы Компартии Российской Федерации, такая власть призвана  выражать коренные политические, экономические, социальные и общенациональные интересы рабочего класса и самых широких  слоёв трудящегося населения.

При этом нельзя допустить  того, чтобы неизбежное устранение  нынешнего «самодержавно-демократического» бонапартизма привело к расхлябанному неолиберализму типа Временного правительства.  Новая керенщина будет ничуть не лучше нынешнего режима. И то и другое одинаково опасно для России. Всякий, кто внимательно прочитал работу В.И.Ленина, вряд ли усомнится в этом. Ещё более опасен в наше время захват власти либерал-фашистами, как это имеет место сегодня на Украине. В России на установление такой власти претендуют тесно связанные со спецслужбами США «оранжисты» типа куршевельского проказника, миллиардера  М.Д.Прохорова,  или выпускника Йельского университета А.А.Навального. Они  «против Путина», но за приход к власти иного клана реакционных олигархов, тесно связанных со спецслужбами США,  ради сохранения и приумножения своих  прибылей. Они за дальнейшее ускоренное разрушение России в интересах мирового империализма, как гарантию своего собственного неограниченного обогащения. Столь же ненадёжны для будущего России партии, подчас щеголяющие левой фразой, но исповедующие правые взгляды (в частности, Справедливая Россия, возглавляемая  С.М.Мироновым), а, тем более, ЛДПР — откровенно реакционная  партия либерал-демократа, псевдопатриота и псевдонационалиста  В.Ф.Жириновского.

Только победа рабочего класса и народно-патриотических сил во главе с КПРФ   способна открыть путь последующего движения к социализму, восстановлению державной мощи России и единого Союзного государства. Революционно-демократическая  власть, скорее всего,  изначально приобретёт промежуточный характер. Это будет уже не буржуазная власть, но и еще не социалистическое трудовластие. Она способна вывести общество из капиталистического этапа, но не означает выхода  на путь непосредственного социалистического строительства. По существу это будет этап общедемократического некапиталистического развития. Во главе движения по этому пути у нас ныне способна стать только одна партия – КПРФ, объединяющая вокруг себя все социалистические, демократические, антиимпериалистические  и патриотические силы.   Поэтому-то  речь идёт именно о некапиталистическом развитии, как непосредственно предстоящем этапе.

Приходится подчас  слышать возражение, что, дескать, понятие «некапиталистическое развитие» в данном случае некорректно, ибо под ним принято понимать движение к социализму  отсталой полуфеодальной страны под покровительством мощной социалистической державы. Такое ограниченное понимание в своё время действительно имело место в нашей науке и политической практике. Но теоретические понятия, как правило, диалектичны и подвижны,  а не статичны. Они постоянно  обогащаются новым содержанием в результате общественных перемен и активного исторического  творчества народных масс.

Сегодня мы наблюдаем процесс некапиталистического развития на примере братской Белоруссии. Более или менее удачные попытки имели место в ряде стран Латинской Америки, а также в Молдавии, правда, грубо пресечённые, национальными фашиствующими силами и силами международного    империализма во главе с США. Однако, остаётся несломленным народ Боливарианской Республики Венесуэлы.    И, сколь ни противоречивы эти факты, они свидетельствуют о неизбежном ослаблении мирового империализма, о процессе его умирания, открытого В.И.Лениным.  В наше время, когда мировое сообщество  в глобальном масштабе вступило в своеобразную переходную эпоху от капитализма к социализму, закономерны переходные некапиталистические состояния в ряде стран и государств. Их число будет неизбежно расти, а   будущее таких стран зависит от последовательности и твёрдости в осуществлении  революционно-демократических преобразований и их реальной нацеленности на социалистическую перспективу.

Представленные на суд читателя рассуждения требуют чёткого ответа на важнейший вопрос современного освободительного движения России: каковы главные, магистральные  пути  реального осуществления ленинских «шагов к социализму»?

Совершенно очевидно, что их нельзя свести целиком и полностью к исключительно парламентским формам политической борьбы. К сожалению, такими правооппортунистическими представлениями  подчас грешат иные убеждённые коммунисты, и даже партийные деятели разного масштаба. Опыт западной социал-демократии и еврокоммунизма свидетельствует о полной бесперспективности данного пути завоевания политической власти рабочим классом. Это путь приспособленчества к буржуазной демократии, являющейся исторической формой диктатуры буржуазии, беспардонной политической власти крупного капитала, обеспечивающей его экономическое господство.   Буржуазная парламентская  демократия – это весьма относительная, даже фальшивая свобода рабочего класса и народных масс. В случае фактической победы прогрессивных сил выборы могут быть подвергнуты действующей властью фальсификации, либо попросту отменены, дезавуированы. К тому же реальная угроза существованию капиталистического  общества сплошь и рядом таит в себе опасность превращения буржуазной демократии в откровенную фашистскую диктатуру.

Вторая «теоретическая версия» (предлагаемая левыми догматиками) состоит в полном отказе от парламентской борьбы и сосредоточении усилий на подготовке вооруженного восстания.            Однако, во-первых, для вооруженного восстания необходим вооружённый народ. Такое состояние имело место в России 1917 года, когда миллионы рабочих и крестьян, одетых в солдатскую форму, получили  в руки личное оружие, а избранные солдатами полковые комитеты распоряжались артиллерией, броневиками и другими видами общего вооружения. Ничего подобного не наблюдается в наше время. Более того народу, противостоят подчинённые буржуазии армия и правоохранительные органы, оснащённые самым современным оружием. Поэтому мирный путь завоевания власти остаётся единственно возможным.

Во-вторых, отказ от парламентских форм  искусственно ограничивает круг используемых возможностей организации борьбы рабочего класса и других трудящихся. Марксизм-ленинизм требует широкого применения и утилизации всех имеющихся в наличии форм борьбы для расширения своего общественного влияния и политического воспитания масс. Вне всякого сомнения,  парламентская борьба при условии её правильной организации является одной из форм  такого воспитания. Отказ от парламентской борьбы в наших условиях есть способ недопустимой, даже политически  преступной,  самоизоляции коммунистической партии. Эта левацкая уловка  есть не что иное, как шиворот на выворот правый оппортунизм.  Вспомним выступление И.В.Сталина на ХIХ съезде ВКП(б) (1952 год).  Признанный лидер большевиков призвал коммунистов зарубежных капиталистических стран решительно пресекать любые попытки буржуазии ограничить, сузить, а тем более,  отречься от демократии. Более того,  он рекомендовал максимально использовать все имеющиеся возможности буржуазной (сколь бы она не была ограниченной и фальшивой!) демократии в интересах развития революционного движения. Понятно, что такая форма использования буржуазной демократии, как парламентская  борьба, была и остаётся ныне одной из форм защиты интересов пролетариата,  интересов революционного движения в современной России.

В-третьих, вне всякого сомнения, формы мирной борьбы за политическую власть не означают бесконфликности и соглашательства, отказа от классовых интересов пролетариата. В распоряжении рабочего класса  имеются такие мощные средства как  общенациональная  политическая стачка  и широкое протестное политическое «уличное» движение народных масс. Это острейшие и действенные средства борьбы  против политической власти и экономического господства буржуазии. Но для успешного применения данного  оружия необходима,  как правило,  революционная ситуация. Однако в силу отсутствия таковой  рабочий класс и другие труженики пока ещё не готовы к протестным акциям общенационального масштаба. Поэтому задача в том, чтобы, последовательно и неуклонно готовить массы к решительным политическим действиям, которые станут возможными уже на начальных фазах развитии общественных условий в сторону революционной ситуации. Разумеется, важно при этом быть максимально готовыми своевременно применить эти действенные формы политического движения рабочего класса с наибольшим эффектом.   Это тем более значимо, что Россия переживает ныне период общенационального кризиса и вызревание революционной ситуации пробрело в последние годы заметное ускорение.

При этом следует иметь в виду, что, признавая огромную роль внесения в массы социалистического сознания,   марксизм-ленинизм выступает против преувеличения  значения агитационной и пропагандистской деятельности в созревании революционной ситуации.  Ещё нигде в мире революция не была результатом агитации и пропаганды. Правда, агитация и пропаганда, внедряя социалистическое миропонимание в сознание рабочего класса, несомненно,  способствуют делу революции, чрезвычайно интенсифицируют её процессы. Однако они  никогда не бывают её непосредственной причиной. Такую мысль  недвусмысленно сформулировал В.И.Ленин в беседе с английским журналистом во время одного из своих посещений  Великобритании. Главная его идея сводилась к тому, что всякая  революция порождается не агитацией, а является  результатом огромного массива экономических, социальных и политических процессов и противоречий исторического развития. Об этом, ранее неизвестном, высказывании Владимира Ильича несколько лет тому назад   сообщила «Правда»  (к сожалению,  точные координаты данного номера газеты мною утрачены – В.Б.)

Сказанное предполагает, что в экономических и политических обстоятельствах современной России, вне всякого сомнения, требуется оптимальное (разумное, взвешенное) сочетание парламентских и внепарламентских форм борьбы. Президентские и парламентские выборы, как показывает практика современных стран периферийного капитализма, способны привести к завоеванию  коммунистами и другими прогрессивными силами президентского поста или парламентского большинства (в частности, при помощи жесткого принуждения властей к соблюдению  избирательных процедур). Но удержать власть намного труднее, чем её завоевать. Об этом свидетельствует опыт Молдавии, Бразилии и ряда других латиноамериканских стран. И здесь решающее значение приобретают массовые политические забастовки и широкое внепарламентское протестное движение.  Лишь на этом пути видится реальный успех в решении конкретных задач революционной борьбы.  Пока ещё ввиду отсутствия революционной ситуации Россия не пришла к массовому появлению таких форм. Но следует уже теперь использовать любой отдельный факт даже чисто экономических форм протеста, как способ, в конечном счёте,  политической закалки рабочего класса, как живой пример действенной борьбы, как метод революционного воспитания масс.

Словом, тот или иной успех   в цикле президентских и парламентских выборов  может быть закреплён и реально обеспечен лишь  путём растущего  давления протестующей улицы и широкого забастовочного движения, выдвигающих политические требования.  Без данного фактора имеется реальная опасность того, что олигархическая буржуазия с помощью армии, полиции, ускоренно формируемой президентской гвардии сможет прервать естественный ход развития событий.   Чтобы удержать  власть, полученную путём голосования (либо овладеть ею путём прямой политической борьбы),   предстоит  придать забастовочному движению общенациональный и остро политический характер, вывести на улицы Москвы, Санкт-Петербурга, республиканских и региональных центров миллионные и многотысячные массы в защиту волеизъявления электората и политических требований трудящихся.  К этому следует неустанно готовить рабочий класс и его союзников ежедневно, ежечасно и в массовом масштабе. В данном процессе решающую роль призвано сыграть внесение социалистического миропонимания в сознание рабочего класса и его союзников.

В свете сказанного принципиальное значение имеет факт выдвижения кандидатом на пост Президента России   руководителя   подмосковного   предприятия  «Совхоз  имени Ленина» П.Н.Грудинина – хозяйственника и политика, представляющего широчайший спектр общественных движений и народных настроений. Фигура Павла Николаевича, будучи выдвинута в декабре 2017 года вторым этапом ХVII съезда КПРФ на пост Президента, привлекает внимание  не только коммунистического электората, но и широкого спектра всех левых и национально-патриотических сил. Его программные требования  представляют интересы коммунистического движения и движения национал-патриотов, руководимых Постоянно Действующим Совещанием Национально-Патриотических сил России (ПДС НПСР). Предвыборная программа народного кандидата «20 шагов П.Н.Грудинина» представляет собою  расширенное и обогащённое изложение известной программы КПРФ «Десять шагов к достойной жизни».

Это две единые программы всего народа России. Сегодня немалый слой граждан  либо  предпочитают социализм капитализму, либо  настроен на патриотический лад. Примечательно, к примеру, что полковник В.В.Квачков призвал своих сторонников (русских православных монархистов – NВ!), голосовать за П.Н.Грудинина.  Все эти силы предстоит в ходе предвыборной кампании привлечь на сторону кандидата  левых  коммунистических и национально-патриотических сил. В данном случае речь идёт о единстве действий широчайшего круга народных масс России заинтересованных в возврате к социализму,  отстаивающих честь и достоинство Отечества.

Вновь избранный Народный Президент России получит в дальнейшем опору в виде Правительства народного доверия, которое  станет результатом сложения политических сил ряда существующих ныне партий и общественных движений и  будет непосредственно возглавлено либо коммунистическим лидером, либо деятелем, представляющим левопатриотические силы.  Одновременно должны быть определены конкретные имена государственных руководителей различных рангов. Это будут, прежде всего,  коммунисты и их соратники по национально-патриотическому движению. Возможно и  представительство некоторых  буржуазных партий и течений, готовых к реальному сотрудничеству. Ибо революционное народно-демократическое Правительство по своей сути не может не быть коалиционным.

При этом совершенно неправильно было бы требовать упразднения поста президента после завоевания власти. Это предлагают некоторые ультрареволюционеры, для которых данная должность – «отрыжка проклятого капитализма». Пост президента и его права открывают немалые возможности для непосредственного решения революционно-демократических задач. Президент, как представитель законной власти  призван будет координировать действия коммунистических, национально-патриотических деятелей, занимающих государственные посты,  а также привлечённых в руководящие органы буржуазных и пробуржуазных  специалистов.  Вопрос об отмене президентской должности станет целесообразным лишь после того, как она исчерпает возможности обеспечивать «шаги к социализму».

Тем не менее, непомерно широкие полномочия Президента намечено ограничить созданием Государственного Совета — независимого конституционного учреждения, возглавляемого лидером КПРФ. Такая система предполагает всеобъемлющий политический, экономический и общественный контроль со стороны народа, и прежде всего рабочего класса,  к чему призывал В.И.Ленин в «Грозящей катастрофе». Такой контроль намерены установить коммунисты в случае победы. При этом согласно последующим ленинским заветам народный контроль должен обладать широчайшими правами, позволяющими народной власти предотвратить всесилие бюрократии и буржуазное перерождение политических, государственных,  профсоюзных и иных деятелей различного ранга, что, к сожалению, имело место в Советском Союзе.

Итак,  сегодня наше  левое  коммунистическое и патриотическое движение, во многом окрашены в общедемократические  цвета национально-освободительной, антикомпрадорской, антирусофобской и антикоррупционной борьбы. Поэтому было бы нелепо требовать от всех его участников абсолютного следования программе коммунистических  преобразований общества. На общедемократическом этапе достаточно, чтобы, к примеру,  национал-патриоты последовательно придерживались, как минимум, буржуазно-демократических требований и, тем самым независимо от своих взглядов и устремлений, способствовали продвижению общества в направлении некапиталистического развития, т.е. в конечном счёте, помогали российскому обществу делать предусмотренные В.И.Лениным общедемократические  «шаги к социализму».

Иные политики и учёные «ультралевого фланга» не согласны с этим. Им подавай «100-процентных союзников». Но таких «союзников» не бывает. Ориентация на таких «союзников» означает опасную самоизоляцию коммунистического движения. Она  разобщает силы оппозиции, отталкивает значительную часть патриотических сил от коммунистов, бросает их в объятия «партии власти», а также всякого рода псевдооппозиционеров, антипатриотов и антикоммунистов. К сожалению,  в широком спектре коммунистического движения, да и в рядах КПРФ, а также в  РУСО имеются товарищи, впадающие в эту левацкую крайность.

Однако вернёмся к проблемам социально-экономического развития страны после установления революционно-демократической диктатуры рабочего класса и национально-патриотических сил. Что станет  представлять собою экономика России, вступившей на путь некапиталистического развития. Программа П.Н.Грудинина предусматривает конфискационную национализацию банков, а также  главных природных ресурсов,  промышленных предприятий, имеющих стратегическое, ключевое значение для экономического и социального развития, для обороны  страны.  На этой основе произойдёт коренная смена хозяйственной и политической стратегии, совершится крутой революционный поворот от олигархического капитализма к некапиталистическому,  а затем и социалистическому развитию, обеспечивающему неуклонный рост народного благосостояния. Это соответствует настроениям прокоммунистической части народа и  интересам всех истинных патриотов России.

В сложившихся условиях неизбежно возникнет экономическая структура, близкая к ленинскому нэпу.  Но будут у неё свои особенности и отличия. Такая структура  появится не в классический переходный период от капитализма к социализму, а в условиях общедемократического, некапиталистического развития. На мой взгляд, её можно было бы условно назвать неонэпом. Главная его особенность видится в том, что  обобществленный сектор экономики, имея социалистическую перспективу, еще не превратится в социалистический  хозяйственный сектор.  Это, скорее всего, изначально будет    госкапиталистический уклад, занимающий ведущее место в системе народного хозяйства России.  Президенту России и прогрессивному Правительству народного доверия предстоит опираться на обобществлённый сектор экономики и с помощью планово-рыночных механизмов регулировать развитие государственных, смешанных, народных, кооперативных, средних и мелких, а также относительно крупных частных предприятий в интересах созидания социалистического общества.

В  частности,  госкапиталистический сектор неонэпа  будет постепенно подготовлен к тому, чтобы  приобрести социалистический характер. Экономической предпосылкой этого  станет превращение его из ведущего в господствующий сегмент экономики. В политической сфере таким условием станет перерастание революционно-демократической власти в социалистическое трудовластие  (диктатуру рабочего класса).

Видимо, можно   утверждать, что сегодня    неонэп способен  стать важнейшим фактором современной антикризисной политики. Призыв к нему отражает современные шаги к  социализму в нашем Отечестве. Сила данного призыва  в том, что он способен объединить подавляющее большинство народа. Неонэп обеспечивает наиболее прочное  сочетание интересов самых широких слоёв общества.  В соответствии  с этим ныне сформулирован один из главнейших лозунгов момента: «Фабрики – рабочим, землю – крестьянам, лаборатории – учёным, школы – детям,  вузы – молодёжи!»

По историческим меркам период неонэпа, по-видимому, не окажется особенно продолжительным. После этого общество вступит в этап раннего социализма. На данном этапе начнётся непосредственное социалистическое преобразование общества. Эта эпоха будет достаточно длительной, поскольку  она должна обеспечить переход к развитому (полному по Ленину) социализму. С вступлением общества в   период зрелого (полного) социализма оно  будет вооружено качественно новыми   производительными силами, которые недоступны для  использования  в условиях частнокапиталистической собственности.  Это и станет объективной гарантией невозможности реставрации буржуазного общества. Рассмотрению данных процессов посвящены последующие главы публикации.

            Основную силу некапиталистического движения ныне представляет рабочий класс. Он сегодня складывается во многом заново,  после того как был подвергнут  деклассированию сначала ельцинским, а затем  путинско-медведевским антинародным режимом. Президенту и правительству народного доверия предстоит  интенсивно способствовать не просто  восстановлению рабочего класса, но  дальнейшему ускоренному его формированию.  При этом очень важно видеть  отличие современной ситуации от обстановки, сложившейся накануне, в период и после Октября. В то время по своему положению в  общественном производстве, по уровню  революционного сознания самые передовые позиции занимал  индустриальный  пролетариат. Именно он и составлял тогда главную опору большевизма, ведущую и определяющую силу в предоктябрьский, октябрьский  и послеоктябрьский периоды. И это вполне понятно, ибо индустриальное производство было в то время высшим достижением развития производительных сил не только в России, но и во всём мире.

А что мы имеем сегодня?  Пролетариат ещё окончательно не сложился. Тем не менее, можно смело утверждать, что в экономике и социально-политической жизни уже выходит и обязательно выйдет на авангардные позиции новый отряд рабочего класса, связанный с высокими постиндустриальными технологиями. Именно он представляет передовую и главную творческую и  созидательную силу, способную на деле осуществить модернизацию страны и вернуть  её в число технологически наиболее развитых государств с рационально высоким уровнем жизни населения. Поэтому именно здесь коммунистам и следует, на мой взгляд, искать свою главную опору.   Есть и еще одно весьма важное обстоятельство. К этим технологиям более всего привязана  молодёжь. А в ней историческое будущее страны.  Победит  тот, на чью сторону прочно встанет юное рабочее поколение России.

          Подводя итог сказанному, отметим, что знаменитая   формула В.И.Ленина, выдвинутая в «Грозящей катастрофе», обрела сегодня особое  звучание, особый сокровенный смысл.  «Погибнуть или на всех парах устремиться вперёд!» — именно так за последнюю  сотню  лет вторично и с непреодолимой силой  поставлен вопрос историей нашего Отечества.  Одно из двух. Иного выбора нет!

 

 

  1.                                      ОСНОВНЫЕ СТУПЕНИ СОЦИАЛИЗМА

           К  теме исторических ступеней социализма мне приходится обращаться не в первый раз. Эта проблема ранее рассмотрена в    статье «Федот, да не тот» («Политическое просвещение», № 3  за 2008 год), затем в  монографии «Опыт СССР и социализм ХХI века» (М., «Граница». 2013).  В недавнее время ступеням развития первой фазы коммунизма немалое место уделено в  брошюрах  «…Истина дороже!» и «Истина – дитя диалога» (обе выпущены в Москве издательством ИТРК в 2017 г.). Данная публикация дополняет, обобщает, систематизирует напечатанные ранее материалы. Ввиду сказанного, в данном тексте в ряде случаев имеются отдельные дословные повторения с предыдущими изданиями других работ.

Причины многократного возвращения к данной теме вполне очевидны. Прежде всего, отметим то обстоятельство, что незнание (если непрямое игнорирование)  трудов В.И.Ленина  по данному вопросу руководителями КПСС после смерти И.В.Сталина привело к необоснованным выводам о завершении социалистического строительства к 50-60 годам прошлого века, о полной и окончательной победе социализма в СССР. На основе этих ложных выводов был взят  авантюристический курс на непосредственный переход к строительству высшей фазы коммунизма. Эти нелепости были дополнены оппортунистическим  отказом от диктатуры пролетариата. В результате коммунизм не построили, а социализм потеряли. Таковы были трагичнейшие последствия принципиальных теоретических и практических ошибок  для партии, некогда созданной В.И.Лениным и для основанного им первого в мире социалистического государства.   Без понимания указанных ошибок невозможно будущее строительство социалистического общества, которое, естественно,  неизбежно в нашей стране.

            Социализм ХХI столетия, несомненно, будет иметь согласно В.И.Ленину  такую  ступень своего созидания, как полный  социализм. Указанное научное понятие употребляется В.И.Лениным, в частности, в названии  его работы «О значении золота теперь и после п о л н о й победы социализма», опубликованной в Правде» от 6-7 ноября 1921 года (Полн. собр. соч. Т. 44, С. 221; выделено мною – В.Б.). Применение данного понятия в общем заглавии печатного выступления весьма символично. Соответственно весь дух теоретических доводов и практических рекомендаций статьи насыщены уверенностью в достижении этой далёкой цели. Упоминание о проблемах движения к полному социализму  содержится и в других ленинских трудах. В частности,   в своей посмертной статье  «О кооперации» Владимир Ильич, характеризуя сущность и задачи  кооперативного движения в стране, где установлена диктатура    пролетариата,     подчёркивает:      «…разве    это  не всё необходимое для построения п о л н о г о социалистического общества?  Это ещё не построение социалистического общества, но это всё необходимое и достаточное для этого построения»   (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45. С. 370 // выделено мною – В.Б.).

Данное высказывание имеет ещё одну примечательную особенность. Фактически В.И.Ленин не разделяет категории  «полный социализм» и просто «социализм». Для него в вышеприведенной цитате «построение полного социалистического общества» и «построение социалистического общества» — теоретические  и практические понятия равноценного порядка. Говоря о социализме, он имеет в виду полный социализм, а употребляя термин «полный социализм», он подразумевает социализм как таковой. Отметим также, что  во всех других теоретических и политических выступлениях,  употребляя слово «социализм»,  он всегда (без какого-либо исключения – NВ!) имеет в виду социализм в его завершённом виде. Это весьма важный момент, поскольку не в каждом своём высказывании В.И.Ленин, имея в виду абсолютную идентичность данных понятий,   присоединяет к слову «социализм» определение «полный».

В современной  марксистской литературе уже довольно продолжительное время используются  категории «развитой» и «зрелый» социализм. Среди части наших товарищей эти понятия решительным образом представляются либо как антиномия ленинской категории «полный социализм», либо вообще никак с нею не сопрягаются. Более того, иные чересчур «ортодоксальные» марксисты усматривают в понятиях «развитой» и «зрелый» социализм, если не   прямой отход от теории марксизма-ленинизма, то вульгарно-тривиальное, дилетантское  толкование судьбоносных вопросов становления и развития социалистического общества.

Однако, такое понимание напрямую опровергается В.И.Лениным. Обратимся к его статье «Первоначальный вариант статьи “Очередные задачи Советской власти”». В ней, в частности,  существенное место отведено  проблемам использования буржуазных специалистов в хозяйственном и культурном строительстве нового общества, наделению их высокими заработными платами.   Освещая эту тему, Владимир Ильич подчёркивает: «Конечно, говоря с точки зрения уже  р а з в и т о г о социалистического общества, представляется совершенно несправедливым и неправильным, чтобы представители буржуазной интеллигенции получали оплату труда неизмеримо более высокую, чем оплата труда лучших слоёв рабочего класса» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. С. 139 // Выделено мною – В.Б.).    Разумеется, вопрос о зарплатах в данном случае лишь косвенно связан с  рассматриваемой нами проблемой. А вот понятие «развитое социалистическое общество» относится к ней без всяких оговорок. И оно свидетельствует о том, что такие теоретические категории, как «полный» и «развитой» («зрелый») социализм, вне всякого сомнения, являются, согласно В.И.Ленину,  научными синонимами.

В целях глубокого понимания теоретической сути и практического значения данного этапа следует на основе трудов классиков марксизма-ленинизма дать достоверную, или, во всяком случае, близкую к научной,  характеристику ленинского понятия «полный», «развитой»  социализм в сопоставлениях  с тем, что было фактически достигнуто в СССР, в европейских странах народной демократии и современных социалистических странах на начальной ступени социалистических преобразований. Без такой работы всякие попытки научно   определить и разграничить главные этапы социалистической фазы коммунизма обречены на вечные скитания в сетях путаницы и беспочвенных фантазий.    С методологической точки зрения это не только диктуется, но и облегчается  тем обстоятельством, что в теоретическом отношении ступень полного (развитого, зрелого) социализма достаточно глубоко с точки зрения поставленной задачи разработана основоположниками марксизма и особенно В.И.Лениным.

Разумеется, существует большое количество экономических, социальных и политических критериев при оценке конкретных ступеней социализма. Однако можно говорить и о нескольких главных или даже об одном, но основополагающем критерии. С точки зрения политэкономии и исторического материализма таким обобщающим критерием, несомненно, является свойственная каждой ступени материально-техническая база. Достижение конкретного уровня и характера развития производительных сил служит не только причиной исторической смены общественно-экономических формаций. В рамках каждой общественно-экономической формации уровень и характер материально-технической базы общества является главным, основополагающим  фактором перехода от одной стадии её исторического движения  к другой.

Важнейшее специфическое качество  производительных сил зрелого социализма будет состоять в том, что хотя они ещё не доросли до коммунизма, но уже переросли капитализм. Иными словами, это будут производительные силы, характер и уровень которых адекватен именно полному социализму. Их использование в условиях частнокапиталистического присвоения станет абсолютно невозможным, как не применимы оказались капиталистические индустриальные средства в условиях средневекового феодализма. В этом проявляется единый для всех общественно-экономических формаций социологический закон, открытый К.Марксом: новые производительные силы не могут уместиться в рамках предшествующего общества, что делает  возврат к нему принципиально невозможным.

Словом, вне всякого сомнения, создание  полного (развитого) социализма в соответствии с теорией К.Маркса и трудами В.И.Ленина,  предполагает достижение такого уровня производительных сил, который принципиально недостижим  в условиях господства  капитала. Здесь должны господствовать не индустриальные, а постиндустриальные средства производства. Наука будет не просто непосредственной производительной силой, но превратится в решающую, определяющую производительную силу. Соответственно трудящийся станет всесторонне развитым работником, и не только останется  главной, но превратится в высшую производительную силу общества. Это означает, что обе составляющие производительных сил  (средства труда  и применяющие их работники) поднимаются на такую высоту, что исторически их функционирование возможно только на основе общественной (социалистической) собственности.  Они становятся принципиально несовместимыми с возможностью  их использования на базе частновладельческих отношений.

Подобно этому  в своё время производительные силы в виде индустриальных средств труда и рабочего класса, свободного от пут феодальной зависимости,   стали решающим объективным условием для утверждения господства буржуазной частной собственности  и историческим отрицанием феодально-крепостнического  способа производства, канувшего в анналы минувших веков. Благодаря этому принципиально новому состоянию капитализм поднялся до  высот производительности  труда, чуть ли не тысячекратно превышающих  уровень предыдущей формационной эпохи.

По аналогии со сказанным применительно к социализму, идущему на смену  буржуазному обществу, это убедительно продемонстрировано В.И.Лениным во многих его трудах. В первые же дни после победы Октября  Владимир Ильич в своей поистине пророческой статье «Очередные задачи Советской власти» (март 1918 года)  указывает: «…Социализм  требует сознательного и массового движения вперёд к высшей производительности труда по сравнению с капитализмом  и на базе достигнутого капитализмом. Социализм должен по-своему, своими приёмами – скажем конкретнее, советскими приёмами – осуществить это движение вперёд» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.36. С. 178).    Ещё более известна   в этом отношении   его знаменитая работа «Великий почин», написанная год с небольшим спустя (июнь 1919-го). В ней подчёркнуто: «Производительность труда, это, в последнем счёте, самое важное, самое главное для победы нового общественного строя. Капитализм создал производительность труда, невиданную при крепостничестве.  Капитализм может быть окончательно побеждён и будет окончательно побеждён тем, что социализм создаёт новую, гораздо более высокую производительность труда. Это дело очень трудное и очень долгое…» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39.  С. 21).

Понятно, что уровень развития производительных сил и производительности труда, достигнутый тружениками Советского Союза уже накануне Великой Отечественной войны по ряду показателей не просто сравнялся, но даже в чём-то  превосходил достижения развитых капиталистических стран. Это было отмечено И.В.Сталиным в «Отчётном докладе на ХVIII съезде партии». Он констатировал: «У нас нет уже больше, или почти нет больше, старых заводов с их отсталой техникой и старых крестьянских хозяйств с их допотопным оборудованием. Основу нашей промышленности и земледелия составляет теперь новая, современная техника. Можно сказать без преувеличения, что с точки зрения техники производства, с точки зрения насыщенности промышленности и земледелия новой техникой наша страна является наиболее передовой в сравнении с любой другой страной…» (Сталин И.В. Сочинения. Т.14. Издание второе. 2007.  С. 400). Как известно, после  войны советский народ продолжил своё победное шествие в области созидания материально-технической базы нового общества. Об этом, в частности, свидетельствуют достижение равновесия в ядерной мощи с миром капитала, первая в истории человечества атомная электростанция, приоритет прорыва в космическое пространство. Советский Союз, уверенно занимал второе место в мире по экономической мощи после Соединённых Штатов Америки.

Рабочему классу СССР и всем его труженикам удалось достигнуть таких высот  развития производительных сил, которые в целом и основном соответствовали уровню развитого анклава мирового буржуазного сообщества.  Это свидетельствует о том, что к социализму в ленинском понимании, т.е. к полному (развитому) социализму добраться ещё не довелось.  Это был уровень, который  в современной научной литературе    обычно трактуется, как  этап раннего социализма.

Возникает вопрос, а как В.И.Ленин характеризовал ступень общественного прогресса, предшествующую полному, развитому  социализму. Можно без всяких колебаний утверждать, что такой научной категорией является введённое им в научный оборот понятие «преддверие социализма». Обратимся к его высказываниям.  Смысл и содержание «преддверия социализма» впервые чётко выражены в знаменитой ленинской работе «Грозящая катастрофа и как с ней бороться», написанной всего лишь за месяц с небольшим до Великого Октября. Процитируем: «…Социализм есть не что иное, как ближаЙший шаг от государственно-капиталистической монополии. Или иначе: Социализм есть не что иное, как государственно-капиталистическая монополия, обращённая на пользу всего народа и постольку переставшая быть   капиталистической монополией  (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34. С. 192). Развивая эту мысль В.И.Ленин продолжает: «Империалистическая война есть канун социалистической революции. И это не только потому, что война своими ужасами порождает пролетарское восстание, — никакое восстание не создаст социализма, если он не созрел экономически, — а  потому, что    государственно-монополистический   капитализм   есть полнейшая м а т е р и а л ь н а я подготовка социализма, есть п р е д д в е р и е  его, есть та ступенька исторической лестницы, между которой (ступенькой) и ступенькой, называемой социализмом, никаких промежуточных ступеней нет» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34. С. 193).

Итак, согласно В.И.Ленину, промежуточной ступенью между переходным периодом от капитализма к  социализму и полным социализмом служит преддверие социализма, знаменующее переход на такую высоту  развития производительных сил, которая соответствует  уровню развития империалистических держав, достигших ступени государственно-монополистического капитализма. А как обстояло дело с этим вопросом непосредственно после победы Октября? Ответ даётся в трудах Владимира Ильича неоднозначный.

Сразу после победы Октябрьской революции он относительно оптимистично оценивал состояние производительных сил страны. Обратимся к его работе «Первоначальный вариант статьи “Очередные задачи советской власти”», написанной в конце марта 1918 года. Характеризуя задачу экономической реорганизации он пишет: «Можно сказать, что эта задача разделяется на две главные рубрики: 1) учёт и контроль за производством и распределением  продуктов в наиболее широких и универсальных формах этого учёта и контроля и 2) повышение производительности труда. Эти задачи могут быть разрешены какой угодно коллективностью или каким угодно государством, переходящим к социализму, лишь при условии, что основные экономические, социальные, культурные и политические предпосылки этого в достаточной степени созданы капитализмом. Без крупного машинного производства, без более или менее развитой сети железных дорог, почтово-телеграфных сношений, без более или менее развитой сети учреждений народного образования, — ни та ни другая задача в систематизированном виде  и во всенародном объёме, безусловно, не могли бы быть решены. Россия находится в таком положении, когда целый ряд из первоначальных предпосылок подобного перехода имеется налицо. С другой стороны, целый ряд подобных предпосылок отсутствует в нашей стране, но может быть заимствован ею сравнительно легко из практического опыта соседних, гораздо более передовых, стран, давно уже поставленных историей и международным общением в тесную связь с Россией» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. СС. 130-131).

В статье «О “левом” ребячестве и о мелкобуржуазности», написанной в мае 1918 года, т.е. всего лишь два месяца  спустя, звучит более жёсткая оценка.  Там сказано: «Неужели не ясно, что в материальном, экономическом, производственном смысле мы ещё в “преддверии” социализма не находимся? И что иначе, как через это, не достигнутое ещё нами, “преддверие”, в дверь социализма не войдёшь?»  (Ленин В.И.  Полн. собр. соч. Т. 36. С. 303).

Но главное не в различии данных оценок. Важнее то, что в обоих случаях программная установка В.И.Ленина по продвижению к (полному) социализму рекомендовала пролетариату, взявшему в свои руки государственную власть в образе диктатуры пролетариата, предпринять необходимые усилия, чтобы  в качестве обязательной начальной ступени подняться  в сфере начального потолка  производительных сил на уровень  «преддверия»  (полного) социализма. Эту мысль В.И.Ленин вновь повторяет в 1923 году в одной из своих предсмертных работ  «О нашей революции».  «Если, — указывал он,- для создания социализма требуется определённый уровень культуры (хотя никто не может сказать, каков именно этот определённый  “уровень культуры”, ибо он различен в каждом из западно-европейских государств), то почему нам нельзя начать сначала с завоевания революционным путём предпосылок для этого определённого уровня, а потом уже , на основе рабоче-крестьянской власти и советского строя двинуться догонять  другие народы»  (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 45. С. 381).

При этом В.И.Ленин строго отдавал себе отчёт в том, что такое движение связано с использованием услуг буржуазной интеллигенции. Так в «Первоначальном варианте статьи “Очередные задачи Советской власти”» он подчёркивает: «…Мы позволим себе употребить выражение, которое на первый взгляд покажется парадоксом: учиться социализму надо в значительной степени у руководителей трестов, учиться социализму надо у крупнейших организаторов капитализма. Но что это не парадокс, в этом легко убедится всякий, кто подумает над тем, что именно крупные фабрики, именно крупная машинная индустрия, развившая до неслыханных размеров эксплуатацию трудящихся, — именно крупные фабрики являются центрами сосредоточения того класса, который один только был в состоянии уничтожить господство капитала и начать переход к социализму» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.36. СС. 137-138)

Итак,  в течение какого-то относительно продолжительного периода времени и капитализм и ранний социализм развиваются и противостоят друг другу на относительно идентичной материально-технической базе. Именно это, прежде всего, и позволяет утверждать, что советский социализм не достиг «зрелости», не стал «развитым», а был всего лишь ранним социализмом.   А главный недостаток раннего социализма как раз и состоит в том, что первоначальные шаги к (полному) социализму  начинаются от уровня производства, достигнутого предшествующей общественно-экономической формацией. Таков недостаток любого нового общественного строя, идущего на смену своему предшественнику.  Данное обстоятельство предполагает возможность временной реставрации старого строя, что нередко сопровождается усилением политической реакции вплоть до самых омерзительных её форм. Наглядным свидетельством данного обстоятельства служат события на Украине, особенно  после государственного переворота 2014 года.

Понятно, что возможность реставрации отнюдь не предполагает её обязательности. Главной  внутренней гарантией сохранения нового общества в условиях раннего социализма становится политическая власть диктатуры пролетариата,  ибо революция, как справедливо и многократно  подчёркивал В.И.Ленин, должна уметь себя защищать. В докладе «Итоги первой пятилетки» на Объединённом пленуме ЦК и ЦКК (январь 1933 г.) И.В.Сталин также особо подчеркнул недопустимость ослабления государственной власти рабочего класса (см. Сталин И.В.  Сочинения. Т. 13. М., 1951. С. 210-211).    Именно такое недопустимое ослабление и было одной из главных причин разрушения Советского Союза силами международной и внутренней реакции.

Следует отметить, что достижение уровня развитых  капиталистических стран в ходе социалистического строительства в результате догоняющего (одновременно в чём-то и обгоняющего)  развития  приобрело силу социальной закономерности не только для России и Советского Союза. Оно во многом обусловлено тем, что до сих пор победу одерживал рабочий класс относительно слаборазвитых стан. И естественным образом вставала задача поначалу достигнуть в народнохозяйственной сфере преддверия социализма (т.е. уровня государственно-монополистического капитализма развитых империалистических держав).

Можно с полным основанием предполагать, что процесс развития мировой социалистической революции будет, вероятнее всего,  протекать именно по пути её грядущих побед в относительно менее развитых странах. В связи с этим напрашивается историческая аналогия. Некогда рабовладельческий Рим «с  громом», как это образно характеризовал К.Маркс,  был опрокинут  варварами ранее покорённых им обширных окраин. Там феодальные отношения, идущие на смену рабовладению, появились значительно раньше, чем колонат (прототип феодализма) в Риме, жившем за счёт  эксплуатации этих народов. Источник военной опоры  рабовладельцев – римский плебс  паразитировал на этом факторе. Он не нуждался  в отмене рабовладения. В  современных высокоразвитых странах рабочий класс (по аналогичной причине) покамест чисто субъективно не готов к социалистической революции. Так что, скорее всего,  современный империалистический Рим, как некогда Рим рабовладельческий, «с громом» опрокинут народы современной капиталистической  периферии,  вступившие на путь социализма.

Однако, возвратимся к прерванному разговору. Совершенно естественно, что вышеуказанный уровень производительных сил предполагает в условиях диктатуры пролетариата уже не буржуазный, а социалистический характер как  содержания, так и формы  движения.  Это особенно важно с той точки зрения, что в предстоящем будущем открывалась перспектива созидания  полного (развитого)  социализма. Перед пролетариатом Советской России встала доселе невиданная и труднейшая историческая задача. В своей широко известной статье «Первоначальный вариант статьи  “Очередные задачи Советской власти”»  В.И.Ленин подчёркивает: «Создав новый, советский, тип государства, открывающий возможность для трудящихся  и угнетённых масс принять деятельнейшее участие в самостоятельном строительстве нового общества, мы разрешили только небольшую часть трудной задачи. Главная трудность лежит в экономической области: осуществить строжайший и повсеместный учёт и контроль производства и распределения продуктов, повысить производительность труда,  обобществить  производство  на  деле   (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36.  С. 171). Понятно, что для В.И.Ленина решение задачи  «обобществить производство на деле» означало придать процессу обобществления именно  социалистический характер.

Иными словами,    народам, вступившим на путь социалистических преобразований, предстоит совершенствовать свою материально-техническую базу на основе новейших технических достижений капитализма, а главное, идти вперёд, шаг за шагом создавая недоступные для капиталистического применения суперсовременные технологии и средства производства. Такова непреходящая историческая (т.е. объективная)  задача созидания социалистического общества, которая однажды зародившись, не может быть сколько-нибудь надолго ни отменена, ни переформатирована.

Главное, определяющее отличие зрелого социализма от его начального этапа сводится к тому, что он окончательно и бесповоротно исключает возможность попятного  движения к капитализму. Исключает полностью, ибо устраняет объективную вероятность подобного регресса в результате высочайшего уровня социалистического обобществления труда и производства.  Возврат в лоно буржуазного общества становится невозможным как с точки зрения применяемых технологий, так и с позиций качественных характеристик общественно преобразованной рабочей силы.

Что касается развитых  (империалистических) держав, то в наше время рабочий класс этих стран вопреки  логическому несоответствию между гигантским уровнем развития производительных сил и явно устаревшими (прогнившими) буржуазными производственными отношениями по степени своего общественно-политического сознания, к сожалению, как уже подчёркивалось выше,  пока ещё не готов к социальной революции пролетариата. Таков результат традиционно широкого распространения  идеологии оппортунизма в рабочем движении, насаждаемой право-ревизионистской социал-демократией. Решающую роль в этих процессах играет подкуп верхней половины рабочих (основной части так называемого среднего  класса) транснациональными монополиями, эксплуатирующими по существу весь мир. Но вне всякого сомнения, после того как и в этом секторе  мировой капиталистической системы «гром великий грянет»  проблема раннего социализма вряд ли будет обойдена. Просто, скорее всего, она   сведётся здесь к сравнительно краткосрочному периоду социалистического переустройства и организации производительных сил и всех общественных отношений.  Полностью миновать данный этап социально-экономического развития, на мой взгляд, не удастся ни одной стране.

Поэтому, представляется бесспорным, что, как с точки зрения современного исторического опыта, так и теории научного коммунизма,  ленинский термин «преддверие социализма»  всё прочнее  утверждается в наше время в качестве строгого научного понятия в качестве первого этапа развития социалистического общества. Ему ныне соответствует термин «ранний социализм», который приобрёл широкое хождение среди современных марксистов. Именно такой социализм и был в своё время построен в СССР и европейских странах народной демократии, где он, к нашей беде, потерпел временное поражение. Именно такой социализм успешно строится сегодня в КНР, во Вьетнаме, на Кубе, в КНДР, а с недавних пор и в Лаосе. Видимо, в какой-то мере близка к переходу на эту ступень представительница латиноамериканских стран — Венесуэла.

В конце октября 2017 года состоялся ХIХ съезд Коммунистической партии Китая. Материалы о содержании его работы и его итогах размещены, в коммунистических средствах массовой информации России  [см. Правда. №120 (30617). 27-30 окт. 2017 г.; Правда. №125 (30622). 10-13 нояб. 2017 г.;  Правда. № 134 (30631). 1-4 дек. 2017 г.; Советская Россия. №120 (14503). 19 окт. 2017 г.)].   Съезд поставил историческую задачу «одержать великую победу социализма» к середине текущего столетия. Это предусмотрено достичь в предстоящие две ступени, не считая  нынешнюю завершающуюся   ступень, на которой в настоящее время находится  Китайская Народная Республика. Перед этой ступенью  стоит цель  сделать заметный шаг вперёд в  ликвидации рудиментов нищеты, доставшихся стране от её колониального прошлого, и воздвигнуть общество среднего достатка. Её завершение датируется 2020 годом, т.е. в канун 100-летия Компартии Китая, которая была создана в 1921 году.

Далее предстоят две новые ступени. Первую  планируется  завершить в 2035 году. На этой ступени предстоит осуществить социалистическую модернизацию и поднять экономику Китая «до уровня стран-лидеров инновационного типа». Благодаря этому, заявил Председатель КНР Си Цзиньпин,  резко сократится разрыв в уровне развития города и деревни, различных регионов страны, в уровне жизни населения. Будет полностью обеспечено право народа на участие в общественных делах, завершено создание правового государства. Важным фактором социалистического развития на данной ступени будет также преодоление переживаемого страной долговременного экологического кризиса.

Вторая ступень будущего движения, намечаемая китайскими коммунистами, должна завершиться в 2050 году.    Её увенчание приурочено к 100-летию образования КНР (1949 г.).   В докладе Генсека ЦК  КПК  Си Цзиньпина  это выражено в следующей формуле:  «Китай по совокупной национальной мощи и международному влиянию войдёт  в число стран-лидеров», а страна превратится «в богатую и могущественную, демократическую и цивилизованную, гармоничную и модернизированную социалистическую державу».

Нетрудно заметить, что все   указанные конкретные ступени по характеру решаемых задач соответствуют этапу раннего социализма. Фактически ставится цель достигнуть того состояния, которое В.И.Ленин обозначил как преддверие  (полного) социализма, двигаясь от самого низкого порога социально-экономических условий, доставшихся созидателям нового общественного строя  в качестве полуколониального наследия. Население страны, насчитывающее ныне 1,3 миллиарда человек, столетиями пребывало  в ужасающей нищете.  Естественно, что современные китайские коммунисты исходят из строгого учёта чрезвычайных условий своего исторического развития к обществу социальной справедливости.  В частности, в рамках раннего социализма выделена особая ступень окончательной ликвидации нищеты и создания общества среднего достатка. После этой стабилизирующей ситуацию ступени появится  возможность идти  вперёд, приближаясь к  уровню производительных сил  развитых капиталистических стран, что позволит существенно поднять уровень жизни народа.  Окончательно данную задачу предполагается решить на следующей ступени. Китай по степени развития производительных сил догоняет наиболее развитую часть  мирового сообщества и входит в число стран-лидеров.

Такова  специфическая национальная особенность Китая. Но она,  ни в коей мере, не отменяет единую суть общего этапа раннего социализма. Опубликованная в «Правде» (№125) статья из «Жэньминьван» (самого крупного интернет-сайта КНР)  подчёркивает: «Со времени вступления социализма с китайской спецификой в новую эпоху противоречие между постоянно растущими потребностями народа в прекрасной жизни, неравномерностью и неполнотой развития уже стало основным противоречием общества». В свете этого чётко указывается: «Необходимо понимать, что изменение основного противоречия китайского общества не означает изменения  оценки того, на каком историческом этапе находится китайский социализм. Основные реалии остаются прежними: КНР всё ещё находится и длительное время будет находиться на начальной стадии социализма; остаётся неизменным и международный статус Китая как самой большой в мире развивающейся страны».

Примечательно, что Генсек КПК Си Цзиньпинь вскоре после съезда в ходе Делового саммита Азиатско-Тихоокеанского сотрудничества   отметил особые  роль и значение не только догоняющего, но и, что весьма важно,   обгоняющего фактора в развитии КНР в сравнении со странами мирового капитала.  «…Необходимо, — подчеркнул он,  — продолжать идти к инновационному росту, искать импульсы развития.  Одновременно с этим  следует увеличивать инвестиции в инновации, изменять модель развития, формировать новые точки экономического роста; активно продвигать структурные реформирования, устранять все барьеры, неблагоприятные для инновационных структур  и механизмов, стимулировать жизнеспособность рынка» (Правда, № 134).

Что касается этапа полного (развитого, зрелого) социализма, то, судя по содержанию работы ХIХ съезда КПК,  конкретная постановка такой задачи отнесена китайскими товарищами на пролонгируемое будущее.

 

 

  1.                             СОЦАЛЬНЫЕ ЧЕРТЫ  ЭТАПОВ СОЦИАЛИЗМА

 

Другие характерные (экономические и социально-политические)  черты полного и раннего социализма также определяются, в конечном счёте, именно присущим им уровнем развития производительных сил. Обратимся, например, к проблеме  обобществления производства. Владимир Ильич  указывает на то, что полный  (зрелый, развитой) социализм по мере своего движения по восходящей утверждается на основе единой социалистической общенародной собственности. Не случайно, характеризуя пути прогресса  социализма, В.И.Ленин  отмечал, что (полный) социализм возникнет тогда, когда трудящиеся будут совместно владеть всеми орудиями производства (см. Ленин В.И. Речь на Московской широкой конференции металлистов. Полн. собр. соч. Т.42. С. 307).  Иными словами, характерной, определяющей чертой перехода в состояние развитого  (полного) социализма является господство единой общенародной собственности на средства производства, но не в начальной форме государственной собственности, а в её  совершенном развитом виде.

В этом принципиальное отличие полного социализма от его преддверия, т. е. от раннего социализма. В условиях раннего социализма имеет место многоукладная экономика. Многоукладен прежде всего сам социализм. Здесь господствующее положение занимает государственная социалистическая собственность в виде промышленных и сельскохозяйственных предприятий, работники которых создают всё возрастающую долю валового национального продукта и национального дохода.  На вторых ролях находятся различные формы групповой социалистической собственности (колхозная артель  на селе, разнообразные кооперативы в городе). Вне всякого сомнения, характерные для современной России народные предприятия в городе и на селе также займут соответствующее место в восстановленном СССР или, во всяком случае, в обновлённой Советской России.

Кроме того, начальный этап социализма не упраздняет целиком  уклады, связанные с собственностью индивидуального производителя. Самыми многочисленными представителями  такого уклада в СССР были, пожалуй,  колхозники. Будучи, прежде всего, представителями кооперативного социалистического сектора, они вместе с тем одновременно были и частными производителями. В рамках своего приусадебного хозяйства члены сельхозартелей   поставляли государственным заготовительным органам, а также  на колхозные рынки мясо, рыбу, молоко, овощи, фрукты, лесные дары и проч. И.В.Сталин докладе на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов 25 ноября 1936 года «О проекте Конституции Союза ССР» справедливо подчеркнул:  «…Если большинство крестьян стало вести колхозное хозяйство, то это еще не значит, что оно перестало быть крестьянством, что у него нет больше своего личного хозяйства, личного двора и т.д.»  (Сталин И.В. Cочинения. – Т. 14. – Издание второе. 2007. — С. 160). Ранний социализм в принципе не отрицает также возможность и самостоятельного мелкого частного предпринимательства, поставленного под строгий финансовый и иной контроль социалистического государства. Поэтому в дополнение к сказанному докладчик отметил, что «кроме колхозников, имеются еще свыше миллиона дворов неколхозников» (Там же).

Исходя из сказанного, на мой взгляд, некорректно называть государственную собственность, присущую   раннему социализму общенародной собственностью, как это было принято в советское время и нередко звучит сегодня в трудах учёных и устах политиков. По существу  госсобственность — это не более чем  основной вид зародыша общенародной собственности на ранней ступени становления социализма.  Общенародная собственность в её развитом виде – это категория зрелого социализма. Она порождается интенсивными процессами социалистического обобществления в государственном и кооперативном секторах народного  хозяйстве которые не только выравнивают инновационно-технологические и социально-экономические уровни этих двух сфер производства, но и поднимают их на новую историческую ступень. Возникшие в условиях начальной стадии социалистического общества государственные, государственно-кооперативные, смешанные (государственно-частные), артельно-товарищеские, народно-групповые формы общественной собственности с развитием общественного характера труда преобразуются в единую общенародную социалистическую собственность. Что касается частных хозяйств, то они экономически постепенно отомрут в ходе обобществления производства.

Поскольку многообразные формы собственности на основе гигантского развития производительных сил,  обобществления труда и производства сливаются в единую общенародную собственность, особым качеством построенного полного (развитого, зрелого) социализма является преодоление классовых различий. Происходит превращение всех тружеников раннего этапа данного общества в работников, деятельность которых сочетает  труд умственный и физический, научный и практический, т.е. последовательно приобретает непосредственно-общественный характер. В.И.Ленин во многих своих, особенно послеоктябрьских, трудах особо подчёркивает эту исторически обусловленную черту полного социализма.

В своей широко известной работе «Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата» (октябрь 1919 г.) В.И.Ленин пишет: «Социализм есть уничтожение классов. Диктатура пролетариата сделала для этого уничтожения всё, что могла. Но сразу уничтожить классы нельзя. И классы остались и останутся в течение эпохи диктатуры пролетариата. Диктатура будет не нужна, когда исчезнут классы. Они не исчезнут без диктатуры пролетариата» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.39. С. 279). При этом для него говорить о собственно социализме (т.е. о социализме  в его совершенном виде) можно лишь при  категорически обязательном условии, выраженном два года спустя в «Речи на Московской широкой конференции металлистов» в ёмкой формуле:  «Социализм (т.е. полный, развитой социализм! — В.Б) будет тогда, когда не будет классов» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.42. С. 307).

Следует заметить, что в советское время  по данному вопросу велись непримиримые научные споры, имевшие подчас немалое практически-политическое значение. Взять, шедшие десятилетиями, ожесточённые дебаты о том, присущи ли вообще  социализму классы. Как правило, представители учёного мира, последовательно отстаивавшие позиции марксизма-ленинизма, ссылаясь на конкретную действительность и положения, выдвинутые И.В.Сталиным, отстаивали идею сохранения классов в условиях советского социализма. При этом имелось в виду, что речь идёт о социализме, построенном согласно сталинскому определению в основном, вчерне. Это был совершенно правильный научно-политический подход к проблеме, опирающийся на такую фундаментальную категорию марксизма-ленинизма, как конкретность истины.  Он был абсолютно достоверным, несмотря на то, что   в годы Советской власти в теоретических трудах учёных ещё не было чёткого, строго научного понимания неизбежности и сущностных различий двух этапов развития первой фазы коммунистического общества. Оно только начинало складываться.

К сожалению, в те годы не все учёные и политические деятели правильно осознавали причины сохранения классов. В науке и политике у части товарищей выстраивался левацко-догматический подход к вопросу. Что этому способствовало? С одной стороны, они исходили из того, что партия в своих решениях чётко и недвусмысленно заявила, что социализм в СССР стал реальностью бытия советских людей.  С другой, — они опирались на ленинское положение, что социализм есть бесклассовое общество.  Но коли так, то, дескать,  необходимо немедленно «отменить» классы в Советском Союзе, поскольку   классы в СССР – это отживший монстр, которого необходимо побыстрее убирать с дороги. Таковы были левацкие представления, которые  опирались на отсутствие теоретического понимания неизбежности и принципиального различия двух этапов социалистического развития.

Да, несомненно, сохранение остатков классовой структуры в обществе, всего лишь чуть менее или несколько более полувека тому назад упразднившем эксплуатацию человека человеком,  было естественным явлением.  Страна, только что вырвавшаяся из мира буржуазного строя,  несла на себе зримую печать его пережитков в экономике и социальной жизни. Товарищи, ссылавшиеся на положение В.И.Ленина, что социализм есть бесклассовое общество,  почему-то не замечали, что СССР был обществом,  не достигшем полного социализма. О таком обществе у  Ленина сказано: «У нас ещё остались классы, уничтожение их потребует долгих, долгих лет, и кто обещает сделать скоро – шарлатан»  (Ленин В.И. Речь на Московской широкой конференции металлистов. Полн. собр. соч. Т.42. С. 307).

Таким образом, на ранней стадии социализма, которая утвердилась  в Советском Союзе, классы были неизбежны. Но это уже не старые классы. Крупная буржуазия в основном прекращает своё существование вместе с экспроприацией её собственности. Остаётся рабочий класс. Он осуществляет свою государственную диктатуру и коллективно трудится  на государственных предприятиях, функционирующих на основе оперативно-хозяйственной самостоятельности.    Поначалу сохраняется класс  мелких и средних производителей в городе и деревне. С ним, как учил В.И.Ленин, нужно было ужиться,  по-новому обустроить и перевоспитать, переведя на рельсы кооперирования. Вот как определял данную задачу в своей работе «Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата» (ноябрь 1919 года)  Владимир Ильич: «По отношению к этому классу – или к этим общественным элементам  — задача пролетариата состоит в руководстве, в борьбе за влияние на него. Вести за собой колеблющихся, неустойчивых – вот что должен делать пролетариат»  (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 39. С. 281).  Исчезнут же классы  лишь после создания полного (развитого) социализма.

Зрелый социализм по мере своего движения по восходящей максимально обеспечивает прогресс науки, постоянный рост культуры народа. Ему присуща подлинная, последовательная демократия, защищающая и обслуживающая интересы трудящихся. Он утверждается, в конце концов,  на основе единой социалистической  общенародной собственности. Классовые различия постепенно  стираются, все становятся работниками. В ходе созидания развитого социализма жизненные блага распределяются по количеству и качеству затраченного труда  при громадном росте фондов общественного потребления в интересах неуклонного роста благосостояния  и всестороннего развития всех членов общества. Завершение построения полного социализма обусловит переход к строительству коммунизма с его принципом «от каждого — по способностям,  каждому – по потребностям».

Существенным отличием полного социализма от раннего социализма является и то обстоятельство, что ввиду новой ступени развития производительных сил ему не свойственно товарное производство и товарно-денежные отношения. В условиях развитого социализма общество становится единым собственником  всех средств производства, что отменяет необходимость обмена деятельностью в форме товарного обращения. Это необходимое обстоятельство особо подчёркивает Ф.Энгельс в своей знаменитой работе «Анти-Дюринг».  «Раз общество возьмёт во владение средства производства, — пишет он,  — то будет устранено товарное производство, а вместе с ним и господство продукта над потребителем. Анархия внутри общественного производства заменяется планомерной, сознательной организацией. Прекращается борьба за отдельное существование. Тем самым человек теперь  —  в известном смысле окончательно – выделяется из царства животных и из звериных условий существования  переходит в условия действительно человеческие»  (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.20. С.294).  Эту идею  неустанно с первых лет своей политической деятельности  пропагандировал  В.И.Ленин. Он подчёркивал: «Что касается социализма,  то известно,  что он состоит в уничтожении товарного хозяйства» (Ленин В.И. Аграрный вопрос в России к концу ХIХ века.  Полн.собр.соч.  Т. 17. С. 127).

К тому же в условиях социализма (а у Ленина, напомним,  как у К.Маркса и Ф.Энгельса под социализмом подразумевается полный социализм)  труд человека перестаёт быть  опосредованно общественным, как это имеет место при капитализме. Он приобретает единое качество  —  непосредственно общественный характер. Для подтверждения его общественной сути он больше не нуждается в сведении его к такой экономической категории, как стоимость. На первой же (ранней) ступени  социализма, труд ещё не приобретает в полной мере такой качественной характеристики, делая на этом пути лишь начальные шаги. Это обусловлено, по меньшей мере, двумя обстоятельствами. Первое состоит  в том, что сохраняются разные собственники производимого продукта. Таково, прежде всего, государство, предприятия которого обладают оперативно-хозяйственной самостоятельностью и распоряжаются произведенной продукцией в рамках единого народнохозяйственного плана. Таковы производственные кооперативы города и деревни. Таковы  индивидуальные производители. Данное обстоятельство убедительно обосновано И.В.Сталиным в его известном труде «Экономические проблемы социализма в СССР» (см. Сталин И. Сочинения. Т. 16. Часть 2.  СС. 488-500).

Однако, имеется ещё и вторая  причина сохранения товарного производства на ранней ступени социализма, которую И.В.Сталин по каким-то причинам не стал анализировать. Дело в том, что труд работников с помощью средств производства, полученных непосредственно от капитализма (или равноценных капиталистическому уровню), социально неоднороден. Наряду с многочисленными формами относительно сложного труда (квалифицированного рабочего, комбайнёра, инженера, агронома, учёного) общество вынуждено использовать простой труд (в частности, ручной труд разнорабочего, колхозника, частного производителя). Эти многочисленные виды труда создают в единицу времени неодинаковое количество общественного богатства. И соизмеримыми их может сделать только одна лишь стоимость — общественно-экономическая категория, насчитывающая несколько десятков тысяч лет.

Оба указанных фактора  делают товарно-денежные отношения и действие закона стоимости на ранней ступени социализма  абсолютно неизбежным, вопреки взглядам иных страдающих нелепой левизной товарищей из мира учёных и политиков.  Они, ничтоже сумняшеся, требовали в годы Советской власти «отмены» объективного закона стоимости. В наше время они же и их последователи продолжают убеждать, окружающих, будто социализм в Советском Союзе погиб из-за сохранения товарно-денежных отношений. Иные договариваются даже до того,  будто бы И.В.Сталин, давая позитивную оценку применявшейся в СССР системы продуктообмена, был настроен ликвидировать товарное производство в СССР  чуть ли не к середине 1950-х годов. Но это взгляды – на грани экономического невежества (см. Виктор Бударин. …Истина дороже». ИТРК. М.,2017. СС. 39-46).

Не меньшей теоретической дремучестью отличалась в толковании данного вопроса  хрущёвская Программа КПСС 1961 года. В ней заявлено, что закон стоимости действует при социализме «в преобразованном виде». Но И.В.Сталин ещё в 1952 году в «Экономических проблемах социализма в СССР» на основе диалектико-материалистической  методологии вслед за основоположниками марксизма и В.И.Лениным убедительно подтвердил, что экономические законы объективны. А значит,  их действие не подвластно  человеческой воле и потому они никем не могут быть «преобразованы», «видоизменены» или «исправлены».

Сравнивая и оценивая две ступеньки развития первой фазы коммунизма, нельзя, в заключение,  не сказать о самом  главном. Речь идёт  о субъекте  общественного прогресса, о человеке в условиях раннего и полного социализма.  Как уже говорилось, важнейшая специфическая   особенность производительных сил зрелого социализма будет состоять в том, что они ещё не дорастут до коммунизма, но уже перерастут капитализм. По существу работники в обществе зрелого социализма будут оснащены непредсказуемыми в наше время  конкретными  средствами труда, которые ни в малейшей степени несопоставимы с  орудиями производства, присущими раннему социализму. Они потребуют от участника производственного и любого иного общественного процесса культуры и знаний, сопоставимых с научной деятельностью.

Уже сегодня мир стоит на пороге научно-технических достижений, способных перевернуть наши устоявшиеся представления о  требованиях к общественно-производственной деятельности, к уровню образованности и научных знаний  работника. У В.И.Ленина по этому поводу имеется интересное высказывание. Он пишет: «”Обещать”, что высшая фаза развития коммунизма наступит, ни одному социалисту  в голову не приходило, а предвидение великих социалистов, что она наступит, предполагает и не теперешнюю производительность труда, и не теперешнего обывателя, способного “зря” – вроде как бурсаки у Помяловского – портить склады общественного богатства и требовать невозможного»  (Ленин В.И. Государство и революция. Полн. собр. соч. Т. 33. С. 97).  Владимир Ильич в данном случае в яркой  публицистической форме оценивает орудия и средства труда   коммунистического общества, а также самих  тружеников, которые будут приводить их в движение. Разумеется, эта оценка полностью работает и при сопоставлении полного и раннего социализма.

 

  1.               ТЕОРИЯ СОЦИАЛИЗМА  В ГОДЫ ПОСЛЕ ЛЕНИНА

 

В свете сказанного значительный интерес представляет анализ политических и теоретических документов ВКП(б) и КПСС, в частности, трудов И.В.Сталина. Нельзя не отметить, что его классификация периодов строительства социализма в СССР по существу совпадала в основном с ленинской периодизацией и с  современным  пониманием этапов социализма. В этом отношении наиболее примечательны его суждения, которые были высказаны накануне  ХVII съезда партии, затем во время работы этого партийного форума (1934 г.), получившего историческое наименование съезда Победителей, а также после него, в особенности в докладе «О проекте Конституции Союза ССР» (1936 г.).

В январе 1933 года состоялся объединённый пленум ЦК  и  ЦКК  ВКП(б). На нем с одним из трёх главных докладов  выступил И.В.Сталин. Подводя итоги досрочного выполнения первого пятилетнего плана СССР,  он подчеркнул: «Итоги пятилетки показали, что вполне возможно построить в одной стране социалистическое общество, ибо экономический фундамент такого общества уже построен в СССР» (Сталин И.В.  Итоги первой пятилетки. Соч. М., 1951. Т.13. С. 214). Ровно через год  на ХVII партсъезде Иосиф Виссарионович вновь возвращается к этой теме. «Факты говорят, — заявил он, —  что мы уже построили фундамент социалистического общества в СССР и нам остаётся лишь увенчать его надстройками…» (Сталин И.В.  Отчётный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б). Сочинения.  М,. 1951. Т.13. С. 325).

           В докладе «О проекте    Конституции Союза ССР» на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов 25 ноября 1936 года И.В.Сталин развивает данный тезис:  «Наше советское общество добилось того, что оно уже осуществило  в   о с н о в н о м   социализм, создало социалистический строй, то есть осуществило то, что у марксистов называется иначе первой, или низшей, фазой коммунизма. Значит, у нас уже осуществлена  в   о с н о в н о м  первая фаза коммунизма, социализм. Основным принципом этой фазы коммунизма является, как известно, формула: “от каждого – по его способностям, каждому – по его труду”».    (Сталин И.В. Cочинения. – Т. 14. – Издание второе. 2007. С.  146. //  Выделено мной – В.Б.).   Аналогичные мысли выражены И.В.Сталиным в его ответе на письмо коммуниста И.Ф.Иванова в феврале 1938 года.  В нём сказано:  «…Наша буржуазия уже ликвидирована и социализм уже построен   в   о с н о в н о м.  Это называется у нас победой социализма, или точнее, победой социалистического строительства в одной стране»  (Сталин И.В. Ответ товарищу Иванову, Ивану Филипповичу. Сочинения. Т.14. Издание второе. 2007.С. 311.  // Выделено мной – В.Б.).   Вне всякого сомнения, у Сталина понятия «победа социализма в основном» и «построение фундамента социализма» по существу идентичны. В них явно имеется в виду начальный этап социалистического строительства, квалифицируемый в наше время  в качестве «раннего социализма» или «преддверия социализма» в ленинском определении.

Итак, согласно установкам В.И.Ленина, подтверждённым идеями И.В.Сталина и практикой созидания нового общества,  ранний социализм является неизбежной первой ступенью в становлении первой фазы коммунизма. На этой ступени социализм ещё не достигает своего полного расцвета, но в силу общественной собственности на средства производства, демонстрирует и свои коренные преимущества перед капитализмом. Труженик, а не собственник капитала, занимает здесь почетное и приоритетное место. В этот период социализм основывался на материально-технической базе, относительно равноценной тому, чего достиг капитализм.  Тем не менее, это означало создание  полноценного социалистического общества на первой ступени его становления. Была в главных чертах создана невиданная доселе цивилизация, опиравшаяся на господствующее положение общественной собственности на средства производства, на плановое ведение народного хозяйства, на уничтожение эксплуатации человека человеком. Впервые в истории труженик стал превращаться из личностного средства производства в непосредственную цель развития производительных сил.

Вот как оценивает это И.В.Сталин в 1936 году в Докладе о проекте Конституции Союза ССР: «Начать хотя бы с того, что наша промышленность выросла за этот период в гигантскую силу. Теперь уже нельзя назвать её слабой и технически плохо оснащённой. Наоборот, она  базируется теперь на новой, богатой современной технике с сильно развитой тяжёлой индустрией и ещё более развитым машиностроением.  Самое же главное в том, что капитализм изгнан вовсе из сферы нашей промышленности, а социалистическая форма производства является теперь безраздельно господствующей системой в области нашей промышленности. Нельзя считать мелочью тот факт, что наша нынешняя социалистическая индустрия с точки зрения объёма продукции превосходит индустрию довоенного времени более чем в семь раз» (Стаоин И.В. Сочинения. Т. 14. Издание второе. 2007. СС. 139-140).

В Постановлении Президиума ЦК КПРФ «О 90-летии образования Союза Советских Социалистических Республик» обоснованно утверждается: «Сложилась многонациональная советская цивилизация, впитавшая в себя лучшие традиции русского и всех других народов страны»  (Постановление Президиума ЦК КПРФ «О 90-летии образования Союза Советских Социалистических республик». // Правда. 2012. 11-12 дек. № 136) //  Выделено мною – В.Б.). Но реальная цивилизация может существовать и развиваться только в условиях, пусть и начального, но определённого типа общества. Таким типом и был ранний социализм в СССР.  Невозможно согласиться с мнением, которым грешат иные левые догматики и правые оппортунисты, будто Советский Союз к середине 30-х годов не дорос до социализма, а находился в стадии переходного периода.  Ведь обществу  переходного периода от капитализма к социализму  свойственна не типологическая, а всего лишь «переходная» ступень цивилизации.

Тем не менее, такие авторы среди нас – коммунистов подчас встречаются. Политический обозреватель «Правды», доктор философских наук,  профессор В.В.Трушков в обширной и в целом весьма содержательной статье, посвящённой 60-летию со дня смерти И.В.Сталина (см. «Правда» от 01.03.2013) утверждает, что к моменту принятия Сталинской Конституции в Советском Союзе никакого социализма ещё не было. Страна якобы  находилась на этапе переходного периода от капитализма к социализму (т.е на стадии нэпа?!). Такой «теоретический кульбит» стал возможным вследствие весьма странного для учёного его уровня представления о сути ленинского понятия «преддверие социализма». Профессор, вопреки В.И.Ленину,  неправомерно отождествляет эту научную категорию именно с переходным периодом.  Между тем, как уже говорилось, преддверие социализма для В.И.Ленина есть последняя ступенька перед собственно  социализмом, под которым он понимал полный социализм. Словом, рассуждая в соответствии с ленинским пониманием, можно утверждать, как это обосновано мною выше, что речь у Владимира Ильича идёт о раннем социализме.

Но всё это прошло мимо внимания профессора. В результате в публикации,  казалось бы, насыщенной   страстной защитой сталинского теоретического наследия, странным образом присутствуют заявления, по существу порочащие И.В.Сталина как теоретика марксизма-ленинизма  и политического лидера большевистской партии. Это достигается  путём удивительно неуклюжих рассуждений.  Поначалу обозреватель ссылается на утверждение Иосифа Виссарионовича, что социализм в Советском Союзе  «построен в основном», что «осуществлена первая фаза коммунизма». Но данную оценку автор считает  преувеличенной, и потому некорректной. Мало того, В.В.Трушков  заявляет, что  Иосиф Виссарионович якобы произвольно «подменяет общественно-экономическую логику сугубо политической, а то и юридической» при оценке Конституции СССР 1936 года.  Спрашивается, зачем и почему?

Автор аргументирует свою позицию следующим образом: «Принятие новой Конституции можно было обосновать только переходом страны  на новый этап общественного развития», поскольку «для создания новой Конституции  желателен (NВ?! – В.Б.) уже построенный в основном социализм». Словом, по мнению профессора,  никакого социализма в СССР не было. Он оставался всего лишь «желательной» категорией, выдаваемой И.В.Сталиным за нечто сущее. Далее автор вообще пускается во все тяжкие. «В 1937-1938 годах,  —  утверждает он,  —  стремление завысить взятую социально-экономическую высоту усиливается».  Дескать, И.В.Сталину нужно было опровергнуть байки троцкистов, утверждавших, что курс на строительство социализма в СССР «завершился провалом». Чтобы опровергнуть эту клевету,  тот, мол, и вынужден был публично  заявить, что социализм в  СССР, хотя всего лишь  «в основном», но  построен.

Что же получается?  Оказывается, согласно В.В.Трушкову, никакого социализма в Советском Союзе к середине 30-х годов  не было, и он пребывал в стадии нэпа. И.В.Сталин же морочил голову  большевикам-соратникам, рабочему классу,  советскому народу и всему миру о грандиозных успехах в созидании социализма в СССР.  Выходит дело, И.В.Сталин никакой не теоретик марксизма, не признанный и авторитетный лидер большевиков, а примитивный политический прагматик и фальсификатор исторических событий и фактов. И такую чушь, несёт политический обозреватель печатного органа ЦК КПРФ?!  Такие  нелепости помещает на страницы «Правды» её главный редактор Б.О.Комоцкий?!  Удивительно, но факт!

Правда, сугубо формально, но никак не по существу, И.В.Сталину можно предъявить претензию, будто он завышал достижения советского социализма.  Так, наряду с категорией «социализм, построенный в основном»  И.В.Сталин применяет  понятия, казалось бы, несущие более высокий  смысл.  Выступая на ХVII съезде ВКП(б), он обращает внимание аудитории на жизненность и непобедимую силу марксизма. В связи с эти он подчёркивает: «…Марксизм добился того, что он одержал полную победу в одной шестой части света, причём добился в той самой стране, где марксизм считали окончательно уничтоженным.  Нельзя считать случайностью, что страна, где марксизм одержал полную победу, является теперь единственной в мире,  которая не знает кризисов и безработицы, тогда как во всех остальных странах, в  том числе и в странах фашизма, вот уже четыре года царят кризис и безработица» (Сталин И.В.  Отчётный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б). Сочинения.  М., 1951. Т.13. С. 377-378).

Как видим, в одном и том же докладе руководитель партии, стоявшей у власти, объединяет, на первый взгляд,  совершенно несовместимые вещи.   С одной стороны, в довоенном Советском Союзе построен фундамент социализма, т.е. социализм  победил лишь «в основном», а, с другой, — получается, будто бы уже достигнута «полная победа марксизма». На мой взгляд, применяемое в данном случае И.В.Сталиным  формула «полная победа марксизма» формально весьма близка, если не равноценна,  понятию «полная победа социализма».  Это подтверждается докладом И.В.Сталина «О проекте Конституции Союза ССР». В нём он утверждает: «…Полная победа социалистической системы во всех сферах народного хозяйства является теперь фактом» (Сталин И.В. Сочинения. Т. 14. Издание второе. 2007. С.140).

Но с точки зрения ленинского подхода и сложившихся современных категорий «победа в основном» и «полная победа» совместимы лишь в исторической последовательности. В одномоментном смысле их сочетание   выглядит абсурдно.    Однако если серьёзно вдуматься, несоответствие между данными категориями у И.В.Сталина всего лишь кажущееся. Для определения  позиции автора необходимо, прежде всего, видеть, какой конкретный смысл он вкладывает в применяемый им термин. Без этого всякие рассуждения и оценки теряют какой-либо научный смысл.

В данном конкретном случае,   И.В.Сталин говорит о «полной» победе социализма,  имея в виду, что в стране в отличие от нэпа нет больше капиталистов. В цитируемом докладе, в частности,   сказано: «…С капиталистическими элементами в промышленности уже покончено, а социалистическая система хозяйства является теперь единственной и монопольной системой в нашей промышленности».  То же самое имеет место и во второй главной сфере производства – в сельском хозяйстве.  «…Колхозы  и единоличные крестьяне, — констатирует И.В.Сталин,- за отчётный период (т.е. со времени XVI партсъезда – В.Б.)  полностью поменялись ролями, причём колхозы стали за это время господствующей силой сельского хозяйства, а единоличные крестьяне – второстепенной силой, вынужденной подчиняться и приспосабливаться к колхозному строю» (Сталин И.В.  Отчётный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б). Сочинения. М., 1951. Т.13. СС. 314 и 324).  Эти мысли повторяются им в докладе «О проекте Конституции Союза ССР». Задавшись вопросом о понятии «полная победа социализма» в кругу текущих рассуждений И.В.Сталин отвечает: «Это значит, что эксплуатация человека человеком уничтожена, ликвидирована, а социалистическая собственность на орудия и средства производства утверждена как незыблемая основа нашего советского общества» (Сталин И.В. Сочинения. Т.14. Издание второе. 2007. С.140).

Совершенно очевидно, что лидер большевиков в указанных случаях  фактически ведёт разговор не о полном социализме в смысле его развитой ступени, а о социализме, только что покинувшем стадию нэпа, т.е. о раннем социализме, о социализме, построенном «в основном». Не случайно, окончательно характеризуя такой «полный социализм»,  И.В.Сталин  резонно добавлял, что  он сделал всего лишь свои первые шаги.  Тот же смысл имеет сталинская формула в его докладе «О проекте Конституции Союза ССР».

Разумеется,  из этого отнюдь  не следует, будто высший этап социализма  вообще выпадал из  поля зрения большевистского лидера.   Идея его будущности  неоднократно высказывалась И.В.Сталиным. В частности, разъясняя перспективы советского строя в его движении от «социализма, построенного  в основном» в грядущее общество, он в докладе  ХVII cъезду ВКП(б) подчеркивает: «Социализм может быть построен лишь на базе бурного роста производительных сил общества, на базе обилия продуктов и товаров, на базе зажиточной жизни трудящихся, на базе бурного роста культурности. Ибо социализм, марксистский социализм, означает не сокращение личных потребностей, а всемерное их расширение и расцвет, не ограничение или отказ от удовлетворения этих потребностей, а всесторонне и полное удовлетворение  всех потребностей культурно-развитых трудящихся людей» (Сталин И.В. Отчётный доклад ХVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б).  Сочинения. М., 1951. Т.13. С. 360).

Несложно заметить, что применённый им термин «марксистский социализм»  по существу совпадает с ленинским пониманием полного социализма.    Но ещё более интересен тот факт, что в мае 1925 года, выступая  с докладом активу московской партийной организации,    И.В.Сталин  со ссылкой на В.И.Ленина подчёркивает, что  рабочий класс СССР в состоянии преодолеть все стоящие перед ним трудности и воздвигнуть здание  п о л н о г о  социализма (См.     Сталин И.В.  К итогам работ ХIV конференции РКП(б).  Сочинения.  М., 1952. Т.7.   С. 115).  В данном случае  научное понятие  «полный социализм» употребляется им буквально в его ленинском смысле, как высшая, развитая  ступень социализма,  предполагающая невозможность возврата к капитализму,  ввиду того что уровень развития производительных сил полного социализма несовместим с буржуазным обществом.   Тринадцать лет спустя в «Ответе товарищу Иванову, Ивану Филипповичу» И.В.Сталин ставит перед читателем вопрос, может ли рабочий класс «построить своими силами новое, бесклассовое общество, полное социалистическое общество?» Ссылаясь на В.И.Ленина, он вновь положительно отвечает на данный вопрос  (см. Сталин И.В. Сочинения. Т.14. Издание второе. 2007. С. 310).

Весьма существенной представляется проблема окончательной победы социализма в СССР.                Как уже говорилось выше,  Владимир Ильич неоднократно вёл разговор о данной проблеме. Об этом, в частности, идёт речь в процитированном выше «Великом почине». С точки зрения внутренних проблем для В.И.Ленина обязательным условием окончательной победы социализма  является, как уже говорилось,  достижение социализмом такого уровня развития производительных сил и производительности труда, которые коренным образом перекроют высшие достижения буржуазного общества. Одновременно Владимир Ильич многократно указывал на сохранение  мирового капитализма на остальной части планеты как фактор возможной реставрации капитализма.  В частности, ещё в 1919 году   в разгар иностранной военной интервенции и гражданской войны   в Отчёте Центрального Комитета VIII съезду партии Владимир Ильич заявил: «Мы живём не только в государстве, но в системе государств, и существование Советской республики рядом с империалистическими государствами продолжительное время немыслимо. В конце концов,  либо одно, либо другое победит»  (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.38. С. 139).      В ноябре 1920 года на Московской губернской конференции РКП(б)  он вновь подчёркнул: «Когда три года тому назад мы ставили вопрос о задачах и условиях победы пролетарской революции в России, мы всегда определённо говорили, что прочной не может быть эта победа, если только её не поддержит пролетарская революция на Западе, что правильная оценка нашей революции возможна только с точки зрения международной»  (Ленин В.И. Наше внешнее и внутренне положение и задачи партии. Полн. собр. соч. Т.42. С. 20).

В апреле 1925 года состоялась ХIV партконференция. В одной из её резолюций записано: «Партия  пролетариата должна прилагать все усилия к тому, чтобы строить социалистическое общество  в уверенности, что это строительство может быть  и наверняка будет победоносным, если удастся отстоять страну от всяких попыток реставрации». А чуть ранее подчёркнуто: «Единственной гарантией окончательной победы социализма, т.е. гарантией от реставрации, является, следовательно, победоносная социалистическая революция в ряде стран» (КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК.  Т.3. М., Госполитиздат. 1970. СС. 214 и 213).

Но данная конференция проходила непросто. Открывал и закрывал конференцию троцкист Л.Б.Каменев. Троцкистская оппозиция  во всю прыть пыталась продавить правооппортунистические идеи бессмысленности социалистического строительства в СССР. Она ссылалась на факт экономической отсталости страны и наличие капиталистического окружения. И.В.Сталин не выступал на конференции. Но он  чётко и строго придерживается ленинских оценок. С такими оценками он после пленума выступил с докладом перед  активом  Московской  организации РКП(б) 9 мая 1925 года.   Рассуждая  о  внешних  условиях  существования   Советского  Союза, он отметил: «Они состоят в том, что, пока есть капиталистическое окружение, должна быть и опасность интервенции со стороны капиталистических стран, а пока есть такая опасность,  должна быть и опасность реставрации,  опасность восстановления капиталистических порядков в нашей стране».

В свете сказанного И.В.Сталин отвечает на вопрос, что следует понимать под  окончательной победой социализма. Вот его ответ: «Окончательная победа социализма есть полная гарантия от попыток интервенции, а значит, и реставрации, ибо сколько-нибудь серьёзная попытка реставрации может иметь место лишь при серьёзной поддержке извне, лишь при поддержке международного капитала. Поэтому поддержка нашей революции со стороны рабочих всех стран, а тем более победа этих рабочих хотя бы в нескольких странах, является необходимым условием полной гарантии первой победившей страны от попыток интервенции и реставрации, необходимым условием окончательной победы социализма» (Сталин И.В. К итогам работ ХIV конференции РКП(б).  Сочинения. 1952. Т.7. СС.118-119).

Но Сталин не был бы ленинцем, если бы ограничился констатацией указанного факта. Ведь троцкисты активно использовали, наличие  капиталистического окружения и экономической отсталости страны пытаясь убедить партию и  советский народ в «неготовности» России к социализму, в бесперспективности социалистического строительства. Вместо созидания социализма, они предлагали смирнёхонько «замереть» в ожидании мировой социалистической революции. Характеризуя   эту несостоятельную позицию,  И.В.Сталин приводит из предисловия к книге Л.Д.Троцкого «Наша революция»  следующую выдержку: «Противоречия в положении рабочего правительства в отсталой стране, с подавляющим большинством крестьянского населения, смогут найти своё разрешение только в международном масштабе, на арене мировой революции пролетариата».  И далее: «Без прямой государственной поддержки европейского пролетариата рабочий класс России не сможет удержаться у власти и превратить своё  временное господство  в длительную социалистическую диктатуру.  В этом нельзя сомневаться ни минуты» (Там же. СС. 112-113).

Следуя ленинским  заветам, И.В.Сталин, в отличие от Л.Д.Троцкого, чётко оценивает соотношение  понятий «возможность реставрации капитализма»  в нашей стране и «возможность построения социализма». Совершенно очевидно, что возможность реставрации отнюдь не означает её неизбежности. Теория диалектического материализма учит, что  превращение  возможности в действительность в сфере общественных отношений зависит от соотношения противостоящих классово-политических сил. Следовательно, главная задача победившего пролетариата состоит не в том, чтобы хныкать и сокрушаться по поводу мощи мирового капитала, а неутомимо, как учил В.И.Ленин,  заниматься максимальным наращиванием научных, материально-технических, хозяйственных, социальных,  военных и политических сил социализма.

В связи с этим И.В.Сталин приводит всемирно известную формулу В.И.Ленина: «Коммунизм – это есть Советская власть плюс электрификация всей страны».  Далее он продолжает: «…Ленин вполне сознаёт технические трудности построения социализма в нашей стране, но он вовсе не делает из этого абсурдного вывода о том,  что “подлинный подъём социалистического хозяйства в России станет возможным только после победы пролетариата в важнейших странах Европы”, а считает, что мы можем своими собственными силами преодолеть эти трудности для того, чтобы добиться “окончательной  победы”, т.е. построения полного социализма»   (Сталин И.В. К итогам работ ХIV конференции РКП(б).  Сочинения. М. 1952. Т.7.  С. 115).

Вместе с тем, нельзя не отметить, что  понятие «окончательная победа социализма» в дальнейшем   трактуется И.В.Сталиным неоднозначно. В докладе на ХVII съезде ВКП(б) он, демонстрируя делегатам  мощный подъём производства в городе  и на селе,   объявляет об окончательной победе социализма, констатируя «превращение социалистической системы  в единственную систему всего народного хозяйства, вытеснение капиталистических элементов из всех сфер народного хозяйства» (см. Сталин И.В. Отчётный доклад ХVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б).  Сочинения. М., 1951. Т.13. С. 333).  Иными словами, имеется в виду не невозможность возврата к капитализму, что логически предполагает сам термин «окончательная победа социализма». В данном случае у него вопрос сводится  исключительно к «превращению социалистической системы в единственную систему народного хозяйства». Можно сколько угодно спорить о правильности такой трактовки окончательной победы, но нельзя не считаться с тем содержанием, которое автор в этом конкретном случае вкладывает в данное понятие.

Вне всякого сомнения, такое употребление И.В.Сталиным термина «окончательная победа социализма» в середине 30-х годов прошлого столетия не могло не вызвать разного рода размышлений и истолкований данного понятия в кругах партийного аппарата и среди широкой массы трудящихся. В частности, получили широкое распространение представления о незыблемости и полной неуязвимости советского строя.  Поэтому незадолго перед Великой Отечественной войной ему снова пришлось официально возвратиться к объяснению вопроса о безопасности социалистической системы и  возможности реставрации капитализма в СССР.  Убедительно и полно это представлено в его «Ответе товарищу Иванову, Ивану Филипповичу» (начало 1938 г.). Эта работа невелика по объёму, но весьма  ёмка по содержанию.

Лидер Коммунистической партии и Советского государства, сославшись на свои рассуждения  о победе социализма «в основном»,  далее пишет: «Мы могли бы сказать,  что эта победа является окончательной, если бы наша страна находилась на острове и если бы вокруг неё не было множества других капиталистических стран. Но так как мы живём не на острове,  а в “системе государств”, значительная часть которых враждебно относится к стране социализма, создавая опасность интервенции  и реставрации, то мы говорим, открыто и честно, что победа социализма в нашей стране не является ещё окончательной». Двумя абзацами ранее он подчёркивает: «Отрицать опасность военной интервенции и попыток реставрации при существовании капиталистического окружения могут только головотяпы или скрытые враги, желающие прикрыть бахвальством свою враждебность и старающихся демобилизовать народ. Но можно ли считать победу социализма в одной стране окончательной, если эта страна имеет вокруг себя капиталистическое окружение и если она не гарантирована полностью от опасности  интервенции и реставрации?  Ясно, что нельзя»  (Сталин И.В  Ответ товарищу Иванову, Ивану Филипповичу. Сочинения. Т.14. Издание второе. 2007. С. 313).

Напомним, что И.В.Сталин, как показано выше,  вслед за В.И.Лениным ставил задачу создания развитого социалистического общества как важного фактора победы социализма.  Одновременно  в силу резко возросшей опасности  империалистической агрессии, в частности, со стороны фашистской Германии к концу 30-х годов он (также в соответствии с ленинскими установками) предупреждал партию и рабочий класс о реальной   опасности империалистической агрессии с целью уничтожения  социалистического Советского Союза.   Оба  тезиса теоретически и практически абсолютно очевидны и неопровержимы. Они тесно взаимосвязаны: не противостоят, а дополняют друг друга.

Это обстоятельство убедительно продемонстрировано самой историей.  Под жёстким руководством И.В.Сталина партия, рабочий класс в тесном союзе со средним, а затем  колхозным, крестьянством воздвигли могучее социалистическое государство, оснащённое передовой техникой, планомерно развивающееся в интересах  неуклонного роста материального благосостояния и культуры народных масс. Это было  государство, на страже международных интересов которого, стояла  могучая Красная Армия. И в неблагоприятных условиях капиталистического окружения, но  используя неминуемые антагонистические противоречия в лагере капитализма, Советский Союз одержал сокрушительную военную победу над империалистической гитлеровской Германией, рвавшейся  к мировому господству.

Более того, это была очередная победа и над системой  империализма в целом. Если Великая Октябрьская революция  ознаменовала первый этап общего кризиса капитализма, приведя к победе социализма в СССР, то победа советского народа в Великой Отечественной войне означала наступление второго этапа общего кризиса капитализма. Возникла мировая система социализма. И хотя мировой капитал сохранил преобладающую толику былого могущества, капиталистическое окружение в прежнем его понимании перестало существовать. Жизнь убедительно показала, что успешное социалистическое строительство в стране, находящейся в капиталистическом окружении, способно успешно противостоять всемирному капиталу и добиваться исторических триумфов. Именно в этом оптимистическом ключе и была выдвинута победоносная ленинская идея построения социализма первоначально в одной, отдельно взятой, стране.

 

  1.       ИСТОРИЧЕСКИЕ РИСКИ РАННЕГО СОЦИАЛИЗМА

 

              Опасность реставрации капитализма таится в незатухающей классовой борьбе.  Носители враждебной классовой (буржуазной) идеологии сохранялись в Советском Союзе вплоть до его разрушения. Многие остатки и потомки бывших феодальных кругов, бывших капиталистов, кулаков, представителей мелкой буржуазии, утратив своё прежнее социальное положение, сохраняли надежды на реставрацию капитализма в СССР.  В этом же направлении «развивалась» и значительная часть буржуазно переродившихся и перерождавшихся хозяйственных, партийных и комсомольских работников, которые, подчас распевая старые революционные и новые советские песни, не прочь были стать хозяевами или высокооплачиваемыми менеджерами руководимых ими, но уже частных,  предприятий.

Данный процесс имеет свою не столь уж короткую сравнительно с жизнью Советского государства историю.  Так ещё в 1933 году Объединённый пленум ЦК и ЦКК ВКП(б) в резолюции «Цели и  задачи политических отделов МТС и совхозов» констатировал: «…Нередко директора совхозов под влиянием антисоветских элементов подвергаются буржуазному перерождению, саботируют задания Советской власти, идут на прямой обман партии и правительства  и пытаются распоряжаться государственной совхозной продукцией, как своей личной собственностью»  (КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Часть III. Госполитиздат. М., 1954. С. 188-189). Подобные явления имели место и в промышленности.

К сожалению, в дальнейшем данные процессы не умерли. Более того,  во времена Н.С.Хрущёва и  Л.И.Брежнева, особенно  к концу 1980-х годов их масштабы резко выросли в связи с

отменой диктатуры рабочего класса, а также ввиду последовавшего вслед за этим заметного ослабления качества и наступательности политико-воспитательной работы партии и комсомола. В  коммунистических  средствах массовой информации стали всё более заметное место занимать диссидентская, а то  и откровенно  буржуазная идеология домашнего и закордонного происхождения.

Чрезвычайно важными оказались и внешние обстоятельства. После Второй мировой войны Советский Союз добился равновесия военного могущества с всемирной системой капитала, благодаря обладанию ядерным оружием и средствами его доставки. Военная агрессия со стороны империалистических держав стала бессмысленной. Однако мировая система капитализма как система экономических, политических и идейных отношений сохранила значительное преобладание.  В виду этого многократно усилилась экономическая и идеологическая агрессия капиталистического мира и его адептов. На страны социализма были наложены  многочисленные экономические, политические и иные  санкции. Но главное в том, что жители  СССР, особенно молодёжь, подвергались  идейному натиску  буржуазного плюрализма и диссидентства, активно насаждаемого Западом и прежде всего спецслужбами США с помощью средств массовой информации и засылаемых в страну агентов влияния.  Понятно, что ввиду безответственной «отмены» диктатуры пролетариата легкомысленное, если не преступное, ослабление препятствий развитию данных процессов со стороны руководства СССР и европейских социалистических стран не могло не создавать реальных возможностей  гибели этой весьма существенной части мировой социалистической системы.

При жизни И.В.Сталина эти тенденции получали самый энергичный отпор. В январе 1933 года состоялся Объединённый пленум ЦК и ЦКК ВКП(б). В своём докладе Иосиф Виссарионович         решительно подчёркивал: «Некоторые товарищи поняли тезис об уничтожении классов, создании бесклассового общества и отмирания государства, как оправдание лени и благодушия, оправдание контрреволюционной теории потухания классовой борьбы и ослабления государственной власти. Нечего и говорить, что такие люди не могут иметь ничего общего с нашей партией. Это – перерожденцы, либо двурушники, которых надо гнать вон из партии. Уничтожение классов достигается не путём потухания классовой борьбы, а путём её усиления. Отмирание государства придёт не через ослабление государственной власти, а через её максимальное усиление, необходимое для того, чтобы добить остатки умирающих классов и организовать оборону против капиталистического окружения, которое далеко ещё не уничтожено и не скоро ещё будет уничтожено»  (Сталин И.В.  Итоги первой пятилетки. Сочинения. М., 1951. Т. 13. СС.  210 — 211).

Позднее (в 1937 году)  на февральско-мартовском пленуме ЦК  ВКП(б) И.В.Сталин, в докладе «О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников», словно предвидя отказ  его будущих «преемников» от диктатуры пролетариата,  призывал партию «разбить и отбросить прочь гнилую теорию о том, что с каждым нашим продвижением вперёд классовая борьба у нас должна будто бы всё более и более затухать, что по мере наших успехов классовый враг становится будто бы всё более и более ручным» (Сталин И.В.  Сочинения. Т. 14. Издание второе. 2007. С. 209). По мере укрепления советского строя, подчёркивает, далее, докладчик, остатки разбитых эксплуататорских классов неизбежно будут применять всё более острые формы классовой борьбы. Не следует забывать, далее, что Советский Союз существует в системе враждебных социализму  стран. «Ошибочно было бы думать, — указывает И.В.Сталин, — что сфера классовой борьбы ограничена пределами СССР. Если один конец классовой борьбы имеет своё действие в рамках СССР, то  другой её конец протягивается в пределы окружающих нас буржуазных государств» (Там же. С.209).

Этот аспект классовой борьбы носил по преимуществу идеологический характер. Но он был не менее, если не более, значим, чем социально-экономическое соревнование и военное противостояние двух социально-экономических систем. На деле оказалось, что угроза реставрации капитализма в результате внешнего давления буржуазной идеологии, внедрения в сознание советских людей мещанских взглядов агентами западного влияния и диссидентствующей камарильей, внедрившейся в средства массовой информации, не менее, а даже более опасна для социалистического строя, чем угроза военной интервенции. Именно на этом поприще Советский Союз потерпел катастрофическое поражение. Для этого достаточно было сделать соответствующие уступки буржуазному сознанию и буржуазной методологии, что и имело место после смерти И.В.Сталина.

А ведь И.В.Сталин предупреждал об этой опасности всех своих соратников  в  «Отчётном докладе на ХVIII  съезде партии о работе  ЦК ВКП(б)» (1939 г.). Отметив, необходимость  удовлетворительно решать массу  хозяйственных и организационных задач, он далее специально подчеркнул: «Но если при всём этом начинает почему-либо хромать наша партийная пропаганда, если начинает хиреть дело марксистско-ленинского воспитания наших кадров, если ослабевает наша работа по повышению политического и теоретического уровня этих кадров, а сами кадры перестают в связи с эти интересоваться перспективой нашего движения вперёд, перестают понимать правоту нашего дела и превращаются в бесперспективных деляг, слепо и механически выполняющих указания сверху, то должна обязательно захиреть вся наша государственная и партийная работа» (Сталин И.В. Сочинения. Т.14. Издание второе. 2007. С.428).

Во второй половине 1950-х и начале  1960-х годов у власти  в стране находилась «команда» Н.С.Хрущёва. Эта оппортунистическая группировка отвергла теоретические достижения, выработанные в годы сталинского руководства партией и страной. На ХХ съезде  КПСС вне принятого регламента его работы она протащила заслушивание фальшивого доклада  о культе личности И.В.Сталина, затем на ХХII съезде (1961 год) продавила новую партийную Программу, которая отменяла диктатуру пролетариата и преждевременно провозгласила оппортунистический левацкий курс на непосредственный переход к строительству коммунизма. Левый и правый виды оппортунизма,  заложенные в эти решения, сыграли роковую роль в гибели СССР.

Таковы были бесславные последствия  ошибок, характерных для проекта программы ВКП(б) 1947 года и практически введённых в действие Н.С.Хрущёвым, а затем  М.С.Горбачёвым при невнятном отношении к данному вопросу со стороны партийного генсека и Председателя Президиума Верховного Совета СССР Л.И.Брежнева, а также его ближайшего окружения.   Соединялись воедино правооппортунистическая идея замены диктатуры пролетариата властью аморфного всенародного государства и популистские леводогматические представления о возможности строить высшую фазу коммунизма, минуя стадию полного (развитого) социализма.  Не случайно практика политической борьбы сталинской эпохи СССР выработала формулу «пойдёшь налево, придёшь направо».  Стремление  по-левацки перепрыгнуть через незавершённый этап социального движения, было не менее вредным и опасным  для первого в мире социалистического государства, чем  откровенно правый оппортунизм отказа от диктатуры пролетариата. Словом, при попытке определить, какой уклон хуже (левый или правый), можно с уверенностью подтвердить давнюю  оценку И.В.Сталина:  «Оба хуже».

Правда, вплоть до смерти И.В.Сталина в 1953 году две эти позиции проекта Программы ВКП(б) 1947 года оставались мёртвым грузом, поскольку проект был отправлен в архив и не рассматривался  ХIХ съездом партии. Иными словами он не стал официальным документом, а остался всего лишь черновой разработкой редакционной комиссии.  Более того, указанные нелепости проекта были дезавуированы выходом в 1952 году работы И.В.Сталина «Экономические проблемы социализма В СССР», ставшей его политическим завещанием.  В ней нет ни одного слова об отмене диктатуры пролетариата. Категорически отвергается и непосредственный переход к строительству коммунизма, поскольку  в СССР ещё не были созданы соответствующие производительные силы, в частности, не были  преодолены товарное производство и товарно-денежные отношения. В стране не была в её развитом виде создана единая общенародная собственность, еще сохранялись классы и существенные классовые различия. Но (повторим ещё раз!) без преодоления всех этих  исторически существовавших препятствий  переход к непосредственному строительству высшей фазы коммунистического общества был преступной авантюрой. Именно таковы, на мой взгляд,  смысл и тон сталинского завещания партии, рабочему классу и всему советскому народу.

Послесталинское руководство Советского Союза проявило теоретическую и политическую несостоятельность, неспособность к творческому обобщению процессов социалистического строительства. Более того, огромное научное наследие И.В.Сталина с подачи некогда «раскаявшегося троцкиста» Н.С.Хрущёва оказалось преданным забвению и поруганию. Искусственно и безответственно почти на полстолетия была порвана связующая нить неустанного  теоретического обогащения  марксизма-ленинизма.  Хуже того, под видом критического отторжения сталинских идей, отвергались и высокозначимые исторические выводы В.И.Ленина. При этом был не просто прерван объективный процесс развития теории марксизма-ленинизма, наблюдавшийся в сталинскую эпоху. Ряд её принципиальных положений  был подвергнут оппортунистическим  извращениям, приведшим при практическом их применении к гибели СССР  и стран народной демократии в Центральной Европе.

Н.С.Хрущёв бессовестно исказил  в лево-догматических целях смысл терминов «полная» и «окончательная» победа социализма в сталинских работах, о которых шла речь выше. Он полностью проигнорировал содержание этих понятий в тех его трудах, где он строго, чётко и определённо квалифицирует их ленинский смысл. Вместо этого Н.С.Хрущёв воспользовался другими трудами И.В.Сталина, где данные понятия применены в контексте их иного понимания и применения. В частности, сталинскоое положение о том, что социализм победил окончательно, поскольку он стал к середине 1930-х годов единственной системой народного хозяйства в СССР, Н.С.Хрущёв абсолютизировал и придал ему противоположный смысл. Из его посылов следует, будто  в нашей стране была достигнута полная и окончательная победа социалистической системы.

Из таких представлений вытекало, что строительство социализма в СССР завершено. А поскольку оно «завершено», то следует приступать к строительству коммунизма. Отсюда его «идея» о построении в СССР коммунизма за 20 лет (1961-1980 гг.). Эта авантюристическая «задумка» подрывала доверие народа к социалистическому строю и помогала диссидентам утверждать в сознании масс ложность коммунистической идеи.  Хуже того, из этой беспочвенной посылки следовало, что социализм победил якобы и «окончательно». Хрущёв недобросовестно воспользовался одним из вышеприведённых положений доклада Сталина на ХVII cъезде ВКП(б). Отвечая на вопрос, что мы имели на момент съезда (1934 г.) Иосиф Виссарионович сказал: «Окончательную победу на основе <…> подъёма социалистической системы хозяйства над системой капиталистической как в промышленности, так и в сельском хозяйстве…».  (Сталин И.В. Отчётный доклад ХVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) 26 января 1934 г. Соч. Т.13. М., 1951. С. 333). Но, как подчёркнуто выше,  у И.В.Сталина в данном случае речь идёт о «превращении социалистической системы в единственную систему народного хозяйства», а не об окончательной победе социалистического способа производства в СССР в смысле невозможности капиталистической реставрации.

Многие сталинские положения о сохранении в СССР классовой борьбы были впоследствии использованы оппортунистическим ядром КПСС, а также внутренними и внешними врагами социализма в демагогических целях. Они были объявлены  обоснованием  массовых репрессий, якобы проводившихся под руководством И.В.Сталина. Однако, ни кто иной, как именно он, требовал индивидуального подхода к каждому обвиняемому, настаивал на строгом соблюдении следственных процедур. Именно И.В.Сталин  многократно противостоял  введению всё новых и новых «лимитов» на репрессии, которых нередко требовали местные руководители и среди них активнее многих других  Н.С.Хрущёв – пресловутый «разоблачитель культа личности» И.В.Сталина.

Сегодня мы обязаны восстановить прерванную нить творческого развития теории марксизма-ленинизма. Но это не такое простое дело. Как показано выше, у многих теоретиков коммунистического движения не только отсутствуют категории «раннего» и «развитого» социализма, но и активно проводится мысль, будто в своё время СССР, а ныне и современные социалистические страны, «застряли» на переходном периоде от капитализма к социализму.  При этом нередко  отождествляется ленинское понятие «преддверие социализма» с переходным периодом. В конечном итоге, странным образом, получается, будто никакого реального социализма в СССР не было, а имел место всего лишь переходный период от капитализма к социализму. С подобной оценкой советской эпохи невозможно согласиться.

Но особый вред теории марксизма-ленинизма и практике социалистического строительства нанесли безграмотные идейки левого догматика Н.С.Хрущёва. В Отчётном докладе  Центрального Комитета КПСС ХХ съезду партии он, в частности заявил:   «Взять, например, вопрос о построении социализма в СССР и постепенном переходе к коммунизму. В выступлениях отдельных работников допускались ошибочные формулировки вроде того, что у нас пока созданы лишь основы социализма, то есть фундамент социализма». Судя по перечисленным им понятиям здесь явный кивок в адрес ненавистного ему И.В.Сталина, оперировавшего данными категориями, в частности, на ХVII съезде ВКП(б).

Дальнейшие рассуждения не менее одиозны. Н.С.Хрущёв заявляет: «Известно, что ещё к моменту принятия новой Конституции СССР (конец 1936 года  – В.Б.) социалистическая система победила и упрочилась во всех отраслях народного хозяйства. А это означает, что уже тогда социалистическое общество в нашей стране было в основном построено, и с тех пор оно развивается на прочной базе социалистических производственных отношений. Поэтому утверждать, что у нас построены лишь основы социализма  — значило бы дезориентировать коммунистов и всех советских людей в важнейшем вопросе о перспективах развития нашей страны» (ХХ съезд КПСС. Стенографический отчёт. Т. 1. – М., 1956. С. 115).

Данная выдержка обнаруживает такое дикое невежество её автора, что остаётся только удивляться, как могли столь убогие мысли проникнуть в такой серьёзный документ, как  Отчетный доклад ЦК КПСС. С одной стороны, Н.С.Хрущёв утверждает, что в СССР к середине 1930-х годов социалистическое общество в нашей стране было построено в основном. С другой стороны выражается категорическое неприятие утверждения, что  в стране построены основы (т.е. фундамент) социализма. При этом не даётся никаких разъяснений, в чём состоит принципиальное различие между данными терминами, которые, в трудах И.В.Сталина, как  показано выше,  по сути дела представляют собою  явные синонимы.

Более того, осуждаемые Н.С.Хрущёвым понятия  «основы социализма» и «фундамент социализма» равно как и   «приватизированный» им (и скрыто противопоставляемый  Сталину) термин о победе социализма «в основном» принадлежат именно  И.В.Сталину, который вкладывал в них единое содержание. Словом перед нами пример самого недобросовестного манипулирования понятиями в расчёте на то, что несведущий читатель проглотит   любую «клюкву».   Остаётся лишь глубоко сожалеть, что данный и иные «критические вызовы» в адрес И.В.Сталина  позволили Н.С.Хрущёву в течение нескольких лет занимать высшие посты в Коммунистической партии и социалистическом государстве  и не без успеха, к сожалению,  закладывать фундамент будущего разрушения Советского Союза.

Столь же  безответственными и безграмотными оказались хрущёвские представления о перспективах окончательной победы социализма в СССР. Общеизвестно его громогласное заявление: «В мире нет таких сил, которые могли бы восстановить капитализм в нашей стране»  (Внеочередной ХХI съезд КПСС. Стеногр. Отчёт. Т. II.  – М., 1959. С.443).   Данный вывод – пример того нелепого левацко-оппортунистического догматизма, которым многие годы морочил головы своим согражданам этот временщик, который словно клещ, по историческому недоразумению присосался к коммунистическому движению.

Тысячекратно был прав В.М.Молотов, оценивая ситуацию той поры. Он, конечно же, не мог не знать о великой силе социалистической эпохи, достигшей невиданных исторических побед, ибо сам участвовал в их достижении. Но как марксист-ленинец он  видел и неизбежные  слабости нового общества, которое по историческим меркам вступило лишь в пору ранней юности и было во многом уязвимо со стороны внешнего, а особенно внутреннего врага. Весьма  любопытна запись его мыслей, сделанная его собеседником Феликсом Чуевым: «Наш социализм только начал зреть, всё ещё не зрелый, он ещё только начинает набирать силу. А ему всё мешает, всё направлено против – и капитализм, и внутренние враги разного типа, они живы – всё направлено на то, чтобы разложить социалистическую основу нашего общества» (см. Чуев Ф.  Сто сорок бесед с Молотовым. – М., 1992. С. 512).

Подводя краткий итог сказанному, следует подчеркнуть, что ранний социализм,  будучи первой ступенью  нового общества, непосредственно выходящего из недр капитализма, несёт в себе объективный риск реставрации буржуазного общества. Это связано с тем, что на ступени раннего социализма, как подчёркнуто выше,  ещё не достигается качественно новое состояние производительных сил, недоступное для капитализма. Ввиду этого сохранялась теоретическая и даже практическая возможность реставрации капитализма, поскольку производительные силы по своей технической и характеристике не отличались от производительных  сил государственно-монополистического капитализма. Современное буржуазное общество, пусть и в неполном объёме, путём частичного разрушения, но   было в состоянии использовать их на базе частнокапиталистической собственности. Изначально главный путь такого решения мировой капитализм видел  в военной агрессии против СССР.  Но советские люди успешно создали ранний социализм с могучей экономикой. И уже тогда мощная стена Великой Отечественной войны  доказала огромное превосходство начальной ступени  социалистической системы перед перезрелой системой капитализма во всех сферах общественной жизни – в экономической, политической, социальной,  культурной, идеологической  и военной.

Приходится, однако, с глубокой горечью отмечать, что советский социализм не выдержал исторического испытания именно в ту пору, когда, казалось, он стал, как никогда, прочен и неуязвим. Такова бездарная ирония зигзага истории. Советский Союз погиб не потому, что оказался слаб в экономическом и военном отношениях.  Его погубили, прежде всего, оппортунистические извращения  теории марксизма-ленинизма, которые порождались, с одной стороны,   теоретической несостоятельностью, а с другой —  предательским перерождением партийно-государственного аппарата и его  руководства. Социализму в отличие от предшествующих социально-экономических формаций абсолютно противопоказано стихийное развитие. Его созидание возможно исключительно на базе передовой теории социализма. Как только начинает хромать теория, социализму угрожает неизбежное поражение.  Будучи обществом, созидаемым сознательно на основе научного знания, социализм практически невозможен без передовой революционной теории, вечно живой и вечно обновляемой творческим разумом передового авангарда рабочего класса – его Коммунистической партией, его признанными лидерами. В этом его сила. Но в том и его слабость.

В плане сказанного  весьма показательны пророческие слова И.В.Сталина. Беседуя с известным советским философом Д.И.Чесноковым,  который по итогам ХIХ съезда КПСС  был избран в состав Президиума ЦК КПСС, Иосиф Виссарионович сказал: «Ваша задача —  оживить теоретическую работу партии, дать анализ новых процессов и явлений в стране и в мире. Без теории нам смерть, смерть, смерть!»  (Досье.  История и современность.  2004.  №34).

 

                     

  1.   РАННИЙ  СОЦИАЛИЗМ  В  ЗЕРКАЛЕ  ОППОРТУНИЗМА

 

Заметим, что понятие «ранний социализм» впервые появилось примерно в последние двадцать пять лет.  В своём первозданном предназначении  оно, как это ни покажется странным, носило чисто негативный характер. Именно в таком виде его ввёл в научный оборот крупный советский учёный-философ  профессор В.А.Вазюлин в рамках основанной им Международной  логико-исторической школы. Впервые она прозвучала на конференции «Логика истории и перспективы развития науки» (Москва, 1992 г.), материалы которой были помещены в сборнике того же названия (М., Мысль. 1993). В полном виде данная идея раскрыта в его интервью греческому журналу «Аристери анаксидакси» (Афины. 1994), которое впоследствии было опубликовано в сборнике  «История и реальность: уроки теории и практики» (М., ТОО «СИМС». 1995). Примерно в ту же пору выступали другие учёные той же школы.           Согласно  взглядам профессора и его последователей, ранний социализм – это порождение «ранних» социалистических революций. Последние, якобы отличаются от «зрелых» социалистических революций своей преждевременностью и исторической бесперспективностью. Правда, они способны создавать ранний социализм. Но такой социализм будто бы не имеет будущего и обречён на историческую гибель.

В такой постановке вопроса отчасти  улавливаются отголоски взглядов Л.Д.Троцкого, который не верил в возможность победы социализма  в отдельно взятой стране. Теория  «перманентной революции», заимствованная им у А.Л.Парвуса, исходила из того, что  Россия исторически не готова к строительству социализма в силу её экономической отсталости. Из этого делался чудовищный, несовместимый с коммунистическим гуманизмом  вывод, что  её «некультурным, архаичным  и диким »  народом  можно пожертвовать в интересах утверждения социализма в «образованной и цивилизованной» Западной Европе. На основе такого странного вывода  Л.Д.Троцкий  требовал от большевиков, чтобы они срочно перенесли   методы гражданской войны с территории России в Европу с целью утверждения там социалистических порядков. И пусть  в этой истребительной войне народы России, скорее всего, будут сметены с лица земли, зато восторжествуют «великие идеи перманентной революции»  в странах «высокой культуры».  Это было типичное искажение принципов интернационализма, которые трактовались Л.Д.Троцким как нечто безнациональное, космополитическое.  Как известно, В.И.Ленин и большевики категорически отвергли эту исторически бессмысленную и провальную,  по существу античеловеческую авантюру, несовместимую с идеалами социализма и коммунизма.

Профессор В.А.Вазюлин выдвинул свою причину несовместимости раннего социализма с исторической перспективой полного социализма. Её он усмотрел в том, что   получаемые пролетариатом в наследство от капитализма производительные силы не позволяют отменить товарное производство. А последнее, на его взгляд,  коренным образом противоречит  сущности социализма и коммунизма. И чем больше и шире используются для строительства социализма товарно-денежные отношения, тем сильнее и круче становится противоречие этих двух несовместимых начал. Из таких посылок был сделан  кардинальный, но весьма сомнительный  вывод. Он, в частности, содержится  в интервью  греческому журналу «Аристери анаксидакси». Процитируем заключение, сделанное профессором: «Социализм возникает и утверждается с весьма серьёзными внутренними противоречиями. В раннем социализме эти противоречия достигают такого размаха и такой глубины, что они вообще приводят к устранению социализма» (Цит. по: Экономическая и философская газета. 2008. № 11/12. С.6).

Данный вывод профессора связан с тем печальным обстоятельством, что в 70-80-ые годы прошлого столетия в ходе косыгинских реформ имели место факты грубого нарушения принципов товарно-денежного социалистического хозяйствования, чётко и строго сформулированных И.В.Сталиным в его «Экономических проблемах социализма в СССР».  В систему экономических оценок хозяйственной деятельности социалистических государственных предприятий были включены противоположные социализму типично капиталистические  определители экономического роста и социального развития. Среди них на первом месте стоял буржуазный показатель прибыли, который вопреки элементарной логике классового подхода  был объявлен главным выразителем эффективности социалистического производства.

При этом данный способ оценки деятельности коллективов промышленных предприятий оказался  полностью независимым   от такого важного условия эффективности социалистического производства, как соблюдение плановой дисциплины. Возникло положение, когда прибыльность становилась всемогущей целью деятельности государственных и кооперативных предприятий вне зависимости  от средств и методов её достижения. Руководители предприятий в этих условиях были заинтересованы в получении прибыли любой ценой вплоть до грубого нарушения государственных народнохозяйственных планов. Сплошь и рядом они теперь не стеснялись подставить подножку соседу-смежнику, чтобы нажиться за его счёт. На смену общегосударственному интересу социалистическим предприятиям был навязан  якобы коллективный, но по существу частновладельческий интерес.

Всё это «теоретически» оправдывалось, в частности,  принципом  оперативно-экономической самостоятельности, которым были наделены госпредприятия.  Вопреки исторической логике и здравому смыслу хозяйственная и оперативная самостоятельность социалистических предприятий была приравнена к «свободе» буржуазного хозяйствования и капиталистической  конкуренции, что подспудно означало фактическое признание работников государственных предприятий коллективными собственниками средств производства.     На этой почве набирали силу процесс буржуазного перерождения хозяйственных и партийных кадров советского общества, размагничивания  социалистического сознания широких народных масс.

Фактически было проигнорировано предупреждение В.И.Ленина, сформулированное им в начатой, но незавершённой статье  «О демократизме и социалистическом характере Советской власти»  (первая половина 1918 года). В ней Владимир Ильич подчёркивал: «…Величайшим искажением основных начал Советской власти и полным  отказом от социализма является всякое,  п р я м о е  или  к о с в е н н о е,  узаконение собственности    рабочих отдельной фабрики или отдельной  профессии  на  их  особое  производство,  или  их  право т о р м о з и т ь                                 р а с п о р я ж е н и я  общегосударственной власти…» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 36. С.481  // Выделено мною – В.Б.).

Одновременно были подорваны кардинальные условия развития социалистического производства и неуклонного роста производительности труда. Дело в том, что вместе с тем в качестве одного  из решающих ввели показатель валовой продукции. Он наряду с прибыльностью был условием роста премиального фонда трудовых коллективов. Благодаря этому  экономический интерес работников социалистического народного хозяйства  к снижению себестоимости и повышению рентабельности, как важнейших результатов роста производительности труда,  был замещён противоположным стремлением к росту издержек производства, в целях роста показателя «валовки», который сулил очередные премии. Это подрывало успешное решение задачи непрерывного роста производительности общественного труда, как главного условия победы нового общественного строя, о чём не уставали до последних дней жизни говорить В.И.Ленин и И.В.Сталин.

К сожалению, указанные факты профессор В.А.Вазюлин явно не воспринял в качестве  нарушений социалистических подходов к грамотному использованию товарно-денежных отношений и  закона стоимости в интересах социалистического хозяйствования, против чего жестко предупреждал  руководителей социалистического производства И.В.Сталин в своей знаменитой работе «Экономические проблемы социализма в СССР». Он явно принял факт практического искажения требований к плановому руководству со стороны хозяйственников, способствующих возрождению капитализма,  за норму использования товарно-денежных отношений при социализме. Отсюда и его ошибочный вывод о неизбежности гибели раннего социализма, якобы неспособного успешно развиваться в условиях сохранения товарно-денежных отношений и действия закона стоимости.

Не менее грубую ошибку допускают и те  товарищи, которые полагают, что для предупреждения возможности реставрации капитализма  следует после завоевания власти немедленно, вступить в «развитой» социализм, «оставив позади», якобы скомпрометировавший себя ранний социализм. В частности, таким пониманием некогда грешил весьма уважаемый мною, ныне покойный,  профессор Ф.Н.Клоцвог.  Но «теоретические построения», предлагающие волюнтаристски перешагнуть через целый этап исторического развития не позволяют давать истинно научное объяснение  социальных явлений. И в этом отношении у нашей партии и у теории марксизма-ленинизма имеется весьма поучительный, хотя и негативный  исторический опыт.  Так, в брежневскую эпоху было безответственно заявлено  о построении в СССР «развитого социализма». Это  порождало множество вопросов, на которые не было удовлетворительных ответов. К примеру, почему заявленное зрелое социалистическое общество качественно и многократно не превосходит наиболее развитые капиталистические страны в развитии науки, техники, в характере  производительных сил? Или почему жизненный уровень населения СССР всё ещё ниже, чем в главных странах Европы и в США? Отсутствие вразумительных ответов на эти кардинальные вопросы дезориентировало партийную массу и  подрывало у рабочего класса и других трудящихся доверие к идее социализма, как устремлённого в будущее передового общества современности.

Всё это вынуждает с глубоким огорчением констатировать, что  наши наука и пропаганда, хозяйственная практика,    политическое руководство партии и страны не справились со вставшими перед ними непростыми задачами послевоенного строительства социализма и коммунистического воспитания трудящихся.  К сожалению, данное обстоятельство выпало из поля зрения профессора В.А.Вазюлина, и он счёл ранний социализм бесперспективной фазой исторического развития. Тем не менее,  изобретённый учёным  термин «ранний социализм» утвердился в науке, но с иным содержанием по сравнению с авторской концепцией.

 

  1.   О ДИКТАТУРЕ ПРОЛЕТАРИАТА

 

В связи с вышеизложенным, приходится вновь и вновь повторять, что  все  успехи  и победы Коммунистической партии и советского рабочего класса отражали исторический факт  появления нового типа государственной власти – диктатуры пролетариата. Приходится также напоминать, что все поражения КПСС и Советского строя связаны с грубой недооценкой и даже извращением роли и места диктатуры пролетариата со стороны иных представителей партийного руководства. Требуется повторять и напоминать потому, что ныне среди людей,  размышляющих о сущности диктатуры пролетариата и её возможных формах, особенно в среде левой молодёжи, царит невообразимый разнобой подчас на уровне примитива.  Этому частично способствует интернет и наличие массы мелких центров, готовых за деньги опубликовать любое «сочинение».  Большой размах  приобрело «листовочное издательство», благодаря широкому распространению  компьютеров и современной множительной техники. Всё это активизировало весьма большой круг людей, готовых выступать «печатно» на любую тему. Среди них немалое число интересующихся проблемами диктатуры пролетариата.

Вряд ли имеет смысл рассматривать мнения на этот счёт прямых противников диктатуры пролетариата. К ним, прежде всего, относятся буржуазные идеологи, с порога отвергающие власть «черни», а также их подголоски из числа так называемых социалистов, социал-демократов, еврокоммунистов и проч. Их позиции давно известны и убедительно раскритикованы марксистами.  Поэтому важно, на мой взгляд, присмотреться  к тем взглядам, которые не отвергают, а в силу недостаточной теоретической подготовки подчас безграмотно и, как правило,  с позиций  левого догматизма и правого оппортунизма искажают данное научное понятие марксизма-ленинизма, извращают его сущность и формы проявления, внося сумятицу в сознание рабочего класса и других тружеников. Такова особенность некоторой части левого движения, которая совместно с  КПРФ стоит на политических позициях последовательной борьбы против ига капитала и даже убеждена в необходимости диктатуры пролетариата, но в теоретических и практических оценках достижения указанных целей исповедует подчас ложные взгляды.

Остановлюсь на одном из современных представлений о диктатуре пролетариата, имеющих сравнительно широкое распространение. Оно вслед за буржуазными учёными и политиками  отвергает заслуги  коммунистов России и СССР в вопросах диктатуры пролетариата, не признаёт их позитивный опыт. Данное сочинение  представляет собою отражение мелкобуржуазных псевдореволюционных, а в чём-то и неосознанно реакционных,  взглядов на затронутую проблему части современной левой  интеллигенции, знакомой с марксизмом-ленинизмом на дилетантско-любительском уровне.

Начнём с того, как  подытоживает указанная «концепция» опыт коммунистов СССР? На этот счёт в ней уживаются два противоположных мнения. С одной стороны, категорично утверждается, что в Советском Союзе имела место  диктатура пролетариата в виде Советов депутатов трудящихся. С другой стороны, тут же рядом  по-левацки заявляется нечто прямо противоположное.  Будто бы  после Великого Октября, столетие которого мы недавно отметили, у нас никогда не было диктатуры пролетариата. Да, её, естественно, не было в годы Н.С.Хрущёва и после него, поскольку она была отброшена ХХII съездом КПСС, на котором победила линия право-левого оппортунизма.  Но её будто бы не было  также при В.И.Ленине и в период сталинского руководства партией и страной.  В эти годы якобы   утвердилась и функционировала  диктатура партии. Дескать,  коммунисты России, а затем и  Советского Союза оттеснили пролетариат от его исторически законной власти и вопреки его воле распоряжались и хозяйничали в стране.

Такое примитивное понимание отражает неспособность сторонников  подобных взглядов  диалектически оценивать общественные проблемы и процессы.  Марксистско-ленинская диалектика требует  изучать каждое историческое  событие, всякий общественный процесс  с точки зрения конкретности истины. Иными словами, главное в историческом подходе к общественным явлениям состоит в глубоком понимании сущности условий и обстоятельств, в которых протекает данное общественное событие.

Исходя из таких подходов, нельзя не признать, что указанный выше ленинско-сталинский период был единственным в жизни советского общества, когда в нашем Отечестве в полную силу и меру пребывала в активном состоянии диктатура пролетариата. И на её функционирование неизгладимый отпечаток наложили особенности и своеобразие той, теперь уже далёкой, эпохи. Диктатура рабочего класса стартовала в условиях полного развала и без того отсталого  по меркам своего времени народного хозяйства страны. В то время Советская Россия, а затем   СССР были единственным оплотом социализма. Он находился  в капиталистическом окружении, которое обладало мощной экономикой, развитым научно-техническим базисом, огромным военным потенциалом.  Встала задача в немыслимо короткие сроки поднять её до уровня, способного успешно противостоять экономической, политической, идеологической и военной агрессии мирового капитализма.

Поэтому после завершения восстановления в нэповский период дореволюционного, притом сравнительно  низкого, уровня производительных сил страны И.В.Сталин выдвинул задачу в десятилетний срок ликвидировать экономическое отставание СССР, превратив его в высокоразвитое социалистическое государство, способное защитить себя в хозяйственном, политическом и особенно в военном отношении. «Иначе, нас сомнут!»  Эти слова И.В.Сталина, требовали от рабочего класса и трудящегося крестьянства максимума усилий и самоотверженности. Естественно, что в таких условиях только самая жёсткая форма диктатуры пролетариата могла спасти страну. И реально осуществлённая, она  под руководством партии большевиков, выполнила свою  историческую миссию. Рабочий класс,  возглавляемый своим передовым отрядом в лице Коммунистической партии, справился с, казалось бы, непосильной исторической ношей. Было на фактически голом месте создано могучее социалистическое государство, способное отстоять свою независимость.

Вне всякого сомнения, без глубокого понимания рабочим классом сущности выдвигаемых партий целей никакая «партийная диктатура» не сумела бы ни на шаг продвинуться в их решении.  Коммунистическая партия была теоретической, политической и организующей силой рабочего класса, осуществлявшего свою диктатуру.   В этом всё дело, а не в «происках» большевиков, не в пресловутой  «диктатуре партии», ссылкой на которую фактически (не зависимо от воли автора) делается попытка скомпрометировать  взлёт Советского Союза до высот производства, достигнутого мировой экономикой к началу 1940-х годов.

Примечательно, что даже в хрущёвский и последующий периоды, когда была официально отменена диктатура пролетариата,   сторонники рассматриваемых взглядов   наивно полагают, что продолжала существовать диктатура партии. Их возмущает включение в Конституцию СССР 1987 года статьи шестой, характеризующей роль и место коммунистической партии. Примечательно, однако, что    в ней нет ни одного нового слова в сравнении с тем, что до этого многократно говорилось с трибун съездов ВКП(б)-КПСС и пленумов её ЦК. В добавленной статье подчёркивалось, что КПСС  является руководящей и направляющей силой  советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций, что, будучи вооружена марксистско-ленинским учением, она   определяет генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР, руководит великой созидательной деятельностью советского народа. Словом, фактически в статье шестой формально перечислены функции диктатуры пролетариата, вручавшиеся коммунистам рабочим классом посредством Советской власти в годы её благополучного существования.

Однако, критики  громогласно объявляют, будто включение данной статьи в Конституцию СССР 1987 года привело к гибели СССР. Дескать, Советский Союз погиб оттого, что  партии, якобы вопреки учению марксизма-ленинизма (?!), были «в официальном порядке»  вручены властные полномочия.  Но всё обстояло с противоположной точностью. СССР погиб оттого, что за четверть века до этого хрущёвской камарильей  была отменена диктатура рабочего класса, и  Коммунистическая партия постепенно перестала выполнять функции, вручённые ей диктатурой пролетариата в лице Советов народных депутатов. И статья шестая последней Конституции СССР лишь сугубо формально, на словах противостояла столь губительному для социализма процессу.

Это в очередной раз свидетельствует, насколько опасны  попытки отлучить партию от непосредственного выполнения указанных функций. Без непосредственного и целенаправленного, притом фактического, а не мнимого   участия Коммунистической партии в работе Советов они как органы  диктатуры пролетариата становятся несостоятельными. Не приходится спорить, взаимодействие партии и Советов требовало определённого их совершенствования. В частности, Советы нуждались  в расширении ряда функций, в повышении их авторитета. Но это предмет специального разговора.

Как же представляют себе сторонники критикуемых здесь взглядов сущность диктатуры пролетариата и её структуру?  Роль партии представлена не в смысле организующей и направляющей силы рабочего класса как передовой его части. Обладание ею идейным оружием в виде теории марксизма-ленинизма  сводится к функциям вспомогательного  «научного органа», т.е. некоего совещательного представительства, которому надлежит выдвигать конкретные предложения по выработке перспективных и очередных задач строительства социализма.  Данные наработки поступают, далее,  в органы диктатуры пролетариата в лице Советов народных депутатов, которые, в свою очередь,  призваны строго оценивать, проверять соответствие наработанных документов поставленным целям и реализовать выработанные планы  на практике.

Понятно, что диктатуру пролетариата реально в состоянии  осуществлять только конкретные силы и лица, представляющие какие-то общественные организации и избранные в Советы различных уровней.  И согласно указанной «концепции» в Советы должны быть избраны исключительно  беспартийные «пролетарии умственного труда». Только они  якобы и достойны прав осуществлять на практике диктатуру пролетариата. Именно  этому  «умственному пролетариату»  будто бы и должна при социализме принадлежать власть.

Что касается коммунистов, то им нечего делать в Советах как органах диктатуры пролетариата, поскольку никакая партия, якобы в силу органически присущей всяким партиям политической ограниченности, и даже бездарности, не обладает способностью к полезному практическому действию.  Остаются, правда, не разъяснёнными два момента. Во-первых, каким образом и насколько не владеющие теорией марксизма-ленинизма «пролетарии умственного труда», удобно расположившиеся в Верховном и других Советах, окажутся  способными правильно оцениывать предложения «партийных членов» указанного «учёного органа»? Во-вторых, представляя неорганизованную разрозненную массу, лишённую единого руководства, как они смогут   реально, на практике  воплотить в жизнь намеченные коммунистами планы? Но  эти насущные вопросы остаются без вразумительного ответа.

Заметим, что  в социалистическом обществе  вести  речь об удалении коммунистов из Советов народных депутатов   столь же нелепо как требование лишить  человека его разума. Коммунистическая партия и Советы – историческое порождение  рабочего класса.  Они неразделимы.   Поэтому объявлять, будто  присутствие коммунистов во власти есть отступление от теории научного коммунизма – это верх мрака и невежества. Вот как оценивается данная проблема В.И.Лениным в его поучительной работе «Детская болезнь “левизны” в коммунизме» (апрель 1920 г.): «Диктатура пролетариата есть упорная борьба, кровавая и бескровная, насильственная и мирная, военная и хозяйственная, педагогическая и администраторская, против сил и традиций старого общества… Без партии, железной и закалённой в борьбе, без партии, пользующейся доверием всего честного в данном классе, без партии, умеющей следить за настроением массы и влиять на него, вести успешно такую борьбу невозможно…  Кто хоть сколько-нибудь ослабляет железную дисциплину партии пролетариата (особенно во время его диктатуры), тот фактически помогает буржуазии против пролетариата» (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т 41. СС. 27-28).

Эти положения служат логическим продолжением высказанной ранее  Владимиром Ильичём (в «Очередных задачах Советской власти» — март 1918 г.)  глубочайшей мысли: «…Советская власть есть не что иное, как организационная форма диктатуры пролетариата, диктатуры передового класса, поднимающего к новому демократизму, к самостоятельному участию в управлении государством десятки и десятки миллионов трудящихся и эксплуатируемых, которые на своём опыте учатся видеть в дисциплинированном и сознательном авангарде пролетариата (т.е. в Коммунистической партии – В.Б.) своего надёжнейшего вождя»  (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.36. С. 190).

В обоих высказываниях В.И.Ленина с особой силой звучит мысль, что партия является дисциплинированным и сознательным авангардом пролетариата, осуществляющего свою диктатуру. Поэтому всякий подрыв  дисциплины партии – это измена делу рабочего класса.  И.В. Сталин в докладе на Чрезвычайном VIII Всесоюзном съезде Советов 25 ноября 1936 года  «О проекте Конституции Союза ССР» указывал :  « Я должен признать, что проект новой Конституции действительно оставляет в силе режим диктатуры рабочего класса, равно как сохраняет без изменения нынешнее руководящее положение Коммунистической партии СССР». Заключая эту мысль он добавляет:  «Партия есть часть класса, его передовая часть»  (Сталин И.В. Cочинения.  Т. 14.  Издание второе. 2007. С.  156).

К сожалению, начиная с, не будь добром помянутых, хрущёвских времён и вплоть до разрушения партии буржуазными перерожденцами, наблюдалось как раз  катастрофическое снижение партийной дисциплины и ответственности «передовой части рабочего класса» в политической, организационной и идеологической сферах. И это, отнюдь, не случайно. Отмена диктатуры пролетариата не вменяла   коммунистам в обязанность соблюдение   той «железной дисциплины», которую вслед за В.И.Лениным требовал И.В.Сталин.    В результате партия перестала быть вождём пролетариата и потерпела сокрушительное поражение. Именно в этом всё дело, а не в том, что партия, видите ли, не передала функции диктатуры пролетариата  в руки «интеллектуальных пролетариев».

Добавим к этому, что  история нашей страны наглядно свидетельствует:  лозунг «Советы без коммунистов»  был и остаётся девизом самой закоренелой черносотинщины. К нему особливо склонны представители   отсталого сознания, бесконечно мечущиеся между дремучим невежеством и бессмысленной мелкобуржуазной «сверхреволюционностью». Об этом свидетельствуют факты. Данный лозунг особенно широко использовался во время кулацкого антоновского мятежа на Тамбовщине  в 1920-1921 годах, а также в ходе Кронштадтского мятежа (1921 г.), когда на территории России всё ещё полыхала гражданская война, а среднему крестьянству в силу мелкобуржуазной ограниченности не всегда удавалось  разумно совместить в своём сознании поддержку большевиков, вручивших ему помещичьи земли,  с  тягостной для него продразвёрсткой.

Об этом весьма определённо предупреждал партию  Владимир Ильич: «Социальный источник таких типов, это  — мелкий хозяйчик, который взбесился от ужасов войны, от внезапного разорения, от неслыханных мучений голода и разрухи, который истерически мечется, ища выхода и спасенья, колеблясь между доверием к пролетариату и поддержкой его, с одной стороны, приступами отчаяния  — с другой» (Ленин В.И.  Очередные  задачи  Советской  власти.  Полн.  собр.  соч.  Т.36. С. 208).

Попробуем разобраться, как  могло бы  выглядеть в конкретных реалиях удаление коммунистов из органов Советской власти.  Представим себе, к примеру, политическую жизнь страны непосредственно после победы Великой Октябрьской социалистической революции. Совершив её, большевики  согласно «рекомендациям» рассматриваемого сочинения обязаны были тут же передать власть и планы строительства социализма в руки  «пролетариев умственного труда», т.е. в руки большей частью буржуазных специалистов, всего лишь вчера прикормленных капиталистами с помощью  высоких должностных окладов, и в большинстве своём пропитанных буржуазной идеологией.  И каков был бы результат? А не было бы ни Декрета о мире, ни Декрета о земле, ни Декрета о восьмичасовом рабочем дне, ни победы над иностранной военной интервенцией в годы гражданской войны. Не было бы индустриализации, коллективизации и культурной революции. Не было бы Победы  в Великой Отечественной войне и последующего взлёта страны на путях научно-технической революции. Никто никогда не услышал бы о подвиге Ю.А.Гагарина, о созданной в социалистическом обществе первой в мире атомной электростанции и о многом другом.

Столь же бессмысленно вручение власти в форме диктатуры пролетариата и новым «пролетариям умственного труда», которые, естественно,  появляются  в ходе социалистического строительства.  В отличие от рабочего класса,  они  не представляют собою единой организованной силы, ибо  разобщены по  многочисленным  областям занятости, представляя, в частности,  на промышленных  предприятиях, т. е. в главной сфере сосредоточения рабочего класса, незначительное меньшинство. Они могут представлять реальную силу лишь в составе многотысячных  трудовых коллективов  без искусственного расчленения их на тружеников умственного и физического труда. Тем более, что и физический труд ныне всё более обогащается творческим, а то и научным началом.    Действительную, реальную силу представляет лишь рабочий класс в целом без искусственного противопоставления пролетариев умственного труда пролетариям физического труда. Такое противопоставление крайне вредно тем, что нарушает пролетарскую солидарность. Но без такой солидарности невозможна никакая диктатура рабочего класса.

Словом, пресловутый переход реальной власти в руки беспартийных «интеллектуалов — пролетариев» это не более чем современная модификация всё того же  реакционного мелкобуржуазного лозунга «Советы без коммунистов!», возникшего ещё в годы гражданской войны и иностранной военной интервенции.   Об этом, в частности, косвенно свидетельствует  включение мелкого крестьянства  сторонниками  данной «концепции»  диктатуры пролетариата в число пролетариев, а не в состав, согласно марксизму-ленинизму,  мелкой и средней буржуазии.

Нельзя не заметить при этом, что в рассматриваемом сочинении формально признаётся оценка В.И.Лениным большевистской партии, выраженная словами: «Ум, честь и совесть нашей эпохи». Однако, если присмотреться к  характеристике  Коммунистической партии, которую уже от себя даёт данный «пролетарий умственного труда», то придётся усомниться в  искреннем признании им ленинской формулировки. Согласно его взглядам, КПСС не просто узурпировала власть пролетариата, но  в ряде случаев стала его «палачом». Она «за свои просчёты в разработке экономических устоев советского общества» не остановилась   перед массовыми расстрелами рабочих в Темиртау    (1959 г.), в Новочеркасске (1962 г. ), в Муроме (1961 г.), в Александрове (1961 г.), в Сумгаите (1963 г.). В Москве  (1993 г.) был расстрелян Дом Советов, где с помощью  танковых орудий  было убито несколько тысяч человек.

Весьма примечательно, что для сочинителя несуществен тот факт, что, во-первых, во всех  случаях, кроме одного, речь идёт о времени, когда во главе партии  стоял  Н.С.Хрущёв – бездарный политик с троцкистским прошлым. В 1930-ые годы он лично, возглавляя Московскую партийную организацию,  без конца требовал от И.В.Сталина  увеличения числа репрессантов, на что неоднократно получал ответ: «Уймись!» Во-вторых, весьма сомнительна и массовость указанных «репрессий».    Действительно под давлением того же Н.С.Хрущёва в Новочеркасске и Темиртау (Казахстан) действительно имелись жертвы с летальным исходом в количестве двух десятков человек.  В остальном   массовость протестных акций (в основном против повышения цен и  имевших место случаев произвола милицейских чинов) и количество пострадавших крайне преувеличены. В  Муроме и Александрове дело вообще обошлось главным образом погромом учреждений милиции со стороны ограниченного числа протестующих.   В Сумгаите  (Азербайджан) всё свелось в основном к протестам против повышения цен во времена Н.С.Хрущёва, но, подобно событиям в Муроме и Александрове, никаких «массовых расстрелов» не было и в помине.

На фоне сказанного особого разговора заслуживают события в Москве в октябре 1993 г. Весьма примечательно, что автор сочинения обвиняет КПСС в расстреле Верховного Совета РСФСР и гибели нескольких тысяч человек. Однако приказ о расстреле Дома Советов был, как известно, отдан перевёртышем и предателем, буржуазным перерожденцем  Б.Н.Ельциным, официально вышедшим из партии, а в дальнейшем вообще запретившим КПСС. При этом, с откровенной и крайней жестокостью был расстрелян орган власти, в котором большую  половину составляли именно коммунисты. Такой состав Верховного Совета РСФСР  мешал сомнительно законному Президенту России «по-царски» распоряжаться в стране. И, тем не менее, наш сочинитель не стесняется, если не заявлять напрямую, то исподтишка намекать, будто несколько тысяч погибших в Доме Советов – это жертвы «палаческих действий» Коммунистической партии Советского Союза. По существу это не что иное, как фактическое (неважно – осознанное либо  неосознанное) оправдание антикоммунизма, начавшего своё реакционное шествие по просторам СССР.

Но об одном относительно справедливом упрёке со стороны автора анализируемого опуса нельзя не сказать особо. В советские годы членство в партии ускоряло продвижение по службе, что привлекало специфический интерес карьеристов. Несмотря на разнообразные ограничения приёма в её члены партия росла непрерывно. Её состав  к концу существования СССР достиг 18 млн человек, среди которых была масса народа с неустойчивыми взглядами, а также пробравшихся в неё карьеристов  с нечистой совестью, потенциальных предателей. В результате  вся эта громада в момент разрушения Советского Союза не встала на его защиту, а затем и сама стала жертвой контрреволюционного переворота.  Причину таких негативных процессов и последующего поражения КПСС автор видит «в обстоятельствах, свойственных всякой партийной диктатуре».  По его мнению, партия, взвалив на себя  обязанность  «гарантировать устойчивое состояние общества и государства», оказалась неспособной решить эту задачу в силу вечных специфических и непреодолимых изъянов. О каких «изъянах» идёт речь конкретно?

Так, в партии не предусмотрена регулярная смена руководства, в результате чего её командный  состав стареет, болеет, теряет оперативность.  Партийный механизм во многом носит закрытый, неподконтрольный характер, что отдаляет партию от народа, а это весьма  на руку врагам рабочего класса. Партия неподотчётна народу, а её руководство – нижестоящим партработникам  и рядовым членам партии.  Это   сковывает вариативность её деятельности.  Наконец, для партии характерна  «дисциплинарная подчиненность», которая якобы требует безрассудного выполнения команд вышестоящих органов и их руководителей.

Все эти негативные стороны деятельности партийных органов  действительно имели место в советские времена. Но они относятся по преимуществу (а в чём-то целиком) к послесталинскому периоду, когда была отменена диктатура пролетариата и игнорировался ленинский принцип демократического централизма, когда к руководству партией пришли право-левые оппортунисты и прямые предатели дела рабочего класса. Всё дело в политических и идейных качествах конкретной коммунистической партии. Совершенно прав был И.В.Сталин, когда в своём докладе на объединённом пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) «Итоги первой пятилетки» (январь 1933 г.) твёрдо подчеркнул: «…Коммунистическая партия непобедима, если  она знает, куда вести дело, и не боится трудностей» (Сталин И. Соч. Т. 13. С. 215). И именно, начиная с хрущёвской «эпохи» партия шаг за шагом утрачивала свою боевитость и верность курсу марксизма-ленинизма. Это был, несомненно,  позорный, но временный период в её жизни. Но в своём неприятии Коммунистической партии как руководящей силы рабочего класса, сочинитель рассматриваемого опуса приписывает ей указанные недостатки как вечные и органически неотъемлемые свойства. Как уже отмечалось выше, автор данных антимарксистских представлений то ли не умеет, то ли не желает рассматривать проблему с учётом исторических обстоятельств, в которых протекают  конкретные события.

Именно такой итоговый смысл имеет рассмотренное здесь сочинение. Приходится искренне сожалеть о заблуждениях  принципиального противника буржуазного общества, человека  левых убеждений, заявляющего себя  принципиальным и безоговорочным сторонником диктатуры пролетариата, но отягощённого бременем мелкобуржуазных взглядов интеллигента, самонадеянно полагающего, будто неорганизованные  «пролетарии умственного труда», подчас далёкие от теории марксизма-ленинизма,  способны самостоятельно осуществлять тяжелейшую историческую функцию диктатуры рабочего класса.

 

                                                     

 

  1.       КОРОТКО О ВАЖНОМ

 Об основном противоречии социализма. На ранней стадии его развития – это, очевидно, противоречие между передовой формой возникших на основе революционных преобразований социалистических производственных отношений и относительно отсталой материально-технической базой, доставшейся раннему социализму от предшествующей буржуазной общественно-экономической формации. Разрешение данного противоречия имеет две ступени. Прежде всего, предстоит поднять развитие производительных сил до высоты, соответствующей преддверию социализма, которое В.И.Ленин видел в уровне производительных сил государственно-монополистического капитализма. Тем самым решается начальное противоречие, соответствующее раннему социализму.

С этого пункта возникает вторая ступень —  противоречие между возросшим уровнем производительных сил, возникших на основе раннего социализма и  действующими производственными отношениями раннего социализма. Новые производительные силы потребуют перехода к производственным отношениям развитого социализма. Построение последнего продиктует замену производственных отношений полного социализма, коммунистическими производственными отношениями, открывающими простор непосредственному созиданию высшей фазы коммунистического общества.

Но что значит  подтянуть производительные силы раннего социализма к уровню, открываемому  производственными отношениями полного социализма? Это означает  ликвидировать многоукладность и товарно-денежные отношения,   обобщить производство, придя к единой общенародной собственности, что приведёт  к устранению классов и классовых различий,  устранить пережитки капитализма в сознании людей,  труд как  средство к жизни и внешне диктуемую обязанность приблизить к порогу  внутренней потребности члена будущей коммунистической ассоциации.  Всё это грандиознейшие и труднейшие задачи, рассчитанные, возможно, не на одно столетие.

Весьма интересен подход к основному противоречию раннего социализма у Коммунистической партии Китая. До последнего времени китайские коммунисты считали  основным противоречие  между  массовой нищетой населения и низким уровнем производительных сил, доставшихся стране от полуколониальной экономики прошлого.  Этот этап через два-три года завершится. Наступающая ступень развития (2020-2035 гг.) порождает новое основное противоречие. ХIХ съезд КПК определил его как противоречие между постоянно растущими потребностями китайского народа и неравномерностью, неполнотой развития общества. Так трактуется вопрос в статье заместителя заведующего Международным отделом ЦК КПК тов.  Го Енчжоу  «Новая эпоха  социализма  с китайской спецификой»  [см. Правда. №133 (30630). 30 нояб. 2017].

При ближайшем рассмотрении нетрудно обнаружить, что в обоих случаях речь идёт о двух ступенях противоречия между новыми (социалистическими) производственными отношениями и  всё ещё отстающим уровнем развития производительных сил. Ведь неуклонно растущие потребности народа являются главным выражением вступивших в силу социалистических производственных отношений (и прежде всего  основного закона социализма), которые требуют непрерывного развития  производительных сил.

Разумеется, основные противоречия, возникающие одно за другим на очередных этапах развития социалистического и коммунистического обществ между высшим  уровнем производительных сил и отставшими в своём развитии производственными отношениями, а затем между новыми производственными отношениями, и требованием  нового взлёта производительных сил, будут разрешаться путём последовательного совершенствования производительных сил и производственных отношений. При этом, в условиях высшей  ступени социализма и при коммунизме основное противоречие в отличие от классовых обществ будет разрешаться не в форме антагонистических взрывов. Конфликты, которые будут возникать на этой почве, грядущие поколения сумеют преодолевать в результате открытого столкновения научных мнений, ибо это будет общество, где наука займёт главенствующее место.

            О недоработках действующей Программы КПРФ. К сожалению, достижение современной марксистской мысли о переходном периоде,  ранней и развитой стадиях социализма по большому счёту не нашло сколько-нибудь серьёзного  отражения в Программе КПРФ. Некоторое приближение к выявлению данных категорий содержится в её третьем разделе «Три этапа развития страны».

Первый этап соответствует задаче установления власти широких народно-патриотических сил во главе с КПРФ. Будет возрождаться власть трудящихся  в виде Советов народных депутатов. Национализация базовых, стратегических отраслей народного хозяйства вернёт государству контроль над средствами производства, противоправно присвоенными олигархией,  создаст могучую основу экономических  преобразований и роста благосостояния народа. Откроются перспективы возрождения непосредственного народовластия, введения контроля трудящихся за исполнительной и представительной властью. Всё это обеспечит условия для восстановления СССР (см. Программа Коммунистической партии Российской Федерации. М., 2014. С.  20-21).

Можно предполагать, что под  данным этапом подразумевается вступление в переходный период от капитализма к социализму. Однако  в Программе не содержится ни характеристики особенностей данного периода, ни даже упоминания о таковом.  Это вызывает естественные недоумения по поводу характера и места данного этапа в движении к социализму.

Второй этап, намеченный Программой КПРФ, казалось бы, отражает раннюю ступень социализма. В его описании нашли отражение многие характерные её черты. В частности, расширится участие трудящихся в плановом управлении государством и производством, усилится ведущая роль социалистических форм производства при сохранении многоукладности народного хозяйства, регулируемого с помощью плановых и рыночных рычагов. Получит государственную поддержку сельское хозяйство страны. Будет последовательно расти уровень жизни трудящихся  (см. Программа Коммунистической партии Российской Федерации. М., 2014. С.  22).

Но это далеко не полная характеристика. К тому же, почему-то проигнорированы ленинская идея преддверия социализма и современное понимание категории раннего социализма, без чего невозможно всерьёз говорить о научном понимании сущности и путей развития первой стадии социалистического общества.   Она не содержит такого чёткого критерия первой ступени собственно социализма, как уровень и характер развития производительных сил,  сравнимый с высшими достижениями современных развитых капиталистических стран. В ней читатель не найдёт характеристики особенностей социалистических производственных предприятий в городе и на селе. Ничего не сказано  о планомерности  развитии народного хозяйства и социальной сферы и путях совершенствования плановых начал, а также  о необходимости и сущности товарно-денежных отношений на ранней стадии социализма, о роли народнохозяйственных комплексов, о  значении единой энергетической системы и др. Всё это явно снижает допустимый теоретический уровень исследования проблемы.

Третий этап развития нового общества в характеристике Программы КПРФ отчасти (но лишь отчасти)  приближается к пониманию развитого (полного) социализма. Здесь подчёркивается, что «будет достигнуто окончательное формирование социалистических общественных отношений» и возобладает «устойчивое развитие социалистического строя на собственной основе». Но это слишком общая и неконкретная характеристика будущих путей и целей развития. К сожалению, ленинская идея  полного, развитого  социализма вообще отсутствует в сколько-нибудь удовлетворительном виде в Программе КПРФ. По существу она обойдена молчанием, с чем невозможно согласиться, тем более что для её полноценной характеристики в наше время достигнут достаточно высокий уровень научного знания.

Как уже говорилось, полный социализм в своём завершённом виде предполагает преодоление многоукладности и переход к единой общенародной собственности  на средства производства. На этой основе будут ликвидированы сохраняющиеся на ранней стадии социализма в качестве пережитка старого общества классы и классовые различия. Труд из неизбежной обязанности превратится в здоровую потребность человеческого организма. Переход к высшей ступени развития распределения по количеству и качеству труда откроет дорогу к будущему распределению по потребностям. Наука окончательно превратится в  непосредственную производительную силу, станет неотъемлемой непосредственной составной частью производственного процесса. Движение производства и развитие науки превратятся в единое целое. Соответственно  человек как главная производительная сила общества достигнет таких высочайших вершин  творческого потенциала, когда возможности  научного знания, а, следовательно, и самого человека,  станут поистине безграничными.  Всё это откроет человечеству  дверь в высшую фазу коммунистического общества. Начнётся его непосредственное созидание.

Наконец, в ныне действующей Программе КПРФ  при оценке третьего этапа социализма ХХI столетия  (см. Программа Коммунистической партии Российской Федерации. М., 2014. С. 11-12, 23-24)  мы не находим характерного для зрелого (полного по В.И.Ленину) социализма достижения решающего преимущества перед капитализмом, основанном на господстве частной собственности,  в уровне материально-технической базы общества и производительной силы труда. Но ведь именно это и ставит окончательную границу между капитализмом и социализмом, определяет  полную и безапелляционную победу общественного строя социальной справедливости.

Указанные пробелы Программы остро нуждаются, на мой взгляд, в устранении при её доработке  в будущем (лучше всего в ближайшем!) Данное требование объективно обусловлено постоянным и  всё более растущим  обострением классово-идеологической борьбы в России и на международной арене.

 

  1.           П О С Т С К Р И П Т У М

 

Считаю необходимым принести свои извинения соратникам по партии и всем читателям за грубую ошибку, допущенную мною в работе «Истина — дитя диалога». В ней, по моему недосмотру,  автором текста «Интернационала» назван Пьер Дегейтер, в то время как он – создатель музыки великого пролетарского гимна. Стихи же принадлежат перу замечательного французского поэта, участника Парижской Коммуны и члена I Интернационала Эжена Потье.

 

 Бударин  Виктор  Антонович,

 член МГК КПРФ,  член Ленинского РК КПРФ, член Президиума ЦС РУСО,

 заслуж.  работник культуры РСФСР,    канд. экон. наук, доцент.

 

 

 

119048, Москва, Учебный пер., 2, кв. 48.

                                                                             Тел.: 8-(499)-246-69-31 (дм);   8-985-457-57-08 (мб.).

                                                                                                 E-mail: budvikant@yandex.ru

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.