По материалам публикаций на сайте газеты «Советская Россия»

«Советская Россия» в этом году дважды писала о критической ситуации, сложившейся на «Тяжстанкогидропрессе», которая откровенно свидетельствует о том, что завод просто уничтожают.

Еще несколько лет назад предприятие справедливо называли крупнейшим российским производителем металлорежущих станков, гидравлических прессов и смесителей. В 2018 году общая численность сотрудников предприятия составляла около 1 тыс. человек, а к декабрю 2020-го снизилась до 390. 

Сейчас руководство уведомило о сокращении еще 325 работников. По данным сервиса «Контур-Фокус», в 2020 году чистый убыток от производственной деятельности превысил 1,1 млрд рублей. То есть, важнейшего для страны предприятия, производящего уникальное оборудование, уже не существует. Сотни и сотни людей, являющихся рабочей гордостью края, выброшены на улицу без средств к существованию и даже малейших перспектив найти в дальнейшем достойную работу. Основная часть уволенных отдали всю жизнь предприятию, проработав по 30–40 лет, а теперь остались с долгами по зарплате и беспросветным будущим. В конце марта часть рабочих распустили по домам, кому-то вручили уведомления о сокращении и предупредили, что завод закроется к июню. Многие не получали зарплату с начала 2021 года, а кого-то не рассчитали даже за прошлый декабрь.

Накануне Первомая стало известно, что на новосибирском заводе «Тяжстанкогидропресс» идут обыски.  Региональное следственное управление официально заявило, что возбуждено уголовное дело из-за долгов перед сотрудниками.  Как сообщает ведомство: «По данным следствия, с ноября 2020 по апрель 2021 года руководство предприятия из корыстной и иной личной заинтересованности, при наличии реальной возможности выплат сотрудникам, расходовало денежные средства на оплату иных нужд». В СК утверждают, что долги в размере 17 млн рублей образовались перед 307 сотрудниками.

В конце января 2021 года трудовой коллектив «Тяжстанкогидропресса» обратился к президенту РФ Владимиру Путину за помощью, но безрезультатно. Тем более никаких результатов не дали одиночные пикеты рабочих завода у здания Новосибирского областного правительства. 

О чем думают ветераны завода? Как собираются выживать дальше?

Андрей Паранин, 54 года, термист. На заводе работал около 30 лет.

— До Нового года зарплату мы не получали. Получать начали только в феврале, и то за ноябрь. Жена говорит, что домой скоро уже не пустит, потому что денег нет. Она тоже работает, пекарем у частника, но ей зарплату понизили. В связи с эпидемической обстановкой. Вот и всё… Я получал от 25 до 35 тысяч рублей, когда как. При полном рабочем дне… Если честно, уже и не знаю, что думать. Что я буду дальше делать, нас разгоняют. С моей специальностью работу тяжело найти. С переквалификацией будет тяжело. На пенсию пойду, видимо. «Отдыхать». По льготной схеме мне полгода осталось. На заводе официально ничего не говорят, тишина. Буду искать. Что-нибудь. Где-нибудь. На пенсию не проживу: у меня ипотека еще – пять с половиной лет выплачивать. Был расчет еще поработать, силы-то есть. А что сейчас? Не знаю. В другое место в моем возрасте кто меня возьмет? Руководителям же надо молодых и тупых, чтобы выполняли работу. Больше ничего им не надо, им не нужны те, кто думает. 

Вера Грень, 64 года, распределитель работ. На заводе работала 16 лет.

— Завод  развалился. Вообще-то мог бы и работать. Были бы заказы, был бы хороший руководитель, тогда бы, конечно, завод работал… Должен быть хороший руководитель. За последний год поменялось три руководителя, а толку? Никакого толку. Никто ничего не говорил, не объяснял. Вот и всё… 9 апреля я получила зарплату за январь. У меня «минималка». 8, 9, 13 тысяч. Да, последний раз 13 тысяч рублей за месяц было. Муж пенсионер, 70 лет ему. Пенсия еще 11 тысяч. Живем… На хлебе, на воде. Что буду делать, если уволят? Дома буду сидеть. А куда я пойду? Естественно, меня никто на работу не возьмет. Полы мыть уже не пойду, здоровья нет. А куда-то еще вряд ли смогу устроиться… Когда приходила на завод, то работы было много. И во вторую смену работали, и сверхурочно оставались. Работа была, заказы были, зарплату платили – всё было нормально. Но последнее время завод почему-то начал рушиться. В 2020 году мы сидели на двух третях и получали 4600, 4900, 5000 рублей. Пять месяцев сидели на такой зарплате… За коммунальные платежи уходит по 6000 рублей. Вот так и живем. Кому сейчас легко?

Виталий Владимиров, 65 лет, газоэлектросварщик. На заводе работал 41 год.

— Новая власть всё развалила. После 1990-х всё начало рушиться, и вот до нас дошло. У нас на заводе много руководства поменялось… Когда я в последний раз получил зарплату? За февраль нам дали, а за январь еще не все получили. У меня где-то в среднем получается от 24 до 28 тысяч рублей. Дома семья, конечно. Жена не работает, на пенсии. Жить как-то получается, потому что мы уже пенсионеры. Небольшие пенсии, но какие есть… Мы не покупаем хороших продуктов. Всё в самых простых магазинах берем. С голоду, конечно, не сдыхаем, но тяжело очень. Я сомневаюсь, что на заводе изменится что-то. Идет хана. Я в энергоцехе работаю, нас еще пока держат, потому что обслуживать завод надо, а так в цехах уже почти никого не осталось… Официально нам ничего не говорят. Люди уходят и уходят… Закроют, то куда мне? Возраст 65+ же. В охрану не могу, не мое это. Вот и всё.

Эльза Антипова, 66 лет, распределитель работ. На заводе проработала 47 лет.

— Я работала в чугунолитейном цехе. Сначала машинистом мостового крана. Трудилась в три смены, разливала чугун, выбивала опоки, детали заливала… Отработала 30 лет и получила профзаболевание. Стала работать распределителем-нормировщиком. Получала 14 тысяч, 16 тысяч – когда как. В конце марта пришлось уволиться. Посмотрела, как наш цех разваливается, в самом прямом смысле: неправильно перекрыли крышу и всё текло… Комиссия была, дала три месяца на исправление крыши, но никто ничего не выполнил. И тогда цех закрыли. В прошлом году же объявили карантин и самоизоляцию, так вот у нас вся эта самоизоляция продлилась до 31 марта этого года. Всем платили как за больничный, а не зарплату. Прожиточный минимум и всё… Теперь же дома буду сидеть. 

Шаксим Шаксимов, 78 лет, слесарь механосборочных работ. На заводе работает около 53 лет.

— Я последний раз получил зарплату за ноябрь. Жена не работает. Но раньше работала здесь же, на заводе… Что тут о ситуации на заводе думать? Тут надо всех садить: такой завод угробили. Мы станки, прессы строим, а руководители говорят: «Нам не нужно это». Надо любыми путями сделать, чтобы завод остался живой. Мы видим, что жульничество прямо на глазах происходит, и никто никаких мер не предпринимает, чтобы пресечь. У нас же власти нет, мы же рабочие… Мне 78 лет. Если завод закроется, то меня никто никуда не возьмет. Но я бы еще на заводе поработал годика 2–3… Даже, может быть, и больше. Мы, кавказцы, крепкие люди! Чтобы отличным специалистом на заводе стать, надо было 10–15 лет отработать. Мое мнение такое: пока директоров не посадят, ничего у нас не получится. Только так надо. И нового, и старого – всех надо сажать. Вы представляете, по указанию руководства собрали металлолом, сдали. Вот буквально в декабре-январе это было. Два предыдущих руководителя взяли эти деньги, подали заявления на увольнение и всё! Получили расчет. А рабочим ни копейки! Так какой это директор? Стыда и совести нет! Больно сделали всему коллективу. Это словно тебя кто-то исподтишка оскорбил. Ну такому я еще дам ответ. А тут… 

Скандальная история, связанная с проблемами новосибирского завода «Тяжстанкогидропресс», как мы теперь знаем, получила развитие уже в криминальном русле. Председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин распорядился возбудить уголовное дело о невыплате зарплат работникам предприятия.  Поводом же послужило обращение к нему со стороны депутата Госдумы от КПРФ Веры Ганзи, рассказавшей главному следователю России о ситуации на предприятии. Наверняка найдут виновных, показательно накажут, выплатят всем долги по зарплате, но реанимировать завод уже невозможно. И как спасать сотни его рабочих от нищеты и безработицы, никакое следствие подсказать не в состоянии.

Комментарий редакции: Сколько бы официальная пропаганда не формировала представления о якобы начавшемся при Владимире Путине возрождении России, заложенные в «лихие 90-ые» разрушительные процессы не утихают. Угасание индустриальной мощи, ликвидация предприятий ключевых отраслей, конечно, не может не вызывать ощущения тревоги за будущее нашей страны и нашего народа. Разворачивающиеся вокруг «Тяжстанкогидропресса» события во многом являются следствием проводившейся правительством финансово-экономической политики. Но и действия собственников, стремящихся половить рыбу в мутной воде путём обирания рабочих, тоже внесли лепту в развитие кризисных тенденций. Безусловно, невыплата зарплаты является основанием привлечения к уголовной ответственности. Власти могут пойти на это, чтобы продемонстрировать имитацию борьбы за права народа. Но попытки исправить ситуацию с помощью фрагментарных мер при сохранении мертворождённой системы не изменят положения вещей. Пока предприятие не будет национализировано, то производство возрождено не будет. А правящие круги, упорно отказываясь от огосударствления стратегически значимых отраслей экономики, сами ведут дело к эскалации разрушительных процессов.

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.