Близится неделя с того момента, когда на совещании министра обороны РФ Шойгу и командующего группировкой войск, задействованных в СВО, Суровикина, было обнародовано решение об оставлении города Херсона и в целом плацдарма на правом берегу Днепра. То, что принималось оно существенно раньше, совершенно очевидно: 9 ноября его лишь озвучили под камеру.

С точки зрения автора этих строк, случившееся совершенно омерзительно. Это страшный позор, которому трудно найти адекватную аналогию. Но именно по этому дальнейший текст статьи выдержан в максимально спокойном, сухом, безэмоциональном ключе – чтобы более вескими оказались её вытекающие из строгого анализа выводы.

Официальным поводом послужили проблемы со снабжением войсковой группировки на правобережье и необходимость беречь жизни солдат. В целом отход подавался как следствие суровой военной необходимости, непростой, но мудрый шаг, призванный создать условия для более эффективного продолжения борьбы.

Вместе с тем, даже если полностью абстрагироваться от морального аспекта (весь Херсон пестрел плакатами с надпись «Вместе – навсегда!»), большие вопросы вызывает манёвр как таковой с точки зрения его последствий для фронта. Объяснения Минобороны достаточно легко можно подвергнуть критике. Так, что касается обеспечения бесперебойной связи правобережной группировки с тылом, можно отметить следующее. Да, Днепр – крупная водная преграда, однако это далеко не Амазонка и не пролив Ла-Манш. Проблемы сохранения логистической связности между двумя берегами реки, даже в условиях регулярного огневого воздействия по имеющимся мостам, либо их разрушения, вполне решаемы. Если, конечно, целенаправленно и деятельно этим заниматься…

Российские войска освободили Херсон 3 марта 2022. 18 марта 2022 закончилось неудачей наступление ВС РФ на Николаев, наши части на правобережье Днепра перешли к обороне. В течение всей весны воздействие противника на стратегические переправы носило спорадический характер. Тем не менее, Днепр оставался Днепром. С учетом явной утопичности идеи о морском или воздушном канале снабжения, вне зависимости от того, планируется ли на данном участке фронта исключительно оборонятся, или со временем возобновить активные действия, командование группировки ВС РФ обязано было озаботиться А) Созданием запасов и складов на правом берегу Днепра Б) Созданием альтернативных/резервных способов доставки необходимых средств ведения борьбы. Каких именно способов? Вариантов существует и известно любому военному профессионалу довольно много. Это понтонные конструкции, временные переправы, паромное сообщение, наконец, инженерно-гидротехнические работы вплоть до отведения русла реки. Ничего из перечисленного в полной мере и адекватном задаче масштабе сделано не было.

В 10-20-х числах июня на Украину прибыли и начали действовать Ракетные комплексы/РСЗО HIMARS. Их отличительной особенностью является высокая точность ведения огня, сочетающаяся, однако, со сравнительно низким могуществом заряда. Иными словами, даже с учетом точных попаданий, чтобы вывести из строя крупный капитального строительства мост подвергать его огневому воздействию требуется достаточно долго — что и подтвердила практика. В течение летних месяцев ВСУ неоднократно добивались повреждения дорожного полотна Антоновского моста, однако не сумели нанести действительно серьезного поражения его конструкциям. Достаточно высокую эффективность показала наша ПВО, а в районе Херсона была создана мощная группировка. Это дополнительно покупало время для нашего командования, чтобы заняться проблемой снабжения. Ничего существенного сделано не было.В конце августа-начале сентября ВСУ предприняли наступление в северной части правобережной Херсонской области, где достигли определённого продвижения. Дальнейшие намерения неприятеля, и без того прозрачные, стали совершенно очевидны. 9 ноября 2022 командование ВС РФ объявило об отходе за Днепр из-за проблем со снабжением.

У нас было 7,5 месяцев для того, чтобы устранить задаваемую водной преградой уязвимость нашей войсковой группировки. Мы этой возможностью не воспользовались. При этом, повторюсь, в стоявшей перед нами задаче нет ничего сверхъестественного. Она многократно успешно решалась на протяжении отечественной и мировой истории.

13 ноября начальником тыла Ленинградского фронта Ф. Н. Лагуновым был подписан приказ «Об организации постройки ледяной дороги по водной трассе мыс Осиновец — маяк Кареджи». Чуть более месяца спустя заработал маршрут, ныне известный как Дорога жизни. По нему снабжался город Ленинград и Ленинградский фронт (свыше 0,5 млн штыков), причём последний время от времени предпринимал масштабные наступательные операции, артиллерия фронта регулярно участвовала в контрбатарейной борьбе. Части 62-й и 64-й армий во время обороны Сталинграда получали в сентябре-октябре 1942 снабжение из-за Волги в объеме, достаточном для сохранения ими боеспособности. При этом противник имел возможность подвергать переправы огневому воздействию не только тяжелой, но и полковой артиллерией, а порой и стрелковым оружием. Имелись участки, на которых фронт отделяло от уреза воды 500 метров и менее.

Наконец, при заблаговременно созданных и помещённых в защищённые места запасах, войсковое соединение вполне способно уверенно держаться в условиях нерегулярного, «мерцающего» снабжения. Тому примером, скажем, оборона Тобрука. С другой стороны баррикад Африканский корпус Роммеля не просто воевал, но чрезвычайно успешно наступал, испытывая жестокий дефицит снарядов и топлива. Часто развитие удара обеспечивалось горючим, захваченным у противника.

Далее, что касается сбережения жизней солдат. Сама по себе формулировка более чем лукавая. Самый действенный способ сохранить жизнь и здоровье военнослужащих – не посылать их в бой. Решение боевых задач и, в конечном счете, победа над врагом, к сожалению, невозможны без человеческих жертв. Да, людей нужно беречь. Но не в эдаком абстрактно-гуманистическом ключе – руководствуясь им можно отходить до самого Тихого океана, а рационально и грамотно планируя операции, добиваясь достижения своих целей с возможно меньшими издержками.

Каковы цели российской специальной военной операции на Украине? Непростой вопрос, однако в число регулярно декларируемых приоритетов РФ неизменно входят денацификация и демилитаризация. Как первую, так и вторую принципиально невозможно осуществить без полного сокрушения и демонтажа текущего режима в Киеве. Четыре региона, ранее входившие в состав Украины, по итогам народных референдумов стали частью России – в их числе Херсонская область. Это закреплено юридически на высшем государственном уровне. Борьба за Херсон есть отстаивание территориальной целостности РФ. Конституция и другие законы прямо воспрещает волюнтаристское отчуждение земли в пользу другого государства. Иначе говоря, как ни посмотри, Херсон позднее будет необходимо возвращать. С учётом намерения Киевского режима вести военные действия вплоть до полной «деоккупации», т.е. до выхода к границам 1991 года, возвращать с боем. Уже с этой точки зрения тезис о «сохранении жизней» получается сплошным лицемерием: разве не потребует форсирование Днепра и штурм ранее сданного Херсона куда больше крови, чем его гипотетическая защита?

Далее. Наша группировка на правобережье, выведенная из под удара ВСУ, уцелела, сохранила свою живую силу, технику, боеспособность в целом. Однако не следует забывать, что высвободили войска не только мы, но также и противник. Причём группировка ВСУ на Херсонском направлении значительно превосходила в количественном отношении наши войска на правобережье. Неприятель теперь может свободно распоряжаться резервом в размере 5-6 бригад. С высокой степенью вероятности, учитывая то, что украинская сторона владеет после боёв сентября месяца инициативой, она применит их в наступлении. У ВСУ есть несколько достаточно многообещающих вариантов, куда именно нанести удар. Это может быть усиление давления в районе Сватово с перспективой прорыва в северную часть ЛНР, или широкомасштабная атака в Запорожской области, призванная перерезать сухопутный коридор в Крым. Да, никто не говорит, что эти предполагаемые наступления непременно увенчаются успехом. Но то, что при их отражении придётся оказывать ожесточённое сопротивление, что обязательно будет сопряжено с потерями – самоочевидная истина.

Можно привести и целый ряд иных соображений, исходя из которых, реализованный Минобороны план трудно счесть оптимальным. Это и возросшая угроза для сообщения с Крымом – район перешейков оказался в зоне досягаемости тех же Хаймарсов, и возможность ВСУ провести дополнительную мобилизацию на занятых территориях правобережья, и то, что по-прежнему не сняты риски, сопряженные с возможным подтоплением низовий Днепра – наши войска занимают более низкий берег.  Список далеко не полон.

Понятно, что любые умопостроения, сделанные «с дивана», можно дезавуировать в силу того обстоятельства, что рядовому гражданскому наблюдателю недоступна вся полнота информации. Действительно это во многом так. Но  концепция «им там виднее» работает и нормально себя чувствует в массовом сознании лишь при условии доверия населения страны военному командованию, а шире – руководству вообще. Последнее лежит на трёх китах. Первый из них — чувство общности между управленцами и управляемыми, то, насколько народ считает власть своей, отстаивающей его интересы. Второй – опыт, то, в какой мере верхи были склонны прежде держать своё слово. Третий – пропаганда, то, на что способна медийная машина государства в части манипуляции общественным сознанием. Легко заметить, что по всем трём параметрам в России наблюдается полный швах.

Фраза из фльма Кин-дза-дза «Правительство на другой планете живёт, родной» давно уже стала нарицательной – да что там, превратилась в настоящий девиз взаимоотношений отечественного правящего класса с трудящимися. Между ними лежит чудовищной глубины пропасть. В отношении озвучиваемого официальными лицами у огромного числа жителей России выработалась своего рода презумпция недоверия – и, стоит добавить, верхи сделали для этого всё, начиная ещё со времён перестройки. Одним из недавних мощнейших по степени своего влияния событий явилась пенсионная реформа. Российская пропаганда бессистемна и неэффективна, она очень сильно устарела, не находит отклика у молодёжи не воспринимается старшим поколением. Стоит ли удивляться, что за любым спорным шагом массам начинает видеться предательство и обман? Между тем, стратегически недоверие опаснее локального военного поражения. После разгрома оставшиеся войска можно переформировать, пополнить и вернуть в строй. Изверившийся боец даже без прямой угрозы своей жизни бросает оружие.

Помимо общих предпосылок, у граждан России есть вполне конкретные поводы сомневаться в мотивах и подоплёке решений государственного руководства. Так называемые «жесты доброй воли». Непосредственное участие в ряде переговорных форматов частных лиц со своими шкурными интересами – в частности небезызвестного Романа Абрамовича. Странная избирательность ВС РФ при нанесении ударов по инфраструктуре Украины, чётко коррелирующая с нуждами крупнейших бизнесменов-олигархов по обе стороны фронта. Невнятные и двусмысленные заявления, которые страна делает по дипломатическим каналам. Теории заговора возникали и на куда как хуже удобренной почве.

Если бы правительство России, её президент, официально заявили бы об отказе от любых переговоров с Киевским режимом, ввиду его полной несамостоятельности и недоговороспособности, потребовали жестко и прямо безоговорочной капитуляции, события, подобные отходу с правобережья Днепра, воспринимались бы принципиально иначе. Сейчас вместо ясности и последовательности люди видят эклектику, доходящую порой до фантасмагории на грани шизофрении. Мы клеймим украинский политикум, описываем его как сборище неонацистов, наркоманов, марионеток и клоунов – и тут же просим их поскорее сесть с нами за один стол без предварительных условий. Мы рассказываем о страданиях жителей Донбасса, которые годами подвергаются за свой выбор неизбирательным террористическим ударам – и заключаем другой рукой зерновую сделку с их мучителями, помогающую тем упрочить своё шаткое положение, прикрываясь полумифическими голодными африканцами, до которых реально доходят лишь редкие крохи. Мы грозим врагу едва ли не божественными карами – и до сих пор ни разу не атаковали каким-либо оружием ни один из его центров принятия решений.

Непоследовательность и половинчатость нашей политики есть следствие раскола российской буржуазии, её зависимости – экономической, а также культурно-ментальной – от глобального капитала. Не решаясь сражаться против него настоящим образом, мечтая вместо этого войти по итогам некоего джентльменского соглашения в состав интернациональной мировой элиты, она, даже наталкиваясь на пренебрежение со стороны «дорогих партнёров», не смеет окончательно сжигать за собою мосты. Ещё сильнее страх правящей клики перед подлинной и широкомасштабной мобилизацией, поскольку она переводит войну в формат народной, резко повышает вовлеченность атомизированных масс трудящихся в политический процесс, обеспокоенность их судьбами Родины.  Лишь небольшая прослойка наиболее смелых национально ориентированных капиталистов, заинтересованных в масштабном переделе власти и собственности в России и на пространстве СНГ (таких как господин Пригожин), частично смыкается с требованиям народа. Однако с другой стороны их успешно уравновешивает всё ещё не вычищенная до конца прослойка крайних, неприкрытых компрадоров.

Зачем был сдан Херсон? Этого нельзя утверждать наверняка. Война есть предложении политики иными средствами. Казалось бы, сугубо военные трудности в основе своей есть следствия слабости политической воли, «рысканья» и крадущих бесценное время сомнений. Условный токарь Василий может быть полным профаном по сравнению с начальником Генерального штаба. Однако именно коллективное давление сотен тысяч таких как он единственно способно гарантировать, что всё происходящее, все фронтовые перипетии, жертвы и разрушения не напрасны!

Так зачем был оставлен Херсон и правобережье? В конечном счёте, это решать нам!

Иван Мизеров

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.