Выдавали чёрное за белое, а белое – за чёрное
В предыдущей главе мы продемонстрировали, как после участия Г.А. Зюганова во Всемирном экономическом форуме в Давосе, на котором он был принят мировой экономической и политической «элиты» как будущий российский президент, т.н. «семья» развернула мощную информационную кампанию против левопатриотических сил. Мы отметили, что т.н. «демократы» пытались изобразить советскую коммунистическую систему как самую кровавую и самую нежизнеспособной, запугивали электорат перспективой восстановления т.н. «казарменного социализма», «новой волны социальных потрясений» и т.д. Также подчеркнём, что, помимо использования вышеперечисленных методов, информационные рупоры олигархического режима многократно трубили на весь мир о «недемократичности» Зюгановской команды, о её приверженности к «авторитаризму», в то время как Борис Ельцин, с точки зрения либералов, якобы являлся гарантом сохранения демократии. Впрочем, данное обвинения предъявлялось не только КПРФ, но и национально-ориентированным буржуазным силам. А в данный момент мировой империализм и политические проводники его интересов в разных странах мира соответствующие претензии выдвигают к руководителям государств, не желавших следовать в фарватере мирового капитала, развивать страну на самостоятельной основе.
Однако в данном исследовании речь идёт о подготовке к президентским выборам, которые были намечены на 16 июня 1996 года. Как известно, данные социологических опросов показывали, что наибольшим доверием среди избирателей пользовался Г.А. Зюганов. Но т.н. «демократическая пресса», выполняя социальный заказ березовских, гусинских и прочих, стремилась настроить народ против лидера КПРФ. Как было отмечено выше, помимо запугивания ужасами «нового чёрного передела», «гражданской войны», «разрухи» и т.д., провластные СМИ акцентировали внимание на двух тезисах: коммунисты якобы предлагают свернуть демократию; демократия якобы всегда благо, а диктатура – зло и дорога в тупик.
Прежде чем анализировать предложения КПРФ в области политической системы, сделаем небольшой обзор затронутой нами темы. Напомним, что В.И. Ленин в своей работе «Пролетарская революция и ренегат Каутский» убедительно доказал, что разговоры о «демократии для всех» — иллюзия. Когда речь идет о демократии, следует ставить вопрос: для какого класса? Т.е., власть находится либо у капиталистов, либо у трудящихся. Собственно говоря, практика подтвердила справедливость данной мысли. Возьмём, к примеру, политическое устройство Соединённых Штатов Америки, столь восхваляемое нашей т.н. «прогрессивной общественностью» в качестве «образца свободы». Казалось бы, в США формально постоянно говорят о «демократии», «правах человека» и т.д. Тем не менее, политические силы, пытавшиеся бороться против всевластия транснациональных корпораций и ФРС, подвергаются давлению. Так, данная участь постигла Компартию США в годы маккартизма, затем – движение «Чёрные пантеры», активно боровшееся против расовой сегрегации. Надо заметить, что борьба против левых прогрессивных сил периодически приобретала жесткие формы. Например, в период маккартизма активистов американской компартии обязывали явится в полицейские участки и признать себя агентами СССР. Чистки затронули культуру, государственный аппарат, Пентагон и т.д.
Канадская журналистка Наоми Кляйн в своей книге «Доктрина шока. Расцвет капитализма катастроф» показала, как после трагических событий 11 сентября 2001 года государство установило тотальный контроль над населением. А бывший помощник министра финансов США Пол Крейг Робертс в своей статье «Россия под ударом», опубликованной в феврале 2014 года, опровергая домыслы о «расцвете свободы слова и печати в США», недвусмысленно отметил, что основная масса американских СМИ находится в подчинении правительству и крупным компаниям.
Как видим, те, кто весь мир призывают идти «по пути демократии», сами не всегда следуют принципам данной идеологии. Собственно говоря, сами ельцинисты, громче всех заявлявшие о своей приверженности «демократическим принципам», периодически действовали противоположными методами. Антиконституционный переворот 1993 года, завершившийся формированием сверхпрезидентской республики (фактически с властью одного лица), особенности проведения президентских выборов в 1996 году и парламентских в 1999 году прямо говорит об этом. Так что при желании обвинение в «недемократичности» можно было предъявить любой стране, любой политической силе.
Возникает закономерный вопрос: если в капиталистических государствах буржуазия до конца отстаивает свою власть, то почему в странах, идущих по пути прогрессивного и социалистического развития, трудящиеся должны поступать иначе (например, в Китае и в Белоруссии)? Любая власть всегда себя защищает – вопрос в том, чьи интересы она представляет.
Порядок и патриотизм – не диктатура!
Дело не ограничивается вышеизложенным. На Западе (да и в России) немало деятелей полагал (и до сих пор полагает), будто стремление укрепить территориальное единство нашей страны, навести элементарный порядок (в частности, подавить организованную преступность) во всех сферах общества, принять меры, направленные на укрепление стабильности, якобы противоречат демократическим принципам (всё это, как известно, лежало в основе предвыборной программы КПРФ, в определенной степени было реализовано в 2000-ые годы). Нам представляется излишним комментировать данное абсурдное представление. Отметим, что в США до прихода к власти Ф.Д. Рузвельта общество тоже было погружено в атмосферу вседозволенности. Многие были одержимы идеей быстрого обогащения любой ценой. Процветали воровство, спекуляция, финансовые аферы, контрабанда, коррупция, казнокрадство, бандитизм. И экономическую, и все остальные сферы общества были заражены всеми перечисленными пороками. После того как Ф.Д. Рузвельт стал президентом США, он взял курс на усиление роли государства в экономике, на наведение элементарного порядка в обществе, на пресечение всевластия гангстеров и олигархии. Так, были приняты жесткие меры, направленные на борьбу с мафией, с коррупцией. Также предпринимались усилия поставить банкиров и промышленников в цивилизованные рамки с помощью разработки законов, умеряющих их аппетиты. Те, кто отказывался соблюдать законы, отвечали перед судом (данная участь постигла руководство синдиката Лучано, вице-президента Bank of America и других). Правые политические круги тоже возмущались рузвельтовской политикой, квалифицируя её как «ультрарадикальную», «революционно-коммунистическую». В свою очередь, попытки навести порядок в обществе, укрепить законность расценивались как «тоталитарные шаги». Но прошло время, на смену им пришли новые поколения, которые осознали (по крайней мере частично), что жить нужно по закону и по правилам.
Впрочем, т.н. «прогрессивная общественность» полагает, будто «недемократичным» является оказания давления на «некоммерческие структуры» и «правозащитные организации». Так, именно за это обвиняли в «диктатуре» президента Белоруссии А.Г. Лукашенко. Казалось бы, Александр Лукашенко пользуется широкой народной поддержкой, опирается на простой народ – т.е., на большинство населения. Более того, принцип формирования парламента остался Советским – не по партийным спискам, а по территориальным и производственным округам (напомним, что по данной схеме избирались Съезд народных депутатов СССР в 1989 году и Съезд народных депутатов РСФСР в 1990 году). Следовательно, функционирование механизма непосредственного народовластия налицо. На полях также напомним для сомневающихся, что в современном мире (в т.ч. и в т.н. «высокоразвитых государствах») спрос общества на развитие прямых форм народовластия возрастает, по крайней мере, на региональных и муниципальных уровнях. Об этом подробно говорил глава Всемирной социологической ассоциации Мишель Вьеворка в своем интервью журналу «Эксперт», опубликованном в первом его номере за январь 2011 года.[1] Так нет, белорусский президент, видите ли, «посмел поднять руку» на «независимые организации». А что представляют собой данные структуры? Даже часть отставных американских государственных деятелей и журналистов не скрывает, что деятельность данных НКО координируется Вашингтоном с целью реализации «цветных переворотов» в разных частях Земного шара.
Казалось бы, Г.А. Зюганов и его соратники во время предвыборной кампании 1996 года постоянно говорили о необходимости формирования коалиционного правительства национальных интересов, в состав которого намеревались включить и представителей коалиции коммунистических и патриотических сил, формировавшейся взамен распущенного Фронта национального спасения, и деятелей из других политических партий (по данной схеме было сформировано правительство Е.М. Примакова – Ю.Д. Маслюкова в 1998 году). Следовательно, планировалось консолидировать все общество, все основные политические силы вокруг конкретной цели – национального возрождения России. Здесь «деспотией», «тоталитаризмом» и т.д. близко не пахнет. Тем не менее, «демократическая пресса» лепила из руководителя КПРФ образ исчадия ада, «потенциального тирана». Ну как же, ведь ставил вопрос о территориальной целостности России, об укреплении вертикали власти (предполагалось восстановить контроль Центра над регионами), о наведении порядка и дисциплины в обществе, об укреплении законности, безопасности, об оттеснении узкого круга «семибанкирщины» от управления государством. А для т.н. «прогрессивной общественности» это было идеологической крамолой.
Однако в ответ на всё это либеральные публицисты ссылаются на интервью депутата Госдумы от фракции КПРФ Ю.П. Иванова, опубликованное в одном из февральских номеров газеты «Известия» за 1996 год, в котором он якобы предлагал установить «цензуру» в СМИ. О том, как в 1990-ые годы якобы расцветала «свобода прессы», мы убедимся в дальнейшем, когда будем рассматривать ход выборной кампании в 1996 году. Это во-первых. Во-вторых, в реальности Юрий Иванов в указанном интервью заявил о необходимости усиления социальной ответственности средств массовой информации. Он справедливо заметил, что «ненормально, чтобы пресса издевалась над государством», в связи с чем предложил внести поправки в закон о средствах массовой информации, которые поставили бы их в цивилизованные рамки.
Для тех, кто не в курсе, о чем идет речь, напомним, что со времен «перестройки» в СМИ верх взяла нигилистическая критика основ российской государственности. Если мы посмотрим на публикации газеты «Известия» за 1992 год, то увидим, что там содержались призывы передать Черноморский флот Украине, открыто выражалась поддержка прибалтийским властям, притеснявших русскоговорящих граждан и т.д. А в одном из январских номеров газеты «Куранты» за 1992 год видный представитель движения «Демократическая Россия» А.М. Иванов в своей статье «Больше демократии, меньше социализма» открыто написал, что Россия должна стать колонией, поскольку якобы все 70 лет представляла собой «пугало» для всего мира. А как НТВ и т.н. «демократические» телеканалы газеты открыто выражали симпатии чеченским сепаратистам, прославляли их как «борцов за независимость»? В отдельных случаях они даже Шамиля Басаева пытались представить своеобразным Робином Гудом. В 1990-ые годы немало представителей «демократического» движения открыто призывало временно разделить Россию на 50-60 частей, после чего якобы произойдет добровольное воссоединение.
Впрочем, антигосударственная пропаганда иногда ведется и в наши дни, когда, к примеру, в начале 2014 года ведущие одного из ныне признанных иностранным агентом телеканалов поставили вопрос о целесообразности сдачи Ленинграда немцам якобы «во имя спасения человеческих жизней». Ровно это и имела ввиду КПРФ, говоря о необходимости усиления ответственности СМИ. Годы спустя данная идея была частично реализована. Например, утверждённая в 2001 году Доктрина информационной безопасности, а также закон об ответственности за оправдание нацизма в годы Второй мировой войны, принятые в октябре 2013 года поправки в Уголовный кодекс РФ, предусматривающие усиление ответственности за призывы к территориальному разделу России, были направлены на очищение СМИ от разбухшей вседозволенности, попирающей традиции и мораль общества, на пресечение пропаганды оголтелой русофобии и космополитизма. Всё это, как известно, представляет огромнейшую важность для страны.
Кто-то начнёт утверждать, что описанные явления представляют собой возрождение цензуры. Надо признать, что в определенном смысле она играет позитивную роль. Одно дело – плюрализм мнений, недопущение политического монополизма, ведущего к загниванию власти. Действительно следует поощрять обсуждения серьезных проблем с учетом мнений различных сторон для выработки наиболее взвешенных решений, направленных на развитие страны. Совсем по другому обстоит дело при не противодействии открытой информационной атаке на свою страну, на её устои. Как справедливо отметил писатель фронтовик Ю.В. Бондарев в 1988 году, «гласность и демократия – это высокая моральная и гражданская дисциплина, а не произвол по философии… Карамазова».[2] В долгосрочной перспективе данная практика способствует угасанию патриотических настроений общества, подрывает веру народа в свою страну. Если кто-то считает это «наступлением на свободу слова», следует задать вопрос: ненормативная лексика в публичных местах – это тоже свобода слова? Разжигание межнациональной вражды тоже является олицетворением реализации права человека на выражение собственного мнения? Речь идет о пресечении вседозволенности. Не следует забывать, что для целого ряда стран поощрение столь нездоровых тенденций окончилось в конечном итоге масштабной трагедией (в том числе для ряда государств СНГ). Так что слово «цензура» далеко не всегда носит негативный оттенок. Напротив, без её наличия в разумных пределах невозможно обойтись.
Как в США обстоит дело с демократическими свободами (в том числе и информационными), мы продемонстрировали выше. Здесь добавим, что в Америке деятельность тех, кто открыто выступает с антигосударственными позициями, жёстко пресекают. Достаточно вспомнить, как группа Rage Against the Machine, открыто выступавшая против американской внешней политики, даже многократно сжигавшая флаг США на своих выступлениях, подвергалась запрету. В этой связи возникает вопрос: если т.н. «ведущие мировые державы» могут поддерживать элементарный порядок внутри себя, заботиться об укреплении дисциплины, нравственных начал в обществе, то почему страны, в которые они экспортирую свою идеологию, должны действовать иначе? Таким образом, практика «двойных стандартов» налицо.
Отметим, что те, кто в 1990-ые годы (да и в настоящее время) противодействовал любым попыткам поставить СМИ в цивилизованные рамки, трубя на весь мир о «свободе слова» и т.д., сами в дальнейшем во время выборов 1996 года и перед выборами в Госдуму в 1999 году фактически взяли СМИ под свой контроль, установили жесткую цензуру в медиа-пространстве. С её помощью либералы вели информационную войну против Геннадия Зюганова в 1996 году, блока Евгения Примакова и Юрия Лужкова в 1999 году и Павла Грудинина в 2018 году. А на несогласных журналистов оказывали мощное давление. Подробно мы еще будем об этом говорить. Здесь отметим, что это лишний раз доказывает, что их разговоры о «защите свободы СМИ» в ответ на попытку обязать их придерживаться цивилизованных норм носили лицемерный и неискренний характер. А предложение КПРФ о формировании коалиционного правительства национальных интересов, в котором бы состояли представители всех основных политических сил представляет собой олицетворение демократичности подхода левых.
Против президентского абсолютизма
Развивая тезис о демократичности установок народно-патриотической оппозиции, напомним, что лидеры Компартии России, помимо формирования коалиционного правительства, выступали за внесение поправок в Конституцию РФ, ограничивающие всевластие президента. В условиях, когда все властные функции сосредоточены в руках одного лица, когда управленческий аппарат не подотчётен обществу, дело может зайти весьма далеко. При отсутствии какой-либо ответственности перед народом и перед избранным им депутатами начнется процесс разложения государственного аппарата, что в конечном итоге оборачивается неспособностью власти выполнять свои функции. В перспективе нарастание данных процессов может обернуться дезорганизацией системы управления со всеми вытекающими последствиями. Сам Г.А. Зюганов в своей статье «12 уроков 20 века» в 1995 году, обосновывая пагубность сверхпрезидентской республики, напомнил, как в декабре 1916 года лидеры шести думских фракций, объединённых в «Прогрессивный блок», пришли к Николаю II, заявили о нарастании кризисных тенденций в Российской империи (особенно кризиса власти). Они заявили, что для предотвращения «величайших потрясений» нужно формировать правительство, ответственное перед Государственной думой. Император в начале дал согласие, а на следующий день взял свои слова обратно. В результате через два с половиной месяца власть рухнула, а вслед за ней – вся страна (началось это именно в феврале 1917 года, не в октябре – прим.авт.).[3]
Геннадий Зюганов справедливо сделал вывод, что «бесконтрольная власть – чума общества». Давая характеристику ельцинской власти, он оценил её как «ворократию» (когда, напомним, даже не президент управлял страной, а узкая группа лиц – администрация президента и «семибанкирщина»)[4]. В условиях, когда высшая власть никому не была подотчетной, они управляли немощным президентом, пользуясь его обширными полномочиями (зная, что никакого импичмента, даже просто отчета за провальный результат политики ему не грозит, даже если глава государства и работает в интересах меньшинства), правительство часто меняли как перчатки (особенно в конце 1990-х годов). В этой связи, по словам лидера КПРФ, «в стране не будет порядка, пока власть не будет поставлена под эффективный общественный контроль».
В то же время лидеры КПРФ не предлагали переходить к стропроцентной парламентской республики, отказываться от вертикали власти, от какой-либо системы лидерства. Вполне понятно, что в огромной стране с массой противоречий нужна сильная центральная власть и т.д. К чему приводила попытка одномоментного прыжка к «западной демократии», к чистому парламентаризму, видно на примере горбачевской т.н. «перестройки». Другое дело, что система сильной центральной власти должна находится под контролем общества. Поэтому речь идет не должна идти ни о 100%-ной президентской, ни о 100%-ной парламентской республики. С нашей точки зрения, оптимальным вариантом государственного устройства в условиях России является смешанная форма правления.
Разумеется, программа КПРФ предусматривала (и предусматривает) восстановление системы Советов. Но это – в перспективе. А на этапе вывода России из кризиса предусматривалось восстановление контрольных полномочий парламента. Так, Г.А. Зюганов в телепередаче «Герой дня» от 22 февраля 1996 года заявил, что считает нужным поставить президентскую власть под контроль законодательной. И это, по его словам, предусматривает ежегодный отчёт о результатах проделанной работы, а не послания с планом на год. По мнению лидера коммунистов, необходимо также перераспределить полномочия президента в пользу сильного правительства, поднять роль законодательной власти.[5] Вместе с тем, партия отдавала себе отчёт в том, что осуществлять подобные перемены надо продуманно, без резких движений. Так, один из идеологов КПРФ Ю.П. Белов в те дни заявил следующее: «Сегодня многие говорят: «Нет президентской власти!»… Я думаю, что если мы нашему кандидату посоветуем… первыми же шагами совершить акт ликвидации этой власти, это будет политически недальновидно и политически неразумно… Нам нужна сильная президентская власть».[6] Геннадий Зюганов и Юрий Белов не противоречили друг другу, а дополняли. Они, как уже было отмечено выше, выступали за формирование смешанной системы государственного устройства (а не за чисто президентскую и не за чисто парламентскую форму правления).
Если кого-либо не убедят вышеприведенные аргументы о необходимости отхода от сверхпрезидентской республики к смешанной, поскольку, с точки зрения некоторых, даже малейшие изменения в данной сфере опасны в большой стране, то сошлемся на практику Китая, руководство которого сумело не только добиться прогресса в экономике, но и не допустить сползания Поднебесной к смуте и к дезинтеграции . Как известно, данное государство несопоставимо по своим размерам с любой европейской страной. Их территория также огромна, существует немало национальных противоречий (и не только их) и т.д. Безусловно, власти КНР не стали демонтировать властную вертикаль, как это сделали горбачевцы. Напротив, КПК сохранила свою руководящую роль. У исполнительной власти имеются руководящие полномочия. Параллельно с этим, согласно Конституции КНР, законодательный орган – Всекитайское собрание палаты народных представителей (ВСПНП) обладает контрольными полномочиями, следит за работой исполнительной власти. Данная практика усиливает механизмы ответственности государственных чиновников перед народом и его полномочными представителями в лице депутатов за качественные результаты своей работы.
Сопоставляя тактику ельцинской «семьи», предпринятую ею во время выборов 1996 года, с тактикой соратников Г.А. Зюганова и его единомышленников в период с сентября 1998 года по май 1999 года, нетрудно ответить на вопрос, чьи действия в наибольшей степени носили недемократический характер – того, кто формально декларировал свою приверженность «демократии» и «свободе», пропагандировал терпимость к вседозволенности и отсутствию дисциплины и законности, но при этом оказывал давление на оппонентов перед выборами, стремился опереться исключительно на один политический лагерь, объявляя всех остальных «экстремистами», «красно-коричневыми», либо того, кто два с лишним годом спустя (после 1996 года) сформировал кабинет министров, принимающий во внимание мнения разных политических сил, социальных слоев общества. Впрочем, настоящая предвыборная борьба тогда только начиналась. Но о том, как она разворачивалась в дальнейшем, мы расскажем в следующих главах.
Михаил Чистый, кандидат исторических наук, член Президиума ЦС РУСО
[1] Ольга Власова. Вечно незавершённый процесс// Эксперт, № 1 (735), 2011 г.
[2] XIX Всесоюзная конференция КПСС. 28 июня – 1 июля 1988 года. Стенографический отчёт. В двух томах. Том 1. Москва. Издательство политической литературы. 1988
[3] 12 уроков 20 века// Г.А. Зюганов. На рубеже тысячелетий. М.: Мысль, 2001
[4] 12 уроков 20 века// Г.А. Зюганов. На рубеже тысячелетий. М.: Мысль, 2001
[5] От Ельцина к… Ельцину: президентская гонка – 96. Сост. Л.Н. Доброхотов. М.: ТЕРРА, 1997
[6] Советы важнее всего// В.И. Анпилов. Поднять живых. М.: 2005 г.
Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.