В Татьянин день можно, наконец, сказать об этой женщине, оценившей все прелести нового порядка

Еще не время называть ее фамилию. Но в ее праздник, 25 января, можно обойтись только именем.

Тётю Таню я часто встречал в коридорах Киевского районного суда, во время процессов над харьковскими политзаключенными. Эта бодрая женщина почти три года таскала сумки с передачками к СИЗО на Холодной Горе. Она знает (получше, чем все патентованные правозащитники вместе взятые) имена и истории харьковских политзаключенных: арестованных, отвезенных на обмен, выпущенных под залог, до сих пор сидящих в следственном изоляторе, осужденных.

К ней прислушиваются те ребята, которых арестовывали за участие в весенних протестах 2014 года, а в прошлом году выпустили под залог. Если кто-то из них, улыбаясь, говорит «пахан не велел», это означает, что тётя Таня запретила…

Мне легко представить Ахматову в нынешнем Харькове — стоящей в тюремной очереди на Холодной Горе так же, как стояла в Крестах. И ту женщину, которая спросила у нее: «А это вы можете описать?». Это была бы тётя Таня. И Ахматовой было бы о чем беседовать с ней.

Вот, к примеру, поэтессу Фанайлову невозможно представить под стенами харьковского СИЗО. Людям с хорошими лицами нечего делать на Холодной Горе. Скорее там, в самом деле, встретишь Ахматову, чем Фанайлову. А еще там можно встретить людей, которых поэтесса и журналистка «Радио Свобода» оболгала и обгадила в своем «харьковском дневнике» за день до их ареста.

Фанайлова в Харьков приезжает исключительно для того, чтоб осветить мероприятия, в которых участвует Жадан и прочее майданное общество. Те протестные выступления апреля 2014, за которые были арестованы около 70 человек, Фанайлова освещала из какого-то футбольного паба. Ну, и экспертов находила там же. Кормилась сплетнями в виде версий — в том числе о двух ребятах, расстрелянных неонацистами на Рымарской 14 марта 2014 года. Представляю, каково было бы читать этот бред сивой кобылы, опубликованный на сайте «Радио Свобода», родственникам юного харьковчанина Артема Жудова, которого убили боевики из «Патриота Украины». Фанайлова ведь не попыталась пообщаться с мамой или дедушкой (тогда еще живым) погибшего парня — предпочла стенографировать «пивную правду» завсегдатаев футбольного паба. Оно и уютней, и к журналистским стандартам «Радио Свобода» ближе, и туалет тут же…

Мне уже приходилось подробно разбирать те харьковские репортажи Фанайловой. Поэтому сейчас ограничусь напоминанием о том, как протопоп Аввакум называл словесный блуд и обман. Думаю, тетя Таня сурово и справедливо отреагировала бы на «художественную самодеятельность» журналистки «Радио Свобода» ровно тем же словом…

Ну, ладно. Шла в комнату — попала в другую; писала репортаж — получился гнусненький либеральный донос о том, как «боевики Антимайдана» обижают безобидных евромайдановцев. Хорошо «подмахнула» пехота из неполживого СМИ. Но после того, как те люди, которых Фанайлова называла «боевиками», два с половиной года чалились на нарах, — можно было поинтересоваться их судьбой? Тот же Дмитрий Пигорев, пришедший 7 апреля 2014 года к обладминистрации с журналистским заданием от правозащитного издания (об этом свидетельствовал на суде редактор издания), был арестован даже не в помещении ХОГА, а на улице. Больше двух лет провел в СИЗО, заболел туберкулезом. Сегодня Спартак Головачёв, выпущенный под залог, вспомнил свои чемпионские навыки по фридайвингу и помогает Пигореву восстановить здоровье с помощью ныряний и задержки дыхания. Но такие пустяковые сюжеты ведь недостойны внимания «Радио Свобода»: Фанайлова свою харьковскую миссию уже выполнила.

Это тётя Таня всё знает о состоянии здоровья Дмитрия Пигорева или Спартака Головачёва (державшего многодневную голодовку). Это представительница ОБСЕ Маргарита Веласкес по долгу службы проявляет интерес ко всем судам над харьковскими политзаключенными. Это русский поэт Ахматова выслушала бы под холодногорским СИЗО все эти истории сначала десятков, а потом сотен политзаключенных. О том, как человека, выпущенного под залог, похищают на выходе из СИЗО, возвращают на нары, и лишь несколько месяцев спустя везут на обмен в Донбасс… О том, как одному из ребят, арестованных при зачистке ХОГА заезжим винницким «Ягуаром», не на кого было оставить кошку. И ему разрешили взять животное в камеру. Кошка переносила все тяготы тюремной жизни вместе с хозяином три с половиной месяца, пока неравнодушные люди не внесли за него залог… Помню групповое фото нескольких «апрельских» политзаключенных, выпущенных из холодногорского СИЗО под залог. Один из них держит на руках черную кошку. Слева стоит тётя Таня, встречающая политзаключенных «радостно у входа»…

А вот Фанайлова недавно напомнила о себе, когда на сайте «Радио Свобода» появились передачи «Грани времени» под заголовком «Наш ПЕН окончательно сгнил». Как известно, литераторы и просто случайные люди, в последнее время вышедшие из Русского ПЕН-центра, ставили в упрек своим коллегам полный отказ от правозащитной деятельности. Вот и здесь вынесен диагноз: сгнивший ПЕН. Правда, из шести «диагностов» осуждающих проблему в фанайловской передаче, только один состоит в этой организации. Еще один, киевский прозаик Андрей Курков, — вице-президент Украинского ПЕН-центра. Рассуждает о сервильности русских коллег представитель организации, которая за три года не заметила ни одного политзаключенного на территории Украины. Более того, не помню ни одного выступления этого самого Куркова (мягко говоря, писателя «с пониженной социальной ответственностью»), — в защиту украинских журналистов-политзаключенных Руслана Коцабы, Артема Бузилы, Елены Глищинской, Виталия Диденко. Сколько членов Украинского ПЕН-центра заикнулись об их судьбе, побывали на судах? Не успели? Ну, журналист Дмитрий Василец до сих пор находится в СИЗО — можно поторопиться…

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.