22 июня 1941 года в 4 часа утра германские войска атаковали нашу страну. Каждый житель советской державы сражался по своему в той войне – тотальной, самой великой и грозной в истории мира, войне на выживание – и даже больше, за самое право зваться Человеком. Не наша страна, вопреки инсинуациям современных лжецов-геббельсов, перепевающих ещё его миф о превентивном характере удара вермахта, несёт на себе ответственность за начало войны, за её эскалацию, но именно Советский Союз грудью своих сынов остановил железную поступь фашизма, на своих плечах вынес основную тяжесть борьбы, своими руками пробил дорогу к победному маю 1945. Алые стяги с золотым серпом и молотом взвились над Берлином…

Ко дню 80-летнего юбилея нападения нацистов, президент РФ Владимир Владимирович Путин подготовил и обнародовал намерено увязанную с этой памятной датой статью. Что ж, весьма любопытно будет взглянуть подумал автор этих строк – тем более, что первое лицо нечасто радует нас развернутым письменным выражением собственной позиции, всё больше отдавая предпочтение вопросно-ответному телевизионному формату. Однако, как оказалось, адресатом путинской статьи, приуроченной к 80-й годовщине начала Великой Отечественной, оказалась вовсе не отечественная публика, не народы России и бывшего Советского Союза, нет – материал ориентирован на европейскую, а конкретно немецкую аудиторию. Собственно, он и опубликован то первоначально был именно на немецком языке – зная некоторые детали прошлого нашего обнулённого национального лидера, нельзя исключать, что и писался материал на нём же. …Хорошо, допустим, донести до самой широкой аудитории – в мировом масштабе – российский взгляд на крупнейшую войну человечества, её подоплёку, исход, значение, возвысить голос в защиту исторической правды – это благородная, важная задача. Хотя уже сам тот факт, что руководителю Российской Федерации нашлось что сказать зарубежным слушателям, в отношении отечественных ограничившись дежурными форматами, уже смотрится несколько странно.

Итак, обратимся к тексту, опубликованному на страницах широко известного в Германии еженедельника Die Zeit. Если его начало достаточно традиционно, то далее мы встречаем всё более любопытные пассажи. Цитата:

«Пережив ужасы мировой войны, народы Европы всё же смогли преодолеть отчуждение и восстановить взаимное доверие и уважение, взяли курс на интеграцию, чтобы подвести окончательную черту под европейскими трагедиями первой половины прошлого века. И хочу особо подчеркнуть, что для становления такой Европы колоссальную роль сыграло историческое примирение нашего народа и немцев, живших как на востоке, так и на западе современной объединённой Германии».

Сразу возникает несколько вопросов. Во-первых, о какой именно интеграции идёт речь? Ведь совершенно очевидно, что в послевоенной Европе существовало одновременно два интеграционных проекта, находящихся между собой в состоянии жесткой конкуренции, взаимоисключающих. Один породил Организацию Североатлантического Договора (или НАТО) в 1949 году, а затем в 1951 – так называемое Европейское объединение угля и стали – самую раннюю из предшественниц современного Евросоюза. Другой – Совет Экономической Взаимопомощи в 1949 и Организацию Варшавского договора в 1955. Антагонизм данных проектов был данностью на протяжении всей Холодной войны – и одной из наиболее существенных её составных частей. Можно, хотя и с некоторой натяжкой, говорить о том, что во время Второй мировой войны (особенно ближе к её окончанию) народы Старого Света были едины в своей борьбе против фашизма. Утверждать же, что в дальнейшем – в конце 1940-х, в 1950-х годах, существовали «взаимное доверие и уважение» — явно грешить против истины.

Во-вторых, также весьма натянутым представляется и заявление о том, что в послевоенные годы произошло «историческое примирение нашего народа и немцев… живших на западе современной Германии». Советский Союз на системной основе критиковал ФРГ за недостаточно глубоко и последовательно проведённый процесс денацификации, видел признаки реваншизма в политическом курсе Бонна. В свою очередь западногерманское правительство отказывалось формально признавать территориальные изменения и новые границы, установившиеся после Победы в Восточной и Центральной Европе. Только Хельсинкский заключительный акт 1975 года полноценно нормализовал отношения СССР и ФРГ в этом аспекте.

Но пойдём дальше. Путин пишет:

«Напомню и о том, что именно немецкие предприниматели стали в послевоенные годы пионерами кооперации с нашей страной. В 1970 году между СССР и ФРГ была заключена «сделка века» – о долгосрочных поставках природного газа в Европу, заложившая фундамент конструктивной взаимозависимости, ставшая началом многих последующих грандиозных проектов, в том числе строительства газопровода «Северный поток»».

Не стану даже заострять особенно внимания на том, что относить пока ещё не запущенный в коммерческую эксплуатацию газопровод к числу «грандиозных проектов» это… несколько самонадеянно. Другое бросается в глаза. Прежде всего – нескрываемая конъюнктурность текста. Поставки природного газа на рынки Германии – это, конечно, именно та тема, о которой стоит говорить в день 80-летия нападения Третьего Рейха на Советский Союз.  Что вообще мы, Россия, а статус Владимира Владимировича таков, что он по определению считается говорящим от имени страны, хотим донести этим абзацем? Что 27 миллионов погибших – отличная основа для будущего коммерческого сотрудничества? Что мы не в обиде на немцев за прошлое – во всяком случае, в той степени, чтобы это как-то сказывалось на актуальных проблемах торговли? Своеобразный ответ можно отыскать ниже:

«Мы надеялись, что окончание холодной войны будет общей победой для Европы. Казалось, ещё немного – и станет реальностью мечта Шарля де Голля о едином континенте, даже не географическом «от Атлантики до Урала», а культурном, цивилизационном – от Лиссабона до Владивостока».

Т.е. в конечном счете, речь идёт о том, что мы ещё в 1970-х показали себя договороспособными, согласными на сотрудничество с бывшими врагами, ждали с их стороны радушного приёма, а они – вот досада – не пожелали принимать нас в свой круг! Так-то стоит добавить, что Шарль де Голль – безусловно выдающаяся фигура французской и мировой истории – скончался 9 ноября 1970 года, а власти лишился и того раньше – в апреле 1969. Ну а те лидеры европейских государств, которые застали окончание Холодной войны, придерживались существенно иных позиций относительно исторической судьбы, границ и перспектив Старого Света. От этого подхода они не отступали ни в 1990-х годах, ни позднее. Нас никогда не приглашали ни в состав НАТО, ни в ЕС, ни один из руководителей Евросовета, или Еврокомиссии ни разу не возвращался к деголлевской идее «Европе от Лиссабона до Владивостока». Так не кажется ли Владимиру Владимировичу, что мы фактически расписываемся следующим его пассажем в том, что бьёмся головой в закрытую дверь (и отчасти продолжаем это делать и теперь)?

«Именно в этой логике – в логике построения Большой Европы, объединённой общими ценностями и интересами, – Россия стремилась развивать свои отношения с европейцами. И нами, и Евросоюзом было сделано многое на этом пути».

Вообще Большая Европа – это именно то, о чём нужно говорить в годовщину 22 июня 1941. Особенно с учётом небезызвестного мотива гитлеровской пропаганды об «общеевропейском крестовом походе на Восток» — против большевизма и «варварства»…

Далее много говорится о расширении Североатлантического альянса. Помимо прочего он называется «реликтом Холодной войны». Возникают вопросы… Если обратиться непосредственно к тексту Североатлантического договора, то там не фигурируют ни понятие «Холодная война», ни Советский Союз – что и понятно. Титульными целями НАТО являются «укрепление стабильности и повышение благосостояния в Североатлантическом регионе». «Страны-участники объединили свои усилия с целью создания коллективной обороны и сохранения мира и безопасности». Это на бумаге. В действительности же мы имеем мощный блок империалистических держав, созданный для установления их глобальной гегемонии. Последняя задача нисколько не потеряла в своей актуальности после краха СССР. Агрессивный характер НАТО и размах притязаний этой организации наглядно подтверждается географическим размахом предпринимаемых операций, далеко выходящих за заявленный севроатлантические пределы. Конечно, дипломатия нередко требует говорить на языке умолчаний. Не всегда возможно в глаза называть вещи своими именами. Но совершенно точно нет никакой нужды показывать себя либо наивными глупцами, либо лицемерами в связке с 80-летием нападения Гитлеровской Германии на СССР.

Наконец совершенно убийственно всё вышеперечисленное выглядит в купе с финальной частью путинского послания немецкой аудитории, которая, как и положено концовке, преподносит основную, «ударную» мысль.

«Мы открыты к честному созидательному взаимодействию… Вновь повторю: Россия выступает за восстановление всеобъемлющего партнёрства с Европой».

Итак, что мы имеем, следуя за ходом мысли президента? Третий Рейх без объявления войны атаковал нашу страну – мы не стали мстить и в скором времени после 1945 года активно развивали хозяйственные связи с Германией. Далее мы очень ценим высказанную Де Голлем концепцию Европы «от Лиссабона до Владивостока», мы солидарны с ней и сейчас. И не важно, что НАТО – «реликт Холодной войны» — существует, что оно расширяется: против России, за счёт наших интересов. Что нас многократно обманывали. Что нас, в конце концов, просто никто и никуда не зовёт. Мы всё равно «открыты к честному взаимодействию». Всё это не просто упоминается где-нибудь и как-нибудь: нет – в знаковую дату и специально для зарубежных слушателей транслируется данная своеобразная концепция.

Не кажется ли вам, уважаемые читатели, что это не далеко ушло от всем известного Коли из Уренгоя? Да, да, именно так! Не больше и не меньше. Ведь тот, вроде бы как, тоже формально «ничего такого» не сказал. Да, действительно не все немецкие солдаты, которые сражались на советско-германском фронте, были убеждёнными нацистами, многие из них являлись самыми обычными призывниками, совершенно не горели желанием умирать где-то там в степях междуречья Дона и Волги, а предпочли бы мирно попивать шнапс и любиться с фрау в своей родной Вестфалии, или Тюрингии. Но сказанная русским школьником с трибуны Бундестага эта «вроде бы правда» превращается в капитулянтство. А здесь? Президент Российской Федерации в статье, намеренно приуроченной ко дню вероломной агрессии врага, чьё вторжение стоило нам немыслимых жертв и разрушений, обращаясь к потомкам, внукам и правнукам этого самого поверженного противника, стране, ныне входящей в состав военного альянса, одна из официальных задач которого с 2016 года – т.н. «сдерживание России», говорит: а давайте дружить!? Сам по себе призыв к миру, сотрудничеству, международной кооперации – прекрасен и проникнут подлинным гуманизмом. Однако всему есть своё место и время. Потому что к этому самому «давайте дружить», так и хочется прибавить «ну пожалуйста». Униженность. Просительность. Вот что читается между строк – и это совершенно недопустимо.

Причём важно понимать: у современных россиян действительно в массе своей нет чувства озлобления, или неприятия по отношению к немецкому народу. Не существует некоей тенденции, которую Путин мог и должен был бы пытаться переломить у нас, обращая внимания на позитивные моменты совместной русско-германской истории. Не нас, но, наоборот немецкую публику пытаются убедить: смотрите, эти русские совсем не такие плохие, с ними можно иметь дело. Можно дополнить – совершенно конкретное, даже название прямо прозвучало: Северный поток. Какая всё-таки огромная пошлость…

Мы живём в опасную эпоху, когда война не набегает грозною тучей, а подкрадывается под маской лицемерия. Но она близится, она уже у ворот. Да, я вновь о давным-давно набившей оскомину Украине. Однако не только. В целом число крупномасштабных вспышек насилия с широким применением разнообразной номенклатуры средств поражения возрастает на планете год от года.  Воюют тут и там. И мы должны быть готовы. Только что это означает фактически? Война уже давным-давно не измеряется одним только количеством и характеристиками накопленных вооружений. Промышленная мощь и мобилизационный ресурс участников – вот что решающим образом влияет на исход всех конфликтов с начала индустриальной эры. А также эффективность системы управления. Боевой дух и мотивация.

Глядя на нынешнюю российскую действительность, на правящий класс – и слушая «отца отечества»: чувствуешь ты себя уверенным, боеготовым, надёжно защищённым, а, россиянин? За потоками слов (северными и иными), обусловленных погоней за сиюминутными выгодами – помни о войне! Не забывай! Помни…

Мизеров Иван

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.