Ставят другим неприемлемые условия

В свою очередь, немало дров наломали и представители либералов, участвовавших в 2011 – 2012 гг. в акциях за честные выборы. В целом, они наступали на те же грабли, что и во времена попыток формирования коалиции «Другая Россия» в 2006 – 2007 гг. Речь идёт о стремлении данной политической группировки фактически монополизировать протест. Практика показывает, что многие партии и движения «демократической» направленности де-факто заблаговременно ставят барьеры для многих людей, стремящихся к формированию временной коалиции в борьбе против фальсификации выборов. Так, «правые» желают, чтобы все, кто взаимодействует с ними, обязательно подписались под неприемлемыми для многих участников протестного движения требованиями, как-то: осуждение И.В. Сталина и Советской эпохи в целом, выступление против активизации внешней политики (особенно против подавления сепаратизма и терроризма в Чечне, против защиты Южной Осетии и Абхазии, против воссоединения с Крымом), против укрепления обороноспособности, а также поднятие на щит идей продолжения приватизации и стопроцентной либерализации экономики. Ясное дело, что соответствующие методы препятствуют формированию действенной коалиции, способной в сплочённом порядке выступить против вмешательства правящих сил в избирательный процесс, против цементирования политического пространства, поскольку они отталкивают значительное количество людей.

Пытались приватизировать народный протест

Одновременно надо говорить и об иной стороне дела – о проявившемся в начале 2010-х годов желании либералов захватить руководство протестным движением. Так, в избранном осенью 2012 года Координационном совете оппозиции (КСО) большая часть его членов принадлежала к «демократам». Ну да, конечно, по идеологической квоте от левых, от либералов и от националистов было избрано по пять человек. Дескать, принцип паритетности соблюдался. А как быть с теми членами КСО, которые избирались по общегражданскому списку? Достаточно посмотреть, что большая его часть относилась к «оранжистам» и вопросы исчезнут. И не надо рассказывать про то, что такова была воля голосовавших активистов оппозиции. Если мы внимательно ознакомимся со списком кандидатов в КСО, которым предстояло избраться по «общегражданскому списку», то увидим, что большая часть предложенных простым оппозиционерам деятелей тоже относилась к т.н. «правым».

Собственно говоря, либералы зарекомендовали себя и в разгар протестных выступлений зимой 2011 – 2012 гг. Начать с того, что организаторы митингов сделали так, чтобы большинство выступавших с трибуны было связано с рассматриваемым нами течением. А представителям оппозиционных партий и движений других идейно-политических ориентаций инициаторы уличных акций далеко не всегда предоставляли слово, даже если их выступления были заранее согласованы. Достаточно упомянуть, как на прошедшем 24 декабря 2011 года на проспекте Сахарова митинге многие левые политики так и не получили возможности выступить с речами перед протестующими.

Обещали предоставить слово всем оппозиционерам, но не сделали

В беседе с корреспондентами портала «Свободная пресса», состоявшейся 27 декабря 2011 года, депутат Государственной Думы, секретарь Московского городского комитета КПРФ Е.В. Доровин проиллюстрировал царящую на месте проведения акции обстановку:  «В ходе митинга на Сахарова были нарушены решения оргкомитета, в который входили представители левых партий и движений, в том числе КПРФ. Накануне митинга, на оргкомитете было принято решение: выступающими будут первая десятка из тех, за кого голосовали на Facebook, плюс квота для левых и квота для правых. В «левую» квоту попал «Левый фронт», «Справедливая Россия» (от нее должен был выступать Гудков) и КПРФ. Но в субботу на митинге все пошло не так. Владимир Рыжков поменял список выступающих. Несколько раз я подходил к Рыжкову. В конце концов, он просто по-хамски ответил: «Если вы замерзли, можете уходить — я вас не держу». В итоге, Гудков и Олег Смолин два часа простояли на трибуне, но им так и не дали слова. Вот такая демократия и вот так либералы относятся к тем 12 миллионам россиян, которые голосовали на этих выборах за КПРФ. Мы поняли, что это игра в пользу правых. Эти люди с трибуны, заявляя о том, что вся оппозиция должна сплотиться, держат слепого уважаемого человека два часа на морозе, а потом еще и хамят». Также Евгений Доровин подверг сомнению предположения, будто «на Сахарова собрались сплошь поклонники правой либеральной идеи или крайне левых и националистов». Он выразил уверенность, что «там было достаточно и тех, кто разделяет марксистскую теорию, или стремиться к «евросоциализму»». Однако «именно этих людей на Сахарова оставили без голоса». На основании произошедшего Е.В. Доровин высказал предположение, что «либералам ближе националист Тор, чем вице-президент Паралимпийского комитета РФ Олег Смолин».

Те, кто вёл мероприятие, так и не сдержали слово. Всё это явно не имеет ничего общего с равноправной широкой коалицией. Для сравнения – на прошедшем 18 декабря 2011 года на Манежной площади митинге Коммунистической партии Российской Федерации против фальсификации выборов организаторы действовали согласно ранее достигнутым договорённостям о предоставлении слова представителям разных общественно-политических оппозиционных сил. Перед протестующими речь держали не только председатель ЦК КПРФ Г.А. Зюганов, первый секретарь МГК КПРФ В.Ф. Рашкин, первый секретарь Саратовского областного отделения КПРФ О.Н. Алимова, представительница Калмыцкого республиканского отделения КПРФ Л.И. Балаклеец, Выступили также супруга координатора «Левого фронта» А.О. Удальцова, представитель «Справедливой России» Д.Г. Гудков, член главного совета «Союза Русского народа» Т.Л. Миронова, представитель Федерации автомобилистов А. Веселков, защитник Химкинского леса С. Агеев, представитель профсоюза предпринимателей малого бизнеса Л. Развозжаев. Разве подобное может сравниться с вероломством либералов, с их стремлением весь протест подмять под себя, в чём они отличились во время митинга 24 декабря 2011 года?

Если строить коалицию — то с учётом общественных настроений

Некоторые могут возразить, заявив, что в любой коалиции определённая политическая сила так или иначе играет «первую скрипку», как бы указывая ориентиры всем остальным её участникам. Если даже руководствоваться соответствующей точкой зрения, то ведущую роль в коалиции следует отдавать тем политическим течениям, идеи которых в наибольшей степени пользуются авторитетом в народе. Почему, например, в 1993 году в коалиции левых и государственно-патриотических сил (во Фронте национального спасения), боровшейся против курса, ведущего к экономическому, к военно-стратегическому и к территориальному развалу России, к подчинению её интересов иностранным государствам, к обнищанию, к вымиранию и к замещению нашего населения,  основной руководящей силой была не КПРФ, а «демократы» с державно-патриотическим уклоном (вроде И.В. Константинова, С.Н. Бабурина, В.Б. Исакова, М.Г. Астафьева и прочих)? Потому что коммунисты отдавали себе отчёт в том, что в указанное время народ России, отворачиваясь от марионеточной ельцинско-гайдаровской команды, ещё не был готов сделать выбор в пользу социализма. Следовательно, важно было не отталкивать от оппозиции потенциальных сторонников и население нашей страны в целом. В этой связи не выдвигали на передний план тех, чьи идеи могли в тот исторический период насторожить значительную часть соотечественников. Но после победы КПРФ на выборах в Государственную Думу в 1995 году стало очевидным, что настроения россиян изменились. И только тогда у Компартии появилась реальная возможность взять на себя первую роль в народно-патриотической коалиции, смелее отстаивать основы коммунистической идеологии – но никоим образом не раньше.

Что мы наблюдаем сейчас? Большинство населения России, представители разных социальных слоёв населения, разных возрастов, разных политических взглядов стремятся к новой политике. В конце концов, рекомендуем вам ответить на вопрос о том, кто был в 2005 году автором следующих фраз: «В 1990-1991 гг…. страна бредила свободой…. Мы ждали демократии как чуда, которое само собой, безо всякого человеческого участия и усилия решит все наши проблемы на десятилетия вперёд… Но к середине 90-х стало ясно, что чудо демократии как-то не задалось. Что свобода не приносит счастья. Что мы просто не можем быть честными, умеренными и аккуратными по-буржуазному, по-швейцарски. Перед страной и её — нашим — народом стали в полный рост совсем другие вопросы: справедливость…, чувство собственного национального достоинства…, нравственность в политике…, страх перед неопределённостью будущего…»?. Кто высказывал подобные соображения: «Кремлёвские политтехнологи… знают, что этот государственный курс может сохраниться только антидемократическим путём. Что на честных выборах неизбежно победят левые. Поэтому и закручиваются гайки…»?. Кому принадлежат следующие слова: «Да только авторитетные социологические опросы… не оставляют сомнений: ценности — левые… А значит, несмотря на все ухищрения, левые всё равно победят. Причём победят демократически — в полном соответствии с волеизъявлением большинства избирателей. Мытьём или катаньем. На выборах или без (после) таковых. Левый поворот состоится»?

Отметим, что автором этих строк является одним из видных представителей криминального кумовского капитализма ельцинской поры.  Речь идёт о М.Б. Ходорковском. Тем не менее, он, затрагивая тему настроения народа и перспектив противодействия системе, вынужден был называть вещи своими именами. Причём говорил об этом именно тот человек, который именно при нынешней властвующей группировки провёл значительное время в местах не столь отдалённых. После этого только откровенно ангажированное лицо будет квалифицировать отстаиваемые нами подход в качестве нечто неприличного.

В 2005 году Михаил Ходорковский подчёркивал, что «в составе следующей российской власти неизбежно будут» КПРФ и представители национально-патриотической оппозиции (в 2005 году таковой была рогозинско-глазьевская партия «Родина», в настоящее время — Национально-патриотический союз России (НПСР)). А «левым либералам» автор соответствующего письма рекомендовал ускоренно «определяться, войдут ли они в состав широкой социал-демократической коалиции или останутся на брюзжащей, политически бессмысленной обочине». Он обратил внимание на то, что «только самый широкий состав коалиции, в которой люди… социалистических… взглядов будут играть ключевую роль, избавит нас от зарождения на волне левого поворота нового сверхавториатрного режима». Если в 2000-ые годы (в период относительного благополучия, обусловленного высокими ценами на энергоносители на мировом рынке) общественный запрос на осуществление «левого поворота» был огромным, то после первой волны финансово-экономического кризиса 2008 – 2009 гг. число сторонников этой концепции не могло не возрасти в весьма существенных масштабах. Результаты многочисленных онлайн-голосований и социологических опросов, проводившихся на рубеже 2000-х – 2010-х годов (и в дальнейшем), свидетельствовали об опровержении подавляющим большинством жителей России неолиберальной западнической «реформации».

В конечном итоге получилось, что примерно от 70 до 85% выступавших с митинговых трибун, а также входящих в состав Координационного совета оппозиции принадлежала к «либералам» и к «демократам», примерно от 10 до 20% принадлежало к левым силам, примерно от 5 до 10% принадлежало к национал-патриотам (к т.н. «националистам»).  Например, депутат Государственной думы О.Н. Смолин в своей статье «Не заговор – сговор?», опубликованной в выпуске газеты «Советская Россия» от 30 декабря 2011 года, констатировал, что «из 30 примерно выступающих люди левых политических взглядов составляли 4 человека, условные националисты – 4 человека». В то же время «не менее 14 выступлений было отдано либералам, в большинстве правым». То есть, в самом конце стала доминировать политическая сила, концепция которой явно не пользуется авторитетом среди россиян. Принимая во внимание данную сторону дела, учитывая особенность общественных настроений, руководствуясь положением о необходимости наличия в широкой коалиции течения, призванного играть первую скрипку, оптимально было бы поступить примерно следующим образом – приблизительно 60% лиц, которые выступили бы на митингах, получили бы места в координирующих оппозицию структурах, должно было бы принадлежать к левым (не только к КПРФ – а ко всем коммунистическим, и ко всем к социал-демократическим организациям), приблизительно 20% — к национал-патриотам, остальные 20% — к либералам. Такой расклад коалиции в наибольшей степени учитывал бы социально-политические умонастроения народа России. Данное обстоятельство, несомненно, позволило бы в разы увеличить количество сторонников оппозиции и численность митингующих. В перспективе это открыло бы перед большинством народа новые возможности, могло бы изменить ход событий.

Или на худой конец строить коалицию на строго паритетных началах

Предположим, что некоторые считают, что при формировании временной коалиции, борющейся против антидемократической политики власти, против её вмешательства в выборы, вообще не стоило выдвигать на передний план левые силы. Допустим, а почему в таком случае нужно действовать иначе в отношении либералов, количество сторонников которых в геометрической прогрессии меньше, чем у коммунистов и у социал-демократов? Раз уж на то пошло, то следовало бы в самом крайнем случае формировать коалицию на строго паритетных началах. То есть, распределение среди выступавших на протестных акциях, занимавших места в органах, руководящих оппозицией, должно было бы в таком случае выглядеть так: около 33,3% её представителей принадлежало бы к левым, примерно столько же – к национал-патриотам и ещё приблизительно такое же количество – к либералам. И, разумеется, коалиция в таком случае должна выдвигать исключительно те требования, которые понятны всем её участникам и народу в целом (см. ранее представленные нами четыре пункта формального консенсуса). А то, что было в конечном итоге устроено, действительно напоминало стремление «правых» придать протестному движению конкретную политическую окраску. Однако хотя бы ради важного дела можно было бы умерить собственные амбиции и не навязывать себя и свою повестку коалиции. Ведь сами знают, какого мнения о них общество – поэтому зачем себя выпячивать на передний план, тем самым отталкивая от оппозиции потенциальных сторонников? И в конечном итоге рубят сук, на которым сидят, поскольку тем самым они по сути заваливают формально провозглашаемую ими задачу устранения от власти «единороссовской» группировки, способствуя продлению её владычества.

Либералы оказали «единороссовской» власти большую помощь

То есть, либералы, действуя соответствующим образом, во многом сами дали повод трактовать выступления против фальсификации выборов как реализацию «оранжевого» заговора. Действовали бы они адекватно вышеописанной обстановке, шансы на успех оппозиции возросли бы. Конечно, в любом случае провластная пропаганда поливала бы протестующих грязью, приклеивая им ярлыки «подрывных элементов», «смутьянов», «изменников Родины» и т.д. Но поскольку в протестном движении пытались взять верх силы, в прошлом делами доказавшие свою политическую сущность, то даже немалое количество недовольных и аполитичных россиян, глядя на происходящее, могла подумать: «Режим режимом, но, кто его знает, может провластная пропаганда сейчас не так уж неправа – особенно если взглянуть, кто стал во главе протестов?».

Вполне возможно, что это оттолкнуло от оппозиции весомую часть её потенциальных сторонников. О.Н. Смолин, будучи участником митингов за честные выборы, в упоминавшейся нами ранее статье «Не заговор – сговор?» развил соответствующую мысль. Он напомнил, что в Москве по итогам выборов в Государственную думу даже по официальным данным КПРФ получила второе место, а по данным экзит-полла – первое. Однако многим её представителям практически не дали возможности выступить перед участниками уличных мероприятий. А «попытка приватизации протестных настроений правыми либералами и представителями гламура», по словам Олега Смолина, «сработала скорее не на них, но на «медведей»». Депутат уточнил, что после показа на всех телеканалах персонажей, подобных Ксении Собчак, Алексею Кудрину, его товарищи из Сибири «рассказывали… о разговорах в троллейбусах и магазинах: если к власти собираются прийти такие, пусть уж лучше сидит Путин…». То есть, упёртость либералов серьёзно навредила оппозиции, но по сути оказала большую услугу власти. На иной исход при таких обстоятельствах трудно было рассчитывать. В условиях ангажированности средств массовой информации крайне трудно объяснить замороченным официальной пропагандой людям, что в митингах против фальсификации выборов участвовали отнюдь не только «оранжевые», но и множество других политических течений. Так что заранее надо обдумывать последствия предпринимаемых шагов.

И слили народный протест

Впрочем, создаётся впечатление, что присутствовавшие на Болотной площади лидеры «либерального» течения (по крайней мере, многие из них), были не заинтересованы в том, чтобы развивать протест, доводить его до общенациональных масштабов, при которых власть могла бы дрогнуть. Казалось бы, раз народ вышел на улицы и на площади городов, то важно наращивать выступления, действуя непрерывно и без остановок. В декабре 2011 года впервые после 2005 года в Москве наблюдались масштабные протестные митинги. Значительное количество охранявших уличные акции сотрудников правоохранительных органов первоначально даже выражала солидарность с участниками мероприятий. Однако с наступлением Нового года немалая часть либеральных «лидеров» моментально рванула на заграничные курорты, отложив продолжение митингов на февраль 2012 года. То есть, они зарекомендовали себя отнюдь не в качестве стойких борцов, готовых идти до конца. И это тоже не просто не прибавило сторонников оппозиции, но могло у некоторых её изначальных последователей сформировать отнюдь не восторженное впечатление. Помимо всего прочего, это уже ознаменовало начало выдыхания стремительно набиравшего в конце 2011 года обороты протестного движения.

По аналогии с 1993 годом

Всё это во многом сопоставимо с событиями сентября — октября 1993 года, когда народ, оппозиционные силы разной политической направленности аналогичным образом консолидировались в борьбе за защиту Конституции и основ Советского народовластия, против компрадорского курса «реформ» и узурпации власти ельцинской группировкой. Но соответствующие движение пытались возглавить высокопоставленные государственные деятели, которые сперва вместе с Б.Н. Ельциным стояли у истоков разрушения СССР, запуска ультралиберальных «реформ» и массовой приватизации — их фамилии всем хорошо известны. Но, будучи оттеснёнными от дележа общенародной собственности, начали имитировать оппозиционность, даже использовать фразеологию коалиции народно-патриотических сил в лице ФНС. Однако они при этом не просто не были настроенными идти до конца, но и по сути блокировали инициативы реальной оппозиции (в том числе оппозиционно настроенных депутатов Верховного совета), направленные против диктата прозападной олигархической группировки. Данное обстоятельство не увеличило количество сторонников Верховного совета и Съезда народных депутатов. А ведь протестный потенциал был к тому времени уже, мягко говоря, немалым! Примерно по такому же сценарию, как мы выяснили, развивались болотные протесты в 2011 — 2012 гг..

Не скрывали собственной соглашательской и даже провластной ориентации

Собственно говоря, часть «болотных лидеров» со стороны либералов даже не скрывала своей соглашательской и даже конформистской сущности. Так, в самый последний день 2011 года А.Л. Кудрин, присутствовавший на прошедшем 24 декабря на проспекте Сахарова митинге, признал, что выступал в роли своеобразного посредника между властью и протестующими. 31 декабря 2011 года экс-глава Министерства финансов РФ подчеркнул, что через пять дней после упомянутой акции проводил встречу с В.В. Путиным, «проинформировав» его «о вопросах, поставленных участниками митингов на Болотной и Сахарова». Он «эту же позицию озвучил Владимиру Путину» перед тем, как пойти на митинг. Кроме того А.Л. Кудрин, выступив за отставку председателя Центральной избирательной комиссии РФ В.Е. Чурова, упрекал его отнюдь не за возможное содействие фальсификации итогов выборов в Государственную думу. Основным аргументом бывшего путинского начфина было то, что недоверие россиян к Владимиру Чурову порождает недоверие и к выборам президента Российской Федерации. Алексей Кудрин написал на своей странице в твиттере, что председатель ЦИКа «подведёт власть, если не подаст в отставку сам».

Есть после этого какие-либо сомнения? То есть, часть либералов была озабочена не стремлением сменить курс и правящий режим, а тем, что верхи своими действиями способны настроить народ против себя, что может в перспективе обернуться победой оппозиционных сил. Следовательно, их мотивы были обусловлены всего-навсего стремлением спасти власть правящей группировки, не более того.  А несколько месяцев спустя во время заседания Координационного совета оппозиции ряд его деятелей (вроде К.А. Собчак – той самой, что в разгар протестных выступлений открыто сделала оттолкнувшее немалое количество потенциальных сторонников оппозиции заявление о «норковой революции», представляя дело так, будто основную часть митингующих составляли те, кто выиграл от капитализма и, следовательно, оторван от народа), принимая предложения, касающиеся проведения конституционной, избирательной и судебных реформ, всё же призвали убрать все антипутинские лозунги. Они прямо предлагали всего-навсего влиять на власть, но никоим образом не бороться за её смену.  

Как видим, соответствующие лица не были настроены на последовательную борьбу за смену власти и системы. Впрочем, нуждаются ли в этом те, кто получил от реставрации капитализма и от его укрепления огромную выгоду? Однозначно нет. Более того, высока вероятность, что персоналий, подобным упомянутым лицам, могли использовать во время событий 2011 – 2012 гг. Власть вполне могла через соответствующих деятелей манипулировать либеральной «оппозицией», фактически побуждая их сделать всё, чтобы слить протестное движения. Ради этого некоторые лица и по сути воспрепятствовали развитию массовых выступлений, и, зная, что либеральная идеология не пользуется поддержкой подавляющего большинства россиян, проталкивали своих политических собратьев на первые роли, оттесняя на задворки левых и национал-патриотов. Конечно, пока мы не располагаем конкретными доказательствами по данной теме. В то же время сопоставление событий и фактов наводит на определённые мысли.

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.