23 августа 2022 наступила очередная годовщина с того момента, как в 1939 году был подписан “Советско-германский договор о ненападении и границах”, более известный, как пакт Молотова-Риббентропа. В наше время договор принято осуждать. С 2009 года решением Европарламента в рамках ЕС отмечается так называемый «Европейский день памяти жертв сталинизма и нацизма», приуроченный именно к дате подписания Пакта. В целом ряде восточноевропейских государств — в первую очередь, конечно, речь идёт о Прибалтике и Польше, официальные лица регулярно призывают нашу страну покаяться за «сговор с Гитлером». Пакт является краеугольным камнем всех ревизионистских концепций, авторы которых пытаются в равной мере возложить ответственность за начало Второй Мировой на Третий Рейх и СССР, уровнять нацизм и коммунистическую идеологию. Немало таковых не только за рубежом, но и в среде либеральной псевдоинтеллигенции современной РФ. 

Но давайте разберёмся, а в чём нам собственно предлагают покаяться? Итак, 23 августа 1939 года был подписан Договор о ненападении между Германией и Советским Союзом. Со стороны СССР договор подписывал нарком иностранных дел Молотов, со стороны Германии – имперский министр иностранных дел Риббентроп. От имён подписавших и появилось второе название договора – «пакт Молотова-Риббентропа».

Стороны соглашения обязывались воздерживаться от нападения друг на друга и соблюдать нейтралитет, в случае нападения на одну из стран, подписавших договор, третьей стороны. Так же участники договора обязывались отказаться от участия в группировках держав, прямо или косвенно направленных против другой стороны… Но это ещё не всё. Также к договору прилагался секретный дополнительный протокол о разделе сфер интересов в Восточной Европе.

Секретный дополнительный протокол к Договору о ненападении между Германией и Советским Союзом.

При подписании договора о ненападении между Германией и Союзом Советских Социалистических Республик нижеподписавшиеся уполномоченные обеих сторон обсудили в строго конфиденциальном порядке вопрос о разграничении сфер обоюдных интересов в Восточной Европе. Это обсуждение привело к нижеследующему результату:

1.    В случае территориально-полититческого переустройства областей, входящих в состав Прибалтийских государств (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), северная граница Литвы одновременно является границей сфер интересов Германии и СССР. При этом интересы Литвы по отношению к Виленской области признаются обеими сторонами.

2.    В случае территориально- политического переустройства областей, входящих в состав Польского государства, граница сфер интересов Германии и СССР будет приблизительно проходить по линии рек Нарева, Висла и Сана.

Вопрос, является ли в обоюдных интересах желательным сохранение независимого Польского государства и каковы будут границы этого государства, может быть окончательно выяснен только в течение дальнейшего политического развития. Во всяком случае, оба правительства будут решать этот вопрос в порядке дружественного обоюдного согласия.

3.    Касательно юго-востока Европы с Советской стороны подчёркивается интерес                        СССР к Бессарабии. С Германской стороны заявляется о её полной политической незаинтересованности в этих областях.

4.    Этот протокол будет сохраняться обеими сторонами в строгом секрете.

По уполномочию                                                                               За правительство

  Правительства СССР                                                                      Германии

В. Молотов                                                                                        И. Риббентроп

Так что же, вот он, сговор диктаторов, давший зелёный свет грандиозной бойне? Не всё так просто. Для того, чтобы разобраться в сути произошедшего 23 августа 1939, нам нужно сместиться во времени от этой даты на два десятилетия назад.  

Итак. 29 июня 1919 года в Версале был подписан мирный договор, положивший конец Первой мировой войне. Тем самым было формально закреплено появление новой глобальной геополитической системы, именуемой в историографии Версальской (или Версальско-Вашингтонской). Суть её проста: Англия и Франция на правах стран-победительниц Великой войны, начинают диктовать свою волю всей остальной Европе. Древняя империя Габсбургов демонтируется, на её месте возникает конгломерат новых государств (многих из которых никогда прежде не существовало),ориентирующихся на Лондон и Париж в политическом и экономическом отношении. Побеждённая Германия несёт значительные территориальные потери – 67630 квадратных километров с населением около 5,5 миллионов человек, большинство из которых – этнические немцы. Она была вынуждена выплачивать колоссальную контрибуцию, низвести до жалкого состояния свою армию: совокупная численность Рейхсвера не могла превышать 100 000 человек, без тяжёлого вооружения, авиации и танков. Немцам пришлось сдать Франции в виде концессий на 25 лет всю угледобывающую и часть металлургической промышленности наиболее развитой в индустриальном отношении Рейнской области. Помощник французского премьер-министра Клемансо Андре Тардье непосредственно в ходе Версальской конференции обронил знаковую фразу: «Немцы заплатят за все». Наконец на проигравших была возложена вся полнота ответственности за развязывание Первой мировой, что уже в те годы выглядело явным лицемерием. В Германии Версальский договор не без основания был воспринят, как чудовищный национальный позор. Его неприятие – едва ли не единственный пункт, по которому столь разные политические силы, как КПГ, СДПГ и НСДАП придерживались схожих позиций.

В 1933 году в Германии к власти приходит Гитлер, который, помимо прочего, обещает покончить с несправедливостью Версальской системы — и не бросает слов на ветер. 16 марта 1935 года вместо Рейхсвера создаётся Вермахт, прежние ограничения отбрасываются, в Германии вводится всеобщая воинская повинность. 7 марта 1936 года германские войска занимают демилитаризованную Рейнскую область, французские концессии ликвидируются, регион переходит под полный контрольгерманских органов власти.

Важно понимать: объективно все перечисленные шаги Берлина являлись чудовищной авантюрой. В 1936 французская армия могла просто раздавить германские силы: об этом свидетельствуют документы, прямые признания звучат и в мемуарах немецких генералов. Частично пассивность Парижа объясняется умело проведённой немцами кампанией по дезинформации и игрой на антимилитаристских настроениях во Франции, однако куда более важным обстоятельством является то, что существенная часть крупного капитала Старого Света благосклонно относилась к Гитлеру из-за его крайнего антикоммунизма. В «коричневых» видели средство против «красных». Ни для кого не являлось секретом то, что фюрер лелеет масштабные завоевательные планы, направленные на Восток, т.е. прежде всего против Советской России – эти замыслы прямым текстом изложены в программной «Моей борьбе». Германской военной мощи позволили возродиться с расчётом на то, что она станет тараном, который нанесёт удар по русскому большевизму.

В ночь с 11 на 12 марта 1938 года германские войска без сопротивления входят в Австрию. 10 апреля, по результатам голосования, проведённого одновременно в Австрии и Германии, состоялся Аншлюс (в переводе с немецкого — «объединение») этих государств. Вопреки расхожему мнению, Аншлюс, судя по всему, действительно был отражением народной воли. Австрийцы не отделяли себя от единой немецкой нации. Ещё в 1931 году, т.е. до прихода Гитлера к власти, была предпринята первая попытка объединения Германии и Австрии, завершившаяся, однако неудачей из-за вмешательства других государств (Англии, Франции, Италии).

Так или иначе, Версальская система в Европе начинает трещать по швам. В Азии она была подорвана началом Японо-китайской войны в 1937. Однако о окончательно погубил её, так называемый, Мюнхенский сговор.

30 сентября 1938 года Германией, Великобританией, Италией и Францией было подписано Мюнхенское соглашение, согласно которому Чешские Судеты передавались Германии. Здесь нужен ещё один небольшой экскурс в предысторию. После окончания Первой мировой войны с развалом Австро-Венгерской империи образовалась независимая Чехословакия. В наследство от многих лет (и даже веков) австрийского владычества чехам осталась Судетская область с преимущественно немецким населением — на 1938 год в Чехословакии проживало 14 миллионов человек, из них 3,5 миллионов немцев, большинство из которых – в Судетах (до 90% населения региона). С самого начала значительная часть этих людей стремилась после распада Австро-Венгрии к воссоединению с Германией, однако победители Первой мировой, декларировавшие на словах право народов на самоопределение, отказали в нём судетским немцам. Не пожелала создавать автономию внутри своего молодого государства и Прага. Существенно подстегнул сепаратизм мировой кризис начала 1930-х. И не удивительно — к 1936 году 60% безработных в Чехословакии были немцами.

1 октября 1933 года в Чехословакии образовывается партия «Германский патриотический фронт», в 1935 году переименованная в «Судетскую немецкую партию». Нельзя сказать точно, изначально ли она действовала по указке Берлина, или же нет, но после встречи Гитлера с  Генлейном (её вождём), она представляла собой пятую колонну Рейха. Объективно, у Судетских немцев были поводы к протесту, так как правительство Чехословакии придерживалось националистической (прочешской) позиции в 20-х, начале 30-х годов, однако, во многом благодаря крупным успехам Судетской немецкой партии на выборах, во второй половине 30-х положение Судетских немцев стало понемногу налаживаться. Правительство приняло ряд мер по обеспечению представительства судетских немцев в Национальном собрании, местном самоуправлении, образования на родном языке. Но…

После успеха ремилитаризации Рейнской области и Аншлюса, видя слабость противодействия со стороны Англии и Франции, Гитлер через Генлейна и его партию провоцирует 28 мая 1938 года путч судетских немцев. Цель – на импровизированном референдуме высказаться за присоединение Судетской области к Германии. В случае противодействия со стороны Чехословакии, Рейх должен был оказать помощь восставшим Судетам военной силой. Чехи вводят в Судеты войска и объявляют мобилизацию. Германия готовится к атаке на Чехословакию, однако, в этот момент решительный протест заявляют Франция и СССР. Начинаются многосторонние переговоры…

Здесь мы подходим к чрезвычайно важному пункту – позиции Советского Союза в большой европейской политике 1930-х.

Прежде всего, у СССР также, как и у Германии, не имелось никаких оснований любить Версальскую систему, в которой ему, как сильному государству, вообще не предусматривалось места. Версальская система закрепила огромные территориальные потери исторической России, несмотря на формальное дипломатическое признание, числила Советскую страну едва ли не государством-изгоем. Именно по этой причине в 1920-х годах наблюдалось известное сближение внешнеполитических позиций СССР и Германии. Они сотрудничали, так как вместе пострадали от Версальской системы (примером может служить Раппальский договор 1922, поездки советских специалистов на практику в Германию в начальный период индустриализации).

Однако, с приходом к власти Гитлера в 1933 всё меняется. Наряду с антисемитизмом и корпоративизмом крайний антикоммунизм являлся одной из краеугольных основ гитлеровской политической доктрины. Именно против КПГ была организована подлая провокация с поджогом Рейхстага. Коммунисты стали первыми узниками нацистских концлагерей.  Вспомним также вновь про доктрину «Дранг нах Остен» или «Натиска на Восток», согласно которому жизненное пространство германскому народу следовало искать именно в России. На смену сотрудничеству приходит яростное противоборство.

Не найти в середине 1930-х более решительного критика фашизма, чем «Правда», нет страны, которая в этот период так последовательно боролась бы со всеми его проявлениями, как СССР. Ради этой борьбы даже перестраивается работа Коминтерна с курса на взятие коммунистическими партиями власти на создание широких антифашистских фронтов и объединение со всеми противниками коричневой диктатуры. Сотни добровольцев по призыву Коминтерна едут сражать в Испанию и Китай. Германо-советский антагонизм нарастает – 25 ноября 1936 года Германия и Япония заключают союз, который получает название Антикоминтерновского пакта.

И вот – 1938 на календаре. Советский Союз — единственный, кто предлагает Чехословакии военную помощь в случае германского вторжения. СССР готов выставить ни много ни мало 136 дивизий. 26 июля 1938 года Киевский военный округ переименовывается в Киевский особый военный округ. Советская страна готовится протянуть Праге свою крепкую руку. Однако, СССР в 1938 году не имеет общей границы с Чехословакией, для оказания помощи необходимо, чтобы наши войска прошли через территорию Польши или Румынии. Между тем с этими странами мы имели весьма натянутые отношения. Последнее было связано с присвоением в ходе Гражданской войны и последующей оккупацией территорий, исторически принадлежавших России, с преимущественно белорусским, украинским и молдавским населением, о чём подробнее ниже. Ясно, что по своей воле разрешения на проход войск они не дадут, однако, эти страны являются союзниками Англии и Франции и членами Лиги наций (своеобразный аналог ООН 1920-1930-х). Именно поэтому советский представитель в Лиге наций поднимает вопрос об организации миротворческих сил Лиги наций для защиты государств, подвергшихся агрессии (конкретно подразумевается Чехословакия) и… Англия и Франция блокируют эти предложения. Польша категорически отказывается пропускать советские силы. Наконец, даже сама Чехословакия отказывается от помощи, уповая на своих французских союзников, даже и не догадываясь, что ждёт её впереди…

Итак, 30 сентября 1938 года Германией, Италией, Великобританией и Францией (но без участия в переговорах самой Чехословакии: президента  Бенеша поставили перед решениями конференции, как перед свершившимся фактом!) был подписан документ, вошедший в историю, как Мюнхенское соглашение, или Мюнхенский сговор, согласно которому Судеты отторгались от Чехословакии в пользу Германии. Причины подписания договора Гитлером и его итальянским союзником понятны, но почему предали своих чешских партнёров Англия и Франция? Причина одна – желание столкнуть возрождающуюся Германию и СССР.

По меткому высказыванию Уинстона Черчилля: «Если бы мы все тогда собрались вместе, то легко смогли бы свернуть Гитлеру шею». Вторая мировая война была бы предотвращена в зародыше, или протекала бы значительно легче, завершившись быстрой уверенной победой антифашистского блока, но, как записал в своём дневнике  заместитель министра иностранных дел Великобритании Кадоган в сентябре 1938 года:

Премьер-министр (Чемберлен) заявил, что он скорее подаст в отставку, чем подпишет союз с Советами.

Лозунг английских консерваторов тогда был: «Чтобы жила Британия большевизм должен умереть». Позиция Франции практически не отличалась от английской, более того, в разгар Чехословацкого кризиса посол Франции в этой стране потребовал прекращения переговоров между Чехословакией и СССР, заявив следующее:

Если чехи объединятся с русскими, война может принять характер крестового похода против большевиков. Правительства Англии и Франции в этом случае так же не останутся в стороне (читай — помогут Германии).

Именно желанием ряда политических кругов Франции и особенно Англии натравить Германию на СССР объясняется та лёгкость, с которой Гитлеру удалось взять под свой контроль Рейнскую область, Австрию, а затем и Судеты с Чехией. Правительства Англии и Франции ждали и надеялись, что скоро Германия обрушится всей своей мощью на  главного их антагониста – первое в мире социалистическое государство – СССР.

Казалось, что именно к этому всё идёт: ключевые постулаты «Майн Кампф» о жизненном пространстве на востоке; ярый антикоммунизм Гитлера; германо-советский антагонизм, приведший к созданию Антикоминтерновского блока; война в Испании; практически непрекращающиеся столкновения между СССР и Японией (союзницей Германии по Антикоминтерновскому пакту) в Маньчжурии и ещё кое- что – польско-германские переговоры о нападении на СССР.

Мы переходим к позиции Польши – этого европейского шакала, готового присвоить, если представится возможность, территории любого из своих соседей. Исключительно низко и подло звучит нынешнее яростное облаивание Польшей пакта Молотова-Риббентропа в свете заключения самими поляками в 1934, ныне, к сожалению, малоизвестного Договора о ненападении между Германией и Польшей или пакта Гитлера-Пилсудского (последний — де факто диктатор Польши, ярый антикоммунист и русофоб). Особенно интересна статья третья данного пакта – обязательство правительства Польши обеспечить беспрепятственное прохождение по своей территории германских войск, в случае если эти войска будут призваны отразить провокацию с востока или северо-востока. Фактически, это означает, что путь на СССР для немецкой армии открыт, более того, что, с большой долей вероятности, Польша в этом случае выступит на стороне Германии. Уже после войны ряд бывших членов министерства иностранных дел Германии писали о том, что от Бека (Юзеф Бек – министр иностранных дел Польши в 1932-1939 годах, кавалер ордена Белого орла [за успешное присвоение Польшей Тешинской области Чехословакии] и обладатель портрета Гитлера в полный рост, висевшего в его кабинете) в1936 и 1937 годах поступали прямые предложения о совместной агрессии Германии и Польши против СССР, на условии создании Польши в границах 1772 года (т. е. Польши «от моря до моря»), от которого, однако, Гитлер, видя слабость Вермахта относительно Красной Армии и не до конца уверенный в нейтрально-одобрительной позиции Англии и Франции, отказался. Тем не менее, Польша по отношении к Германии занимает позицию практически союзническую: во время Чехословацкого кризиса польские войска концентрируются на границе с чешской Тешинской и Карпатской областями и во время развала Чехословакии в ультимативной форме вытребовала первую и чуть не ввязалась в войну из-за второй (с другим союзником Германии – фашистской Венгрией , которой Гитлер решил скормить эту часть Чехословакии).  

Вообще, к 1939 году Польшу ненавидели, и не без основания, все её соседи: чехи – за активное участи в расчленение их страны; венгры – за почти начатую во время этого расчленения войну (спас только окрик из Берлина); литовцы – за постоянный риск быть поглощенными «Великой Польшей», неоднократно выказывавшей стремления подобного рода и уже имевшей в своем составе на 1939 год город Вильнюс (в Польше – Вильно); СССР – за исключительно агрессивную внешнюю политику (Польша “от можа до можа”), ярый антикоммунизм (при Пилсудском ничуть не уступавший гитлеровскому), а главное,- за оккупацию территорий восточной Белоруссии и Украины и чудовищные притеснения украинского и белорусского населения (лишь немногим недотягивающим до гитлеровских). В 1920-х годах сами понятия «белорус» и «украинец» находились в Польше под запретом, правительством целенаправленно велась работа по переселению в восточные (т. е. населённые украинцами и белорусами) области на крайне привилегированных условиях так называемых «осадников». Фактически, эти польские переселенцы отправлялись туда как колонисты, в пользу осадников у украинцев и белорусов без компенсации было отнято 600 000 гектаров пашни. Украинский и белорусский языки (не говоря уже о русском) находились под запретом, на родном языке можно было получить только домашнее образование. Осадники имели существенные налоговые послабления, наделялись правом иметь оружие. Пилсудский неоднократно заявлял, что в Великой Польше никаких украинцев и белорусов быть не должно. Для тех же, кто осмеливался бороться, был, при участии немецких специалистов, возведён концентрационный лагерь Берёза-Картузская…

Особо следует отметить, что даже по планам Англии и Франции – создателей Версальской системы — восточная граница Польши должна была проходить по так называемой “линии Керзона”, которая была рекомендована в качестве восточной границы Польши Верховным советом Антанты 8 декабря 1919 года. По итогам Польского похода Красной армии, начатого 17 сентября 1939 года, в ходе которого ею были заняты территории, определённые в Советскую сферу влияния пактом Молотова-Риббентропа, было выполнено распоряжение самих же творцов Версальской системы – Англии и Франции (о чём было сказано Черчиллем в сентябре 1939 года по итогам польских событий).

С Германией же у поляков отношения испортились так… По итогам Первой мировой войны Данциг (ныне польский Гданьск), принадлежавший до войны Германской империи, город с преимущественно немецким населением, был объявлен вольным городом под мандатом Лиги наций, однако Польше были предоставлены в нём особые права. Данциг жил по польским законам, с польской полицией, Польша могла без уплаты пошлин использовать Данцигский порт. В целом, проблема помимо Данцига затрагивала достаточно значительный участок территории, до Первой мировой войны принадлежавший Германской империи, а после ставший частью Польши под именем Поморского воеводства, больше известный, как «польский коридор». До 50% населения Коридора составляли немцы, которые после включения этой территории в состав Польши, целенаправленно вытеснялись поляками в Германию. В общем и целом ситуация здесь была сродни осадничеству (хотя и в значительно более мягкой форме).

К 1939 Гитлер, поставивший себе цель покончить с Версальской системой и вернуть все утраченные Германией по итогам первой мировой войны территории, обрел существенную военную мощь и приступил к завершающей части своего замысла. 15 марта 1939 года из состава коллапсирующей Чехословакии выходит Словакия, которая немедленно становится союзником Германии. Тогда же оставшаяся часть страны под угрозой немецкого вторжения и по формальному согласию чешского премьер министра Гахи превращается в германский протекторат Богемия и Моравия, фактически, полностью подконтрольный Рейху. Примерно в это же время Германия выдвигает свои предложения к Польше, причём несравненно более умеренные, чем к Чехословакии (которые были проглочены Англией и Францией год назад). Вот они: передать Германии Вольный город Данциг (вольный, не польский!); разрешить построить не облагаемую налогом шоссейную дорогу из Померании в Восточную Пруссию (отрезанную польским коридором от Германии). И всё! Но поляков подвёл знаменитый польский гонор – ответом Берлину стал решительный отказ. Просьбы Германии перерастают в требования – в ответ в Польше начинается антигерманская истерия: газеты пестрят шовинистическими лозунгами, в Данциг вводятся польские войска, на территории Польского коридора идут германские погромы, конфискуется имущество у лиц немецкой национальности. Гитлер принимает решение ликвидировать ставшего неожиданно несговорчивым союзника, ещё столь недавно, как шакал, подбиравшего крохи со стола главного хищника Европы.

В это самое время Советский Союз предпринимает последние попытки создания системы коллективной безопасности в Европе: в Москве проходят советско-англо-французские переговоры. Однако многое уже изменилось: в мае 1939 года нарком иностранных дел Литвинов был заменён на этом посту одним из виднейших партийных функционеров и соратников Сталина – Молотовым. Литвинов придерживался в дипломатии атлантистской ориентации, однако Англия и Франция (по уже указанным мной соображениям) признавать СССР в качестве равной себе великой державы не желали, уклонялись от взятия на себя любых конкретных обязательств по противодействию агрессии фашизма. Требовалось иное решение…

Литвинова сменяет Молотов, и вместе с ним на место относительно робкой внешней политик СССР приходит политика решительная, опирающаяся на огромные успехи индустриализации и очень существенную военную мощь. От Вячеслава Михайловича требуют добиться быстрого подписания конкретных соглашений по системе коллективной безопасности в Европе или решить проблему иным способом. 11 августа 1939 года английские и французские представители прибывают в Москву. Советскую сторону представляет нарком обороны Ворошилов и другие представители высшего военного командования СССР, английскую же делегацию возглавляет…заместитель посла Великобритании в СССР, а французов — престарелый генерал Думенк. Английскому представителю были даны прямые инструкции на затягивание переговоров. Думенк и вовсе проговорился, что полномочий на подписание какого-либо документа он не имеет…

Видя, что переговоры ни к чему не приводят, что Англия и Франция заявляют о готовности подписать документ только на дискриминационных по отношению к СССР условиях, при которых, в случае объявления третьей стороной войны СССР, Англия и Франция не берут на себя никаких конкретных обязательств, а во время нападения на Англию или Францию СССР обязывается предоставить им немедленную прямую военную помощь, что, наконец, в целом английский и французский представители практически не имеют полномочий и только затягивают процесс, перед лицом грозящей вот-вот разразиться войны, переговоры прерываются. Ещё на речи на XVIII съезде ВКП(б) Сталин заявил, что СССР ни для кого таскать каштаны из огня не станет. Обретает контуры иное решение – договор о ненападении и разграничении сфер интересов между СССР и Германией.

В условиях провала (а точнее преднамеренного срыва Англией и Францией) переговоров о коллективной безопасности в Европе, для защиты своей страны и своих национальных интересов, имея в виду возможность возвращения утраченных по итогам Первой мировой, Гражданской и Советско-польской войн территорий, мы начинаем переговоры с Германией. Берлину, отметим уже принявшему принципиальное решение о войне с Польшей, необходимо сократить количество потенциальных союзников Варшавы. Германии, как и СССР, нужен договор. И вот в кратчайшие сроки (с 20 по 23 августа 1939 года) стороны составляют и подписывают в Москве Договор или пакт Молотова-Риббентропа. 1 сентября начинается Война. Польша, ещё недавно похвалявшаяся на страницах своих газет, если грянет гром, дойти до Берлина, терпит жесточайшее поражение. 16 сентября 1939 года польское правительство бежит в нейтральную Румынию.

В условиях фактического крушения польской государственности, СССР 17 сентября 1939 года начинает Польский поход Красной армии. В ходе него в состав России-СССР возвращаются западные Украина и Белоруссия, население которых, наконец избавленное от осадников, встречало Красную армию как освободительницу. 28 сентября 1939 года был подписан Договор о дружбе и границах, окончательно определивший границу СССР и Германии. 1 октября сэр Уинстон Черчилль, которого трудно заподозрить в симпатиях к Советскому Союзу и большевизму, в своём выступлении по радио следующим образом высказался о событиях в Восточной Европе:

…Россия проводит холодную политику собственных интересов. Мы бы предпочли, чтобы русские армии стояли на своих нынешних позициях как друзья и сотрудники Польши, а не как захватчики. Но для защиты России от нацистской угрозы явно необходимо было, чтобы русские армии стояли на этой линии…

И это действительно так. Помимо восстановления исторической справедливости, Польский поход отодвинул границы СССР на 250-300 километров к западу, что оказалось поистине бесценно для нас в роковом 1941.

В 1940 году СССР бескровно восстанавливает контроль над Бессарабией. Наступил конец Прибалтийским лимитрофам – все они включены в состав СССР. В ходе Советско-финской войны СССР возвращает Карелию. Понятно, современные правительства Литвы, Латвии, Эстонии, Финляндии и Румынии, игравшие тогда роль «санитарного кордона» и по существу вернувшиеся к ней теперь, рисуют эти события в чёрных красках. Но не пора ли нам, перефразируя Черчилля, смотреть на них через призму собственных интересов – твёрдо и холодно? Особенно в нынешних политических реалиях, когда нам вновь приходится вести решительную силовую политику для обеспечения своей самообороны и, не побоюсь этого слова, права на существование…

Резюмируя, хотелось бы сказать следующее:

1.    Пакт Молотова-Рибентропа был выгоден Советскому Союзу, вернувшему благодаря ему огромные территории и получившему ещё 2 года на подготовку страны, армии и промышленности к войне (добавлю — это время было потрачено далеко не зря).

2.    В свете сознательного срыва переговоров о системе коллективной безопасности в Европе Англией и Францией, данный путь в принципе представлялся для СССР единственно возможным. Пытаться спасти тех, кто не хочет спасаться – занятие неблагодарное..

3.    Заявления со стороны Польши, прибалтийских государств, внутренних врагов и прочих “доброжелателей”, стремящихся приравнять подписание Пакта к вступлению в войну на стороне Германии следует считать ничем иным, как гнусными, лживыми и не заслуживающими внимания инсинуациями.

Каяться нам, товарищи, не за что! А тем, кто это предлагает, не грех бы оборотиться на себя, ибо рыльце в пушку. Именно позиция Англии и Франции позволила родиться и окрепнуть голодному кровожадному зверю в центре Европы. Вот только, вопреки ожиданиям «селекционеров» начал он именно с тех, кто столь старательно взращивал его, как цепного пса для охраны от «красной угрозы с Востока». Нашей вины здесь нет.

Иван Мизеров

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.