Рождение большевизма

Рождение большевизма

По материалам публикаций на сайте газеты «Советская Россия»

Произошло это слово от «большинства», а большинство всегда требует к себе пристального внимания. Владимир Ильич Ленин писал, что «большевизм существует, как течение политической мысли и как политическая партия с 1903 года». А чтобы глубоко изучить большевизм, подчеркивал он, надо обратиться к съездовским протоколам: «Именно протоколы партийного съезда и только эти протоколы показывают нам, насколько нам удалось в действительности смести все остатки старых, чисто кружковщинских связей и заменить их единой великой партийной связью. Каждый член партии, если он хочет сознательно участвовать в делах своей партии, обязан тщательно изучать наш партийный съезд, – именно: изучать, потому что одно чтение груды сырого материала, составляющей протоколы, еще не дает картины съезда».

С тех пор протоколы РСДРП (Российской социал-демократической рабочей партии) издавались, комментировались учеными и партийными деятелями, однако сейчас являются библиографической редкостью, да и партийная учеба, увы, ограничивается небольшим списком первоисточников, куда эти протоколы не входят, что требует их переиздания и широкого изучения во всех подразделениях партпросвещения КПРФ. Общеизвестно, но напомним: к началу XX века Россия стала средоточием капиталистического, феодального и военного угнетения, что обусловило приближение революции и перемещение сюда центра мирового освободительного движения с рабочим классом как его авангардом. Для совершения революции же нужна была боеспособная марксистская партия – новая, порвавшая с соглашателями из II Интернационала, построенная на основе единства ее программы, стратегии, тактики.

«…Дайте нам организацию революционеров, – пишет Ленин в книге «Что делать?», – и мы перевернем Россию!» А чтобы преодолеть кружковщину, кустарничество, разобщенность революционной работы, следовало идейно разбить «экономистов» и прочих оппортунистов, необходима была общерусская нелегальная газета, каковой явилась «Искра», где напечатано более пятидесяти ленинских статей, всесторонне разработавших идеологические и организационные принципы революционной партии нового типа. План проведения съезда Владимир Ильич наметил еще в декабре 1902 года; а за несколько недель до съезда создает продуманную детально программу его, проекты резолюций, составляет таблицу состава съезда, соотношения различных сил на нем, предвидя острую борьбу, горячую полемику, что вполне подтвердится в дальнейшем.

Беру с книжной полки толстый том – 850 страниц! – протоколов Второго съезда РСДРП и перелистываю не раз читанное и перечитанное, и мысленно представляю происходившее в то время. Если Первый съезд в Минске, по существу, лишь провозгласил создание партии, то Второй съезд создал ее с Программой и Уставом. Открылся Второй съезд РСДРП 30 (17) июля 1903 года в Брюсселе – в бывшем складском помещении на площади Дю-Тоон, и работал до 6 августа (24 июля), проведя 13 заседаний. Один из делегатов писал: «Участники этого важнейшего события не замечали или не хотели замечать бедности помещения, простых скамей, скромного помоста для президиума. Солнце посылало свои лучи сквозь огромные алые полотнища, драпировавшие окна, и наполняло зал розовым светом. Большинство делегатов были молоды, счастье наполняло и ветеранов. Их было 52 человека, но, когда они запели «Интернационал», им казалось, что вместе с ними поют все, кто послал их сюда, кто остался там, на родине».

Однако тамошняя полиция не дремала. Явно по просьбе царской охранки, она стала требовать закрытия съезда, и делегатам пришлось перебраться в Лондон, возобновив работу 11 августа (29 июля) и проведя 24 заседания. На съезде собрались 26 социал-демократических организаций, которые представляли Петербург и Москву, Закавказье и Украину, Крым и Поволжье, Сибирь и Урал, города промышленного центра России. Вспоминая о съезде, Владимир Ильич напишет: «Русской демократии приходится пережить последний трудный переход к партийности от кружковщины, к сознанию революционного долга, от обывательщины к дисциплине, от действования путем сплетен и кружковых давлений».

Переход этот дался самому Ленину нелегко, очень нелегко. Как писала Надежда Константиновна Крупская, делегат с совещательным голосом, он даже заболел было, но к врачам обращаться не стал, поборов болезнь своей железной волей. Припомнила она и разговор Владимира Ильича – потом воспроизведенный в его книге «Шаг вперед, два шага назад» – с одним «центристом», недовольным перебранкой на съезде, на что Ленин решительно возразил: «Какая превосходная вещь – наш съезд! Открытая, свободная борьба… Оттенки обрисовались. Группы наметились. Руки подняты. Решение принято. Этап пройден. Вперед! – вот это я понимаю. Это – жизнь. Это не то, что бесконечные, нудные интеллигентские словопрения, которые кончаются не потому, что люди решили вопрос, а потому, что устали говорить…»

Хотя большинство делегатов съезда были сторонниками «Искры», то есть ленинцами, но и противников у них насчитывалось немало, как «центристов», так и колеблющихся. Вдумаемся в следующие цифры. Твердые искровцы имели 24 голоса; 9 – мягкие, шедшие за Мартовым; откровенные антиискровцы – 8 голосов (3 «экономиста» и 5 бундовцев); остальные 10 голосов – колеблющееся «болото». Это предполагало острейшую борьбу буквально вокруг каждого вопроса, а ведь предстояло принять Программу и Устав РСДРП, избрать руководящие органы. В таких трудных условиях Владимиру Ильичу удалось, казалось бы, невозможное. Недаром им был составлен подробный предварительный план съездовской работы и выполнялся в самом главном неукоснительно. Поэтому Ленина избрали и в бюро съезда, и в программную, организационную, мандатную комиссии; он неоднократно председательствовал на заседаниях, выступал чуть ли не по каждому вопросу, сплачивая вокруг твердых искровцев подлинно революционных делегатов.

Яростная борьба – это видно даже по бесстрастным протокольным записям – началась с первого же заседания, когда рассматривались вроде бы технические вопросы: о регламенте, о повестке дня, по отчету мандатной комиссии, и закончилась борьба эта победой Ленина, в полном согласии с его предварительным планом. Обезвредил Владимир Ильич и бундовцев, предлагавших построить РСДРП на федеративных основах, что шло вразрез с принципами централизма и пролетарского интернационализма. Бундовцы вынуждены были отступить, пусть и затаились со своей «исключительностью» и некой «особостью». Ленин указал им место – лишь в общих рядах рабочего класса всех национальностей, лишь среди партийцев-интернационалистов. Причем Дмитрий Ильич Ульянов, младший брат Владимира Ильича, искровец большинства, замечал: «Все принципы, выдвигаемые Лениным, оказались правильными не только для России и для нашей партии, но и для всемирного революционного движения».

Победили ленинцы и в схватке с «экономистами» В.П. Акимовым и А.С. Мартыновым, бундовцем М.И. Либером – они пытались свести на нет революционную направленность партии. К тому же Акимов и Мартынов попробовали опровергнуть марксистский тезис о внесении социалистического сознания в рабочее движение, разглагольствовали о «стихийности» этого движения, отрицая тем самым руководящую роль партии. Выступили оппортунисты и против необходимости диктатуры пролетариата, чисто формально ссылаясь на то, что в программах западноевропейских партий такого пункта нет. Их, по сути, поддержал Л.Д. Троцкий, заявивший, мол, данный пункт возможен будет, когда пролетариат станет «большинством нации», когда партия и рабочий класс… сольются. Речь Льва Давыдовича была безапелляционной, высокомерной – еще и поэтому многие разделяли мнение С.И. Гусева, делегата от Донского комитета, что заявление Троцкого и он сам не вызвали «никаких симпатий». И вот результат – все предложения и поправки оппортунистов отвергнуты, а поведение Троцкого фактически осуждено.

«…Троцкий, – размышлял позже делегат от Саратовского комитета М.Н. Лядов, – он возомнил себя вождем, и на съезде заговорил с таким апломбом к самоутверждению, что сразу восстановил против себя всех приехавших с мест работников, среди которых преобладали более опытные люди, прошедшие гораздо больший стаж работы в массах и руководства массовым движением рабочих. Немудрено поэтому, что на выступления Троцкого, вздумавшего поучать делегатов, ему ответили кличкой «Балаболкин», которая очень прочно сразу приклеилась к нему».

О том же писала и Крупская, подчеркивая, что Троцкий превратился «в ярого противника Ленина». А Владимир Ильич, в отличие от него, постоянно общался с делегатами, заботился о них. Прочтем, что вспоминал делегат съезда от Тульского комитета С.И. Степанов: «И в Брюсселе и в Лондоне наряду с работой съезда Ленин не забывал о наиболее продуктивном использовании нашего пребывания за границей, чтобы познакомить нас с тем, как живут рабочие Европы. Еще и еще раз он старался убедить нас в неизбежности революционных боев, в необходимости для рабочего класса своей революционной партии – чтобы взять власть в свои руки и осуществить диктатуру пролетариата для окончательной победы над эксплуататорами».

Еще одна тема для споров – положение крестьянства. Отвергая роль крестьянства как союзника пролетариата, оппортунисты хотели свести аграрную проблему к общим, мало что значащим фразам. В.И. Ленин аргументированно защищал аграрный раздел программы, полагая в будущем выдвинуть требование конфискации помещичьей земли и национализации всей земли, о чем он писал и раньше, до съезда. Ленинское предложение не сводить дело только к возвращению «отрезков» и тому подобным частностям было поддержано большинством, и аграрная часть принята в итоговом документе. Таким образом, роль крестьянства возвысила его общественное значение, что в дальнейшем обеспечило поддержку им пролетариата, а это, в свою очередь, помогло успешно совершить Октябрьскую революцию и начать преобразование деревенской жизни на социалистических началах, провести коллективизацию, сперва в виде товариществ по совместной обработке земли, а потом и хозяйств коллективных, что с реалистической правдивостью, не затушевывая проблем и недостатков, описано будет в произведениях Михаила Шолохова и Вячеслава Шишкова, Александра Твардовского и Андрея Платонова, Сергея Залыгина и Василия Белова…

Не мог не вызвать споров и национальный вопрос, тем более, что он был тщательно разработан Лениным в статьях его в «Искре» и особенно в работе «Национальный вопрос в нашей программе». Оппортунисты это прекрасно знали, приготовившись к словесному бою. Польские социал-демократы и бундовцы принялись нападать прежде всего на право наций на самоопределение. Поляки думали, будто это будет на руку их националистически настроенным соотечественникам, а бундовцы пытались подменить этот пункт «национальной-культурной автономией». Ленинские принципы и здесь восторжествовали, благодаря дальновидности, которая предусматривала привлечение на сторону революции всех угнетенных при царизме национальностей России, целенаправленное их приобщение к просвещению и созидательной деятельности на принципах пролетарского интернационализма.

Наиважнейшей победой Ленина на съезде было принятие Программы партии, состоящей из двух разноцелевых частей: программы-минимум и программы-максимум. В программе-минимум формулировались ближайшие задачи – свержение царизма и буржуазно-демократические преобразования, в программе-максимум – преобразования уже социалистические, конечной целью которых намечалось построение социалистического общества. После смерти К. Маркса и Ф. Энгельса впервые в истории международного рабочего движения была принята революционная по ее сущности Программа; на тридцать седьмом заседании съезд принял резолюции, в которых определялась стратегия и тактика партии в ближайшее время. Тут и отношение к либералам, к социал-революционерам – эсерам, к учащейся молодежи, а также к вопросу о демонстрациях, о профессиональной борьбе и другим видам политического протеста.

Искровское направление Второго съезда выразилось в решении сделать «Искру» Центральным органом партии, и этим наглядно подтвердить заслуги газеты в разоблачении оппортунизма, в теоретическом и практическом развитии марксизма, в борьбе за единство партийных рядов, за незыблемые нормы партийной жизни. Это было тем паче важно, поскольку при обсуждении проекта Устава партии, написанного Лениным, разгорелась острейшая борьба. Особенно когда речь шла о членстве в партии. Вроде бы несложный вопрос – должен ли каждый партиец участвовать в работе партийной организации или он может не входить в нее? Ленин отвечал на этот вопрос однозначно: обязан входить и активно в ней работать. Мартов, напротив считал, что член партии может и не входить в какую-либо парторганизацию, то есть не участвовать в ее работе, и, следовательно, не подчиняться партийной дисциплине. «Наша задача, – говорил Ленин на съезде, – оберегать твердость, выдержанность, чистоту нашей партии. Мы должны стараться поднять звание и значение члена партии выше, выше и выше – и поэтому я против формулировки Мартова».

Мартовская формулировка не обеспечивала приход в партию исключительно идейных, преданных революции людей, давала возможность проникнуть в партийные ряды людям случайным, неустойчивым. Столкновение двух подходов к первому параграфу Устава привело к расколу между искровцами. Отколовшееся меньшинство возглавлял Ю.О. Мартов, объединившись с антиискровцами и «болотом», получило перевес, и 28 голосами против 22 (при одном воздержавшемся) съезд принял формулировку Мартова. Хотя твердые искровцы не смутились и повели свою борьбу дальше, например, по вопросу о роли партийных центров. Прежде всего это касалось Центрального Комитета. Оппортунисты предлагали ограничить право его распускать местные комитеты, считать обязательными лишь те постановления ЦК, что носят общепартийный характер. Но съезд не принял такие предложения, поддержал В.И. Ленина и твердых искровцев.

Делегат от Петербургского комитета А.В. Шотман писал: «Нужно было слышать Ленина, с какой горячностью и настойчивостью отстаивал он свою формулировку, чтобы понять, какое огромное значение он придавал правильной организации партии… Нужно, чтобы каждый достойный называться членом революционной пролетарской партии принимал активное участие в ее опасной работе, а не только оказывал какое-то содействие. Не может быть членом партии какой-либо либеральный буржуа, предоставивший свою квартиру под собрание кружка». Так что, исключая компромисс в случае с первым параграфом, съезд принял Устав в ленинском варианте, а на Третьем съезде РСДРП – скажем, забегая вперед – Устав утвердили уже в редакции Владимира Ильича.

Когда делегаты приступили к обсуждению работы в районных и национальных организациях, снова засуетились бундовцы, требуя признать их единственными представителями еврейского пролетариата в России. Разделить всех по национальному признаку было ничем иным, как буржуазным национализмом, на это съезд пойти не мог и отверг эти притязания. Бундовцы обиделись и ушли со съезда, а вместе с ними и два «экономиста» из «Союза русских социал-демократов за границей». Уход тех семи человек дал перевес твердым искровцам, что сказалось на выборах центральных учреждений партии. Ленин и его сторонники, получив большинство голосов, разбили оппортунистов, и те оказались в меньшинстве Так вот и обозначились наименования – большевики и меньшевики. В редакцию «Искры» избраны В.И. Ленин, Ю.О. Мартов, Г.В. Плеханов; в Центральный Комитет РСДРП – Г.М. Кржижановский, Ф.В. Ленгник, В.А. Носков, все искровцы большинства. Георгий Валентинович Плеханов тоже придерживался искровских позиций, поддерживая Ленина по основным вопросам. А вокруг Владимира Ильича сплотились принципиальные, энергичные, отважные революционеры – Н.Э. Бауман, Б.М. Кнунянц, П.А. Красиков, С.И. Гусев, Р.С. Землячка, А.В. Шотман, Д.И. Ульянов, Л.М. Книпович, О.А. Пятницкий, А.М. Стопани и многие другие.

Второй съезд РСДРП имел великое политическое и теоретическое значение в коммунистическом движении, как в российском, так и в мировом. В Программе, Уставе, в выступлениях В.И. Ленина освещены были важнейшие вопросы борьбы рабочего класса: социалистическая революция, диктатура пролетариата, его гегемония, учение пролетарской партии нового типа, отношение к крестьянству, взаимоотношения между национальностями, непримиримость к любым видам оппортунизма. Решения съезда осветили людям путь к построению справедливого общества, которое возможно лишь на основах марксизма-ленинизма, под руководством Коммунистической партии, что и было доказано в ходе созидания Советского государства, с честью победившего в Гражданской войне и в Великой Отечественной, быстро восстановившего народное хозяйство после войны.

Изучение протоколов Второго съезда РСДРП помогает нынешним коммунистам отчетливее видеть связь времен – и последовательную, но и подчас прерывистую, – твердо осуществлять на практике решения КПРФ, наследницы РСДРП, яснее понимать и устранять недостатки в работе, особенно такие, как определенный разрыв «верхов» и «низов», излишнее увлечение работой в буржуазных законодательных собраниях, депутатское самомнение, этакая разновидность «комчванства», кампанейщина, формализм. Поэтому будем всегда помнить прозорливые ленинские слова: «Если мы не будем бояться говорить даже горькую и тяжелую правду напрямик, мы научимся, непременно и безусловно научимся побеждать все и всякие трудности»

Эдуард ШЕВЕЛЁВ

Петербург – Ленинград

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *