Практика показывает, что даже часть представителей сторонников левого движения считает преждевременным открыто демонстрировать идеологическое лицо Компартии, прямо ставить вопрос о социализме. Так, некоторые пользователи интернета, комментируя размещённые на нашем сайте материалы, утверждали, что народ якобы не желает смены модели развития, о чём свидетельствуют результаты голосований на выборах разных уровней за последние годы. На этом основании они призывали по сути ограничится «малыми делами». Разумеется, ради формирования коалиции также раздавались призывы к политическому форматированию и т.д.

На самом деле нет оснований для политического пессимизма. Однако сперва мы обратим внимание на то, что любая коалиция так или иначе формировалась на основе определённой политической силы, участвовавшей в ней. Какая конкретно политическая платформа должна лечь в основу консолидации – зависит от конкретной обстановки в стране, от умонастроений избирателей. Скажем, в начале 1990-х годов Компартия Российской Федерации не претендовала на ведущую роль в коалиции левопатриотических сил – во Фронте национального спасения (ФНС). Де-факто идейно-политическая платформа была сформулирована на основе принципов, отстаиваемыми национально-патриотическими силами и «демократами» с государственническим уклоном. Некоторые спросят – чем была продиктована соответствующая тактика КПРФ? А всё дело в том, что тогда народ России, уже начав утрачивать доверие к прозападным ельцинским «реформаторам», по инерции оставаясь под гипнозом антисоветской пропаганды, ещё не разделял коммунистической идеологии. Однако с 1995 года, когда КПРФ заняла первое место на выборах в Государственную Думу, когда в настоящее время стремление общества к Ресоветизации налицо, то ситуация принципиально изменилась. И, соответственно, настало время прямо пропагандировать целесообразность выбора социалистического пути развития.

Что же касается выборов 1996 года, то не будем забывать о таких явлениях, как установление контроля Кремля и олигархов над средствами массовой информации с целью развёртывания антикоммунистической пропаганды, применение административного ресурса, фальсификация результатов голосования. Это во-первых. Во-вторых, после августовской финансовой катастрофы 1998 года народ окончательно отвернулся от «демократов» и либералов и активно поддерживал политику правительства Евгения Примакова и Юрия Маслюкова, действительно усилившего государственное участие в экономике, стремившегося пересмотреть в судебно-следственном порядке результаты приватизации. Между прочим, во время последующих избирательных кампаний в период «нефтяного бума» путинская команда и нынешняя «партия власти» смогли привлечь внимание немалой части избирателей именно перехватом части лозунгов левопатриотической оппозиции. Ни для кого не секрет, что построение «вертикали власти» с целью пресечения сепаратизма руководителей субъектов РФ, непоследовательная, но борьба с отдельными представителями олигархического капитала в начале 2000-х годов, попытка распространить на них принципы законности, ограниченная, но реализация «национальных проектов» в социальной сфере, создание государственных корпораций и институтов промышленной политики, «Мюнхенская речь» и фрагментарные, но определённые самостоятельные шаги во внешней политике (защита Южной Осетии и Абхазии, воссоединение с Крымом), — всё это было заимствовано из программных положений ГКЧП, Фронта национального спасения, КПРФ и НПСР, из предвыборной программы А.М. Макашова на выборах 1991 года, из предвыборной программы Г.А. Зюганова, которую он выдвигал на всех последующих выборах. Тогда немалое количество россиян действительно поверили, что режим якобы меняет курс. И на этом основании многие готовы были закрыть глаза на все деструктивные процессы и на разрушительные эксперименты правящих кругов.

Однако сейчас верхи перестали имитировать смену курса и в открытую взяли на вооружение старые неолиберальные методы. Неудивительно, что на фоне усиления антинародной составляющей проводимой политики, эскалации экономического, социального и демографического кризиса, усиления уязвимости международного положения России, протестные настроения нарастают. Но к чему стремятся жители нашей страны?

Проводившиеся в течение последних лет социологические опросы и многочисленные онлайн-голосования однозначно свидетельствуют о возрастании общественного запроса на осуществление «левого поворота». Сперва напомним о результатах голосования в интернете во время трансляции в 2008 году по телевидению проекта «Имя России», об итогах голосований телезрителей во время показала передач «Суд времени» и «Исторический процесса» в 2010 – 2012 гг. Большинство выражало солидарность с просоветской позицией. Однако дело этим не ограничивается. Практически каждый год мы узнаём об эволюции воззрений народа.

Прежде всего, не следует закрывать глаза на положительные оценки со стороны россиян политики Советской власти, проводившиеся в первые послереволюционные десятилетия. Так, в 2019 году отнюдь не коммунистический «Левада-центр» обнародовал данные исследования общественного мнения, которые говорили о следующем – рейтинг Иосифа Виссарионовича Сталина составил 70 процентов. Анализ тенденций позволяет утверждать, что речь идёт о его положительной оценке не только как выдающегося государственного деятеля, но и как продолжателя дела В.И. Ленина. Так, в конце 2020 года фонд «Общественное мнение» представил результаты опроса населения, которые свидетельствовали о позитивной оценке Великой Октябрьской социалистической революции 54% жителей нашей страны. И это – в условиях развёртывания антисоветской пропаганды с экранов телевизора!

Одновременно заметим, что речь идёт отнюдь не только о ностальгии. Большинство россиян сейчас полагает, что переход к социализму представляет собой способ спасения нашей страны. Так, в начале 2016 года «Левада-центр» опубликовал данные, согласно которым 52% жителей России выступали за плановую экономику (26% высказались за капиталистическую, а 22% затруднились ответить). Кроме того, 37% респондентов в качестве оптимальной политической системы назвали Советскую, 23% — за современную, 13% — за западную.

В свою очередь, осенью 2017 года ВЦИОМ обнародовал не менее интересные результаты исследования общественного мнения россиян. 56% граждан России высказались за национализацию частных компаний, особенно нефтяной отрасли, «Газпрома» и т.д. И только 25% поддерживают призывы к продолжению разгосударствления собственности. А в целом, 73% россиян заявили, что результаты приватизации носят негативный характер. Примечательно, что, согласно утверждениям социологов, наиболее резкие отрицательные оценки данному процессу раздаются со стороны тех, кто работает в коммерческом секторе – больше, чем со стороны бюджетников.

В ноябре 2019 года были обнародованы результаты масштабного всероссийского опроса АКСИО-8. Около 86 тысяч жителей нашей страны ответили на вопрос об оптимальной модели развития (для сравнения – ВЦИОМ в среднем опрашивает около 1600 человек). Каковы были результаты? 51,3% респондентов изъявили о своём желании жить при социализме, 40,6% — при социал-демократии, 1,8% — при капитализме, ещё меньшее количество – при феодализме, рабовладении либо при национализме. Если суммировать число россиян, разделяющих идеи как подлинного социализма, так и социал-демократического проекта, то получается, что около 92% россиян стремятся к «левому повороту», как минимум.

Наконец, важно обратить внимание на политические предпочтения российской молодёжи. Сколько бы буржуазные СМИ не трубили на весь мир, будто молодое поколение отвергает социализм, факты свидетельствуют о противоположном. В апреле 2017 года фонд «Общественное мнение» (отнюдь не прокоммунистически настроен) обнародовал данные о политических предпочтениях молодых россиян (опрашивали людей возраста от 17 до 34 лет). Выяснилось, что 73% молодёжи выступают за доминирование общенародной государственной собственности, а 17% — за ведущую роль частного капитала. А в мае 2020 года были опубликованы данные «Левада-центра», согласно которым около 40% российской молодёжи разделяют коммунистическую либо социал-демократическую идеологию, 16% — националистическую, 12% — либеральную.

Таким образом, все основания для того, чтобы не скрывать нашего политического лица, имеются. И это отнюдь не «сектантство», а выражение чаяний российского народа. Напротив, сектантски настроены те, кто продолжает проповедовать отвергнутые обществом концепции «свободного рынка», «всевластия частной собственности», «свободы», «вестернизации» и т.д.

Одновременно следует иметь в виду, что на стремление народа к левому повороту паразитируют политические представители буржуазии – от «партии власти» до различных спойлеров. Напомним, что за последние двадцать лет и «Отечество» Ю.М. Лужкова, и партия «Родина» С.Ю. Глазьева и Д.О. Рогозина, и «Справедливая Россия», и ЛДПР нередко пытались стащить у Компартии лозунг национализации стратегических отраслей экономики и природных ресурсов. Да и федеральная власть в середине 2000-х годов тоже заимствовала эту идею, создавая в ряде отраслей государственные корпорации. Но при этом они далеко не всегда ставят вопрос о стратегическом планировании развития реального сектора экономики. А подобная непоследовательность ведёт к фактическому превращению якобы государственных компаний в обособленные полуфеодальные вотчины, со всеми вытекающими последствиями. Это во-первых. Во-вторых, не стоит забывать, что государство представляет собой не социального арбитра, а организацию господствующего класса. Соответственно, при капитализме формальная передача средств производства буржуазному государству мало что изменит, поэтому методы ведения хозяйства не потерпят кардинальных изменений. А коммунисты выступают за поэтапное реформирование политической системы, за формирование на первом этапе коалиционного правительства народного доверия, а в перспективе – за воссоздание основ Советского народовластия.

Вы спросите – а почему же народ не откликается на призывы Компартии и народно-патриотической коалиции, которая в целом выдвигает аналогичные предложения (см. документ «К единству в действии»)? Истина в том, что после отмены в 2006 году порога явки избирателей большинство россиян не ходят на выборы. Они испытывают апатию и практически не доверяют никому. Подобное положение вещей на руку правящему классу, поскольку низкая явка избирателей предоставляет ему возможность добиваться желанного результата за счёт мобилизации административно зависимого электората. Однако второй тур выборов губернатора Иркутской области 2015 года доказал, что при массовом участии народа в голосовании, при активном участии людей в общественном контроле за ходом голосования удастся воспрепятствовать планам тех, кто стремится использовать административный ресурс, сфальсифицировать результаты голосования. В результате удалось избрать хотя бы на четыре года коммуниста С.Г. Левченко, политика которого способствовала позитивным сдвигам в социально-экономической сфере отдельно взятого региона России. Темпы роста валового продукта Иркутской области превосходили общефедеральные показатели в двукратном размере. И залогом этого прорыва было воплощение в жизнь основ программы левопатриотической коалиции во главе с КПРФ.

Всё это важно осознать и отстаивать. При активной и целенаправленной деятельности непременно удастся добиться результатов.

Будущее России – за социализмом!

Вместе – победим!

Владимир Соколов

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.