По материалам публикаций на сайте портала «Свободная пресса»

Евгений Берсенев

За последние годы в России заметно увеличилось количество «компаний-зомби» — так на жаргоне экономистов называют предприятия, которые тратят львиную долю своих доходов для покрытия долгов. По данным исследования компании «Национальные кредитные рейтинги» (НКР, входит в группу РБК) и сервиса Rescore, в пандемийном 2020 году таковых в России насчитывалось 7,7% от общего количества предприятий — или почти 6000. Исследователи пока затрудняются определить, насколько их число изменится в результате последних перемен в экономике, вызванных антироссийскими санкциями Запада.

Термин «компании-зомби» появился в лексиконе западных экономистов, проводивших анализ ситуации в Японии в 1990-е годы. В Стране восходящего солнца тогда было велико число корпораций, которые генерировали финансовые ресурсы, едва хватавшие на выплату долгов, включая зарплаты сотрудникам. По данным американских экспертов, до 1993 года в Японии было от 5 до 15% таких компаний, а после 1993-го их доля резко перевалила за 25%. Это настолько поразило наблюдателей, что на волне своих эмоций они придумали для таких предприятий столь красочное определение. В дальнейшем выяснилось, что всякий крупный экономический спад, включая кризис 2008 года, пандемийную «яму» в мировой экономике, актуализирует проблему «компаний-зомби».

Что касается исследования НКР, то в проблемную категорию попадали предприятия с коэффициентом покрытия меньше единицы на протяжении хотя бы двух лет подряд. Основная доля «компаний-зомби» приходится на малые предприятия с выручкой в объеме 100−300 млн рублей — среди общего числа «зомбированных» их доля в 2020 году достигла 64% (в 2018-м составляла 43%).

Как отмечает генеральный директор Национального института системных исследований проблем предпринимательства Владимир Буев, проведенное исследование имеет довольно существенную особенность.

— В него включены не только малые предприятия, но и микропредприятия, если учесть учитываемый объем прибыли — от 100 до 300 млн рублей. Нижняя планка свидетельствует, что учитывалась и категория компаний, попадающая под определение микробизнеса с количеством работников до 15 человек.

«СП»: — Есть какая-то особенность по отраслевому распределению компаний?

— Как известно, чем меньше оборот предприятия, тем ниже вероятность, что данное предприятие задействовано в промышленном производстве, зачастую оно является частью сферы торговли и каких-то бытовых услуг. Здесь мы видим, что больше всего «компаний-зомби» в торговле, затем идет строительство, а также управление недвижимостью. Существенный рост числа «компаний-зомби» мы наблюдали в период пандемии. Можно сказать, что текущие события пока не слишком повлияли на общую картину — возможно, увеличение доли таких компаний в сфере общепита. Другое дело, что уход зарубежных компаний из России скажется на ситуации с безработицей — у нас так или иначе в работе с ними (непосредственной, косвенной или участие в логистике) было задействовано около двух миллионов человек.

«СП»: — На каких ещё направлениях текущая ситуация отразится?

— Скорее всего, на предприятиях в провинции, в областных, даже районных центрах, где предприятия занимались торговлей, были задействованы в логистических цепочках. Нередко они завязаны на контрафакте, который сейчас, как известно, фактически легализован в связи с решением правительства признать «параллельный импорт». Такой импорт, означающий, как известно, реализацию продукции без санкции производителя, — это, по сути, легализация контрафактной продукции. В дальнейшем это, видимо, будет отдаленно напоминать феномен «челноков», что имел место в 1990-е годы. В ту пору торгующие тащили различные товары — ведь стояла задача как-то одеть, обуть и накормить население. Возможно, в скором времени в торговле появится такая «полусерая» зона.

«СП»: — На ваш взгляд, в нынешнем году число «компаний-зомби» увеличится?

— Не думаю. Возможно, даже оно останется на том же уровне. Или даже чуть уменьшится — возможен такой вариант. Другое дело, что потом их количество может снова вырасти из-за фирм-однодневок, которые будут записывать в «зомби» по статистике. Они могут использоваться для вывода капиталов, сокрытия прибыли и других сомнительных операций.

«СП»: — Вы упомянули некоторые явления, напоминающие явления лихих 1990-х. Нас может ожидать что-то подобное тому времени?

— Вряд ли. Я бы каких-то исторических параллелей не проводил. Всё-таки любые аналогии условны. Образно говоря, в ту пору все тащили на рынок, что могли, и продавали. Особых запретов не было в некотором смысле. Тогда даже о налогах речи сильно не шло. Нынче всё-таки ситуация в экономике отличается. Скажем, с точки зрения регулирования — сейчас есть установленные правила.

«СП»: — Это лучше или хуже?

— В целом, конечно, положение непростое, потому что если бы мы зависели от импорта где-то в одном-двух направлениях, то, как говорится, навалились бы, потратили бы деньги и заткнули брешь. Но мы видим, что наша экономика довольно плотно оказалась интегрирована в мировую — тот же АвтоВАЗ вроде бы выпускает отечественные автомобили, но очень сильно зависит от импортных комплектующих. И поэтому есть опасения, что нас ожидает сильное технологическое отставание. Тем более, что, по некоторым данным, довольно активно айтишники уезжают — без специалистов в области высоких технологий внедрение технических новшеств затруднительно. Теоретически уходящие зарубежные компании освобождают ниши, но смогут ли их занять наши предприниматели — трудно сказать.

Президент Русско-Азиатского союза промышленников и предпринимателей Виталий Манкевич напоминает, что в России в среднем количество «компаний-зомби» чаще всего было меньше, чем в других странах.

— Во многом из-за того, что процентная ставка у нас выше, чем на Западе. В США таких предприятий примерно 9−10%, по данным ФРС, в Китае таких примерно 6%. Рост ставки и новые внешне шоки, вероятно, увеличат их количество. Скажется также мораторий на банкротство, и рост расходов на обслуживание долгов в результате роста ключевой ставки ЦБ.

«СП»: — Может ли измениться тройка отраслей, где таких компаний больше всего: торговля, строительство, управление недвижимостью?

— Вероятно, тройка сохранится, потому что в результате кризиса сильнее всего пострадают компании, ориентированные на внутренний рынок, и чей бизнес зависит от динамики реальных доходов населения. К числу аутсайдеров могут добавиться отрасли, оказывающие услуги населению.

«СП»: — Как будет в этом плане дело обстоять в США и Европе? Изменится ли там процент «компаний-зомби»?

— В США и Европе с ростом ставки (практически неизбежным) количество «компаний-зомби» может вырасти в полтора раза, что без решительных мер поддержки со стороны правительства может привести к значительному росту безработицы.

Комментарий редакции: Нет сомнения в том, что высока вероятность попыток мошенников половить рыбу в мутной воде. По опыту прошлых лет все знают о фирмах-однодневках, выдающих себя за банкроты, но наживающихся благодаря проведению криминальных экономических операций. Впрочем, в число «компаний — зомби» могут входить и обычные фирмы, не замешанные в преступных деяниях. Тем более, если принять к сведению факт усугубления трудностей в финансово-экономической сфере. В условиях отсутствия полноценной денежно-кредитной поддержки национальной экономики, громоздкого уровня налогообложения, тарифного диктата сырьевых монополистов многие предприятия фактически лишаются оборотных средств. И, будучи вынужденными прибегать к взятию кредита, а также сталкиваясь с низким объёмом реализации продукции, оказываются в тупике. Поэтому важно всерьёз заниматься активным развитием российской экономики (особенно её реального сектора), проводить государственную промышленную политику, существенно увеличивать государственное участие в деятельности народного хозяйства в целом. Только тогда удастся избежать развития событий по худшему сценарию.

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.