Решить задачу налаживания массового выпуска качественной и доступной лекарственной продукции

Если говорить конкретно, то необходимость перехода к социализму очевидна в свете событий, связанных с распространением коронавируса. Ни в коем случае не следует игнорировать необходимость организации развития фарминдустрии (и не только) в интересах большинства народа. Это подразумевает необходимость жёсткого контроля за качеством выпускаемых препаратов, недопущения удорожания их стоимости и т.д. Но без осуществления масштабных капиталовложений на позитивные изменения рассчитывать не приходится. На наш взгляд, важно привести мнение главного исполнительного директора ГК «Промомед» Андрея Младенцева. Так, достижение стоимости препарата заоблачных величин он связывает с большими расходами на его разработку. Младенцев добавил, что фирм вложила в создание лекарства «огромные человеческие ресурсы, денежные ресурсы». Общий объём инвестиций, в число которых входит и создание нового специализированного производства, и разработка «технологии синтеза субстанции», превысил 692 млн. рублей. В результате максимальный уровень рекомендованной розничной цены на «Арпеливир» достиг 12 320 рублей. Большинству россиян, едва сводящих концы с концами, вынужденных отдавать значительную часть своих скромных зарплат и пенсий на оплату жилищно-коммунальных услуг, на приобретение товаров первой необходимости (нередко на погашение кредитов) это явно не по силам. Соответственно, без кардинального усиления регулирующей роли государства задача организации выпуска на системной основе доступного и качественного лекарства останется только на бумаге.

Ключевое условие возрождения фармацевтики

Впрочем, дело не только в степени доступности лекарственных препаратов для населения (что, несомненно, архиважно). В условиях фактического отсутствия не только отечественной фармацевтики, но и связанных с неё отраслей промышленности (выпуска медицинского оборудования и т.д.) рассчитывать на прорывные результаты не придётся. Однако ситуация в фармацевтической индустрии обстоит отнюдь не самым радужным образом, что подчас вынуждены признавать даже отдельные представители проправительственных политических сил. Так, ещё в 2018 году (за два года до начала распространения коронавируса в России) председатель Комитета Государственной Думы по охране здоровья Дмитрий Морозов во время одного из своих выступлений на пленарном заседании нижней палаты Федерального собрания, затронул тему лекарственного обеспечения россиян. Подчеркнув, что «спектр нерешенных задач в этой области достаточно широк – от несовершенства импортозамещения и поддержки собственно высокотехнологичной фрампромышленности, до полипрагмазии и сложностей приобретения лекарств в аптеках», он призвал сконцентрироваться на выработке мер, способных исправить кризисное положение вещей в столь значимой отрасли Дмитрий Морозов сделал акцент на трудностях поставки из-за рубежа инактивированной полиомиелитной вакцины, с которым столкнулась Россия в 2017 году. Подобный инцидент произошёл после выхода в свет директивы Всемирной организации здравоохранения. В результате поставки полиомиелитной вакцины уменьшились в четырнадцатикратном размере. И, по словам парламентария, «форс-мажорная ситуация показала, что страна должна быть абсолютно самодостаточна в таких стратегически значимых сферах, как вакцинация».

Ещё до вспышки пандемии COVID-19 состояние российской фармацевтической отрасли оставляло желать лучшего. Только за 2014 – 2019 гг. наблюдалось замедление роста рынка производства лекарственных препаратов в шесть раз. Соответствующая тенденция была зафиксирована аналитиками компании DSM Group. А в течение последних двух лет сократились условия, благоприятствующие росту национального фармацевтического рынка. В первую очередь, дело обусловлено падением уровня жизни населения. Генеральный директор DSM Group Сергей Шуляк пояснил, что «реальный доходы не растут и, соответственно, у населения недостаточно денег на увеличение трат на лекарственные препараты». При этом правительство де-факто устранилось от регулирования фармацевтики, здравоохранения в целом. Например, по словам Шуляка, не наблюдается «увеличения государственного бюджета на закупку лекарственных препаратов для льготных пациентов».

Между прочим, подобный подход не способствует укреплению конкурентных позиций России на международном инновационном и фармацевтическом рынках. Так, ещё до коронавирусной вспышки доля нашей страны в мировом экспорте высокотехнологической продукции составляла 0,2% (аэрокосмической – 0,6%, химической – 0,6%, фармацевтической – 0,4%). Безусловно, трудно отрицать принятие в 2013 – 2018 гг. правительством РФ определённых мер, направленных на оживление производства лекарственных препаратов. В упомянутый период удалось укрепить позицию российских производителей на рынке – доля отечественных лекарственных средств увеличилась на 8% в стоимостном выражении и на 1,9% в натуральном. Тем не менее, к настоящему моменту не удалось избавиться от импортной зависимости. Собственно говоря, номинальный рост фармацевтики всё это время происходил не столько благодаря развитию национальной промышленности, сколько в силу локализации зарубежных производителей в нашей стране.

Взять на вооружение прорывной опыт СССР в борьбе с опасными заболеваниями

Никто не может отрицать необходимость решения обозначенной проблемы. Однако «партия власти» не предлагает принять меры, направленные на изменение подходов к развитию фармацевтики, российской экономики в целом. Между прочим, вне социалистического выбора попытка создания постоянно функционирующего производства дешёвых и качественных отечественных препаратов обречена на провал. Во всяком случае не следует забывать и про роль народного (не олигархического) государства как ключевого интегратора долгосрочного и устойчивого развития, поскольку частный капитал, ориентирующийся на краткосрочную выгоду и на минимизацию затрат, не стремится к вложению средств в высокозатратные, рискованные и не сулящие ему прибыли проекты. То же самое касается и капиталистического государства, многие представители которого фактически стремятся поучаствовать в дележе присваиваемой владельцами средств производства прибавочной стоимости. Соответственно, они помышляют отнюдь не о долгосрочном развитии страны и народа.

Впрочем, практика наглядно подтвердила выдвинутый нами тезис. Общеизвестно, что  после победы в России Великой Октябрьской социалистической революции удалось создать в полной мере отвечающую интересам общества модель здравоохранения. Именно «система Семашко» позволила нашей стране победить опасные заболевания, создать предпосылки для укрепления здоровья нации. Так, в начале XX века царская Россия занимала первое место в Европе по количеству распространённости среди населения инфекционных заболеваний. Но именно при Советской власти удалось положить конец распространению опасных заражений, наносящих урон здоровью населения и экономике.

Достаточно вспомнить, что в дореволюционный период каждый год регистрировалось от 5 до 7 млн. случаев заболевания малярией. Но к 1930 году заболеваемость ею сократилась более, чем в трёхкратном размере. В течение последующих десятилетий малярия как массовое заболевание была ликвидирована. Так, после 1960 года ежегодно инфицировалось не более 1,5 тысяч человек, заражённых малярией. При социализме также удалось поставит заслон распространению других инфекций. Так, в 1971 году по сравнению с 1913 годом в 45 раз сократилось заболевание сибирской язвой, почти в 40 раз – заболевания паратифами и брюшным тифов. А в 1975 году количество заболеваний коклюшем (по сравнению с 1913 годом) уменьшилась в 53 раза.

Несомненно, в основе перечисленных позитивных сдвигов лежала комплексность политики Коммунистической партии, Советской власти, направленной на создание благоприятных условий для достойной жизни и свободного развития каждого, на удовлетворение возрастающих потребностей народа. Так, в области здравоохранения одновременно уделялось внимание и обеспечению населения бесплатной медицинской помощи, и развитию общественного питания на научно-гигиенической основе, и созданию при Наркомате здравоохранения специализированных комиссий и институтов по борьбе с конкретными видами инфекционных заболеваний, и развитию сетей больниц, поликлиник, диспансеров, домов отдых. Государство уделяло повышенное внимание укреплению здоровья Советского народа. Только в течение первых двух пятилеток финансирование домов отдыха, курортов и санаториев увеличилось с 263,9 млн. рублей до 1 317,5 млн. рублей, медицинской помощи застрахованным – с 2 015,8 млн. рублей до 6 101,2 млн. рублей. Всё это повлияло на укрепление здоровья населения, предоставило многим дополнительные возможности. Например, в 1927/28 – 1936 гг.. количество воспользовавшихся лечением и отдыхом в санаториях выросло в 5,6 раз, в домах отдыха – в 3,5 раза.

Однако весомый вклад в победу над опасными инфекциями внесли созданные трудами Советских учёных и специалистов современные средства лечения и профилактики множества заболеваний. Например, в начале 1930-х годов М.П. Покровской удалось впервые получить действенный штамм противочумной вакцины. В 1942 году А.В. Пшеничнов достиг результата в разработке направленной против сыпного тифа вакцины, появление которой предотвратила распространение упомянутой инфекции среди фронтовиков и тружеников тыла. П.Ф. Здродовскому удалось разработать вакцину против бруцеллеза, Н.А. Гайскому – препарат против туляремии, Н.Н. Гинсбургу – вакцину против сибирской язвы. В дальнейшем весь мир наблюдал создание в СССР препаратов против иных опасных заболеваний: против столбняка, холеры, тифов, туберкулёза и т.д.

Секрет побед КНР над коронавирусом

Соответственно, обобществление средств производства, переход к развитию народного хозяйства, инфраструктуры, социальной сферы на плановой основе позволили не только поставить экономику на службу интересам общества, но и скоординировать развитие производительных сил, науки, здравоохранения, чётко сориентировав их на достижение конкретных задач общенационального характера.

Между прочим, продемонстрированные в 2020 году Китайской народной республикой успехи в области экономики и здравоохранения подтверждают не просто прогрессивность, но и актуальность взятия на вооружение социалистической модели развития. Разумеется, за прошедший год темпы роста ВВП Поднебесной сократились, составив 2,3% (на фоне спада ВВП в России, в США и в странах Евросоюза). В условиях распространения коронавируса и введённых в дальнейшем ограничений это было неизбежно. Тем не менее, на фоне охваченного экономическим спадом и ростом социальных проблем капиталистического мира Китай де-факто представлял собой оазис развития и процветания.

Одновременно заметим, что осенью 2020 года КНР удалось избежать второй волны всплеска COVID-19. В этой же время капиталистические государства (что Россия, что страны Европы, что все остальные) переживали раскручивание инфекционной воронки, затягивающей с каждым днём сотни и даже тысячи людей. Данный факт был настолько очевиден, что даже самые ярые апологеты олигархического капитализма не могли не признавать очевидного. Так, на сайте Первого канала российского телевидения был размещён материал, автор которого отметил следующее: «Европейские страны, где число заболевших в сутки даже выше весенних пиковых значений, снова вводят ограничения. А вот в Китае, который принял на себя удар пандемии, нового всплеска нет. Китай в 2020-м словно на другой планете. И зимой, когда первым бился с COVID-19, пока Европа танцевала не вечеринках, и сейчас, когда в полуторамиллиардной стране от вируса лечатся всего 160 человек. Прирост заболевших – от 5 до 15 в день… Вируса в Пекине нет уже третий месяц».

 Дело не только в высокой степени административной дисциплины, не только в жёстком подавлении нарушителей эпидемиологического режима. Безусловно, это имеет важное значение. Но не менее существенным представляется и высокая степень развитости китайской экономики, наличие широкого круга отраслей производства, инфраструктуры, что позволяет в своевременном порядке внедрять передовые технологии, выпускать новинки в области электроники, здравоохранения и, соответственно, в своевременном порядке создавать новые виды медицинских препаратов и новые, доступные населению способы лечения, исцеляющих и защищающих от распространения опасных инфекций.

Невозможно пройти мимо проведения Коммунистической партией Китая и правительством Поднебесной политики, направленной на активное развитие новых видов производств. Устойчивое функционирование в КНР реального сектора экономики позволяет внедрять на системной основе передовые технологии, осваивать новые горизонты прогресса, предлагать миру новые виды усовершенствованной продукции. В этом плане представляется важным обратить внимание на программу «Китайское производство 2025» (она же – «Промышленность Китая, версия 4.0»), определяющая развитие обрабатывающей индустрии на предстоящее десятилетие. Де-факто речь идёт об осуществлении первого десятилетнего плана реализации стратегии превращения Поднебесной в державу, располагающую высокоразвитым мощным производственным комплексом. Соответствующим документом определено десять приоритетных направлений развития экономики. К ним относятся развитие и производства сельскохозяйственного оборудования и техники, и морского инженерного оборудования, и высокотехнологического водного транспорта, и авиакосмического оборудования, и станков с числовым программным управлением, и информационных технологий, и электрооборудования, и биомедицины (включая «высокоэффективное медицинское оборудование»). Соответствующий подход принёс позитивные плоды. Например, реализация государственной программы развития микроэлектроники привело к превращению КНР в одного из «крупнейших производителей электронной компонентной базы».

Не осталось в стороне от развития производство медицинских препаратов. Например, в конце 1990-х годов КНР выпускала «1 350 видов фармацевтических субстанций из 24 групп», весомую долю которых составляли витамины, противовоспалительные препараты и антибиотики. А в 2005 году эта страна выпускала уже свыше 1 400 наименований субстанций «при общем объёме производства около 1 млн. тонн в год». По оценкам исследователей, это доказывать способность китайской промышленности «производить на заказ фармацевтические субстанции для изготовления любого лекарственного средства, даже если оно зарегистрировано только в одной стране мира». В целом, внедрение достижений научно-технического прогресса в области биотехнологий и химических технологий вывело Поднебесную на второе место в мире по показателям производства лекарственного сырья.

Как бы из уст «злых языков» не звучали мантры о всесилии и чудодейственности частной собственности на средства производства, свободных рыночных отношений, достигнутые Китайской народной республикой успехи не оставляют камня на камне от соответствующей концепции. Вопреки утверждениям адептов неолиберализма и оппортунизма, основу экономики Поднебесной составляет государственный сектор экономики, создающий свыше 63% ВВП. 80%  налоговых поступлений в китайские бюджет вносят государственные предприятия. Они же обеспечивают до 90% занятости населения. Так, китайский государственный сектор охватывает газовую, нефтяную, химическую, угольную, энергетическую, космические отрасли, цветную металлургию. Более двадцати государственных компаний Китая входят в число 500 крупнейших мировых транснациональных корпораций. Часть из них инвестирует не только в проекты Поднебесной, но и за рубежом. Речь идёт о таких государственных корпорациях как сосредоточенных в мобильной связи China Unicom и China Mobile, сосредоточенной в телекоммуникациях China Telecom, о государственной автомобильной компании Chery Automobile. Бурными темпами развиваются китайские судостроительные гиганты China State Shipbuilding Corporation и China Shipbuilding Industry Corporation.

Между прочим, иностранных инвесторов, стремящихся к вложению средств в китайский производственный сектор, в высокие технологии, правительство КНР обязывает действовать под контролем государства. Так, в начале 2009 года власти Поднебесной выдвинули желающим принять участие в строительстве скоростных железнодорожных магистралей иностранным компаниям создать совместные предприятия с производящими оборудование государственными корпорациями  — с CNR и CSR. В перспективе последним удалось приобрести множество базовых технологий, в кратчайшие сроки внедрить их в производство и добиться доминирующего положения на внутреннем рынке.

Аналогичным образом обстоит дело в химической и биотехнологической промышленности Китая. Специалисты подчёркивают, что сосредоточенные в данных сферах компании являются «в основной своей массе… государственными».

Более того, в 2000-ые годы власти Поднебесной открыто заявляли о планах по созданию десяти крупных фармацевтических корпораций. Представитель Государственного комитета КНР по делам экономики и торговли Юй Миндэ констатировал, что выпускавшим в этой стране фармацевтическую продукцию боле 6300 предприятиям сложнее соперничать с зарубежными конкурентами. Поэтому упомянутое ведомство рассматривало возможность принятия шагов «по реорганизации фармацевтического сектора», нацеленных «на повышение конкурентоспособности китайских производителей и дистрибьюторов». Предполагалось уделить первостепенное внимание «производству препаратов по рецептам китайской народной медицины». А создание корпораций, способных составить «конкуренцию ведущим западным фирмам не только на внутреннем рынке Китая, но и на международном фармацевтическом рынке», рассматривалось в качестве средства достижения вышеобозначенной цели.

 

Впрочем, дело не ограничивается сохранением государственной собственности в основных отраслях китайской экономики. При отсутствии централизованного управления данным сектором, планирования и координации подведомственных правительству банков и предприятий высока вероятность фактического ухода последних из под контроля властей, отклонения от поставленных государством целей и задач, со всеми вытекающими последствиями. Вот поэтому руководство КНР постоянно уделяет внимание сохранению управляемости государственным сектором экономики.

Специализирующиеся на китайской модели экономического развития учёные пишут, что к факторам, способствовавшим достижению Поднебесной впечатляющих промышленных и инновационных успехов, относятся наличие «эффективной системы планирования и расстановки приоритетов», «координация всех программ и проектов высокотехнологичного развития».

Подобным образом власти Китайской народной республики координируют деятельность фармацевтических корпораций. Более того, подчас происходит укрупнение структур, непосредственно осуществляющих регулирование деятельности сосредоточенных в области производства и оборота лекарственных препаратов объединений. Достаточно вспомнить об инициативе Государственного совета Китая, направленной на объединение CFDA с агентствами, регулирующими регистрацию бизнеса, осуществляющими контроль за качеством выпускаемых медикаментов, за ценообразованием, за соблюдением антимонопольного законодательства. Речь шла о целесообразности задействовании новой регуляторной структуры на провинциальном уровне. А контроль за продажей лекарств, за маркетинговой деятельностью фармацевтических компаний было решено оставить за местными органами власти «в сфере рыночного надзора».

Таким образом, переход к социализму, установление власти трудящегося большинства представляют собой не намерение любой ценой воплотить в жизнь определённые теоретические положения. Это способ решения ключевых экономических, социальных, демографических и даже геополитических проблем России, укрепления государственного суверенитета, преодоления бедственного положения народа и создания действенных механизмов, защищающих общество от распространения коронавируса и иных опасных заболеваний.

Дмитрий Лавров, кандидат исторических наук

Подписывайтесь на нашего Telegram-бота, если хотите помогать в агитации за КПРФ и получать актуальную информацию. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке @mskkprfBot и нажать кнопку Start. Подробная инструкция.